Хранитель
Шрифт:
Лаеру надоело упираться, и он вывернувшись из хватки Рийского с самым высокомерным видом зашагал чуть впереди и высказал Ирте пространственную и в большинстве своем нецензурную речь, суть которой сводилась к простой истине: он очень утомил Лаера.
Ирте изумленно качал головой, укоряя себя за неосторожность и раздумывая что еще может выкинуть одурманенный Хранитель, и каковы будут масштабы катастрофы.
Лаер тем временем, чувствовавший невероятный подъем сил и прилив энергии, уверенно шел вперед.
— Кажется,
Если бы Лаер не был одурманен плодотворным сотрудничеством перцовки и искрицы, он бы аккуратно выяснил, кто и где за ним следит, а не повернулся с громким "Выходи! Убью!".
С другой стороны грязная старушка, незаметно семенившая в тени разваленных домов так бы и не решилась обратиться к Хранителю, пав в дорожную пыль, с отчаянным воплем "Не убивайте, господин!".
— Встань, дура старая! — сквозь зубы прошипел Лаер, в тревоге оглядываясь.
— Чего желаешь ты, добрая женщина? — ласково обратился к ней Ирте, впрочем не помогая ей подняться.
— Это же господин Хранитель, да? — с благоговением глядя на скептично вздернувшего бровь Лаера вопросила старушка, прижимая ладони к сердцу.
— Нет, добрая женщина, сей господин есть прославленный маг-духолов из Везильвии, — верно расценил предупреждающий взгляд Лаера Ирте.
— О! — глаза старушки так же округлились как и рот.
Лаер махнул рукой, понимая что за этим последует и повернувшись пошел прочь.
— Господин! Господин, последняя надежда на вас! Я живу в предместье, вы не смотрите что так одета, хозяйство у меня доброе, большое. Да вот напасть случилося — скотинка гибнет. Горло подрано и у уточек и у коров. Я и замки на хлев ставила, и щели конопатила, а спасу никакого нет! Почитай каждую ночь, вот уже неделю, то коровка, то уточка душу Алдору отдаст!
Лаер оценил рассказ очень емким и нецензурным словом, что часто повторял сапожник дядя Йося, разбогатевший на ремонтных услугах в Видэлле.
— Господин маг говорит, что он поражен сей дерзость твари ночной! — поспешно перевел вклинившийся между ними Ирте.
— Так что за напасть-то это? — вопросила старушка, не разобравшая ответа Хранителя, но почтительно посмотрев на него через Ирте.
— Чупакабра! — зло ответил Лаер.
— В народе поморником именуется, — снова перевел Ирте старушке, посчитавшей, что Хранитель отвечает на везильвийском, и внимательно слушая переводчика. Тот факт, что Лаер обходился без перевода, чтобы понять и обращение и вопросы для нее оказался не принципиален.
— Какая разница? — удивленно посмотрел на Ирте Лаер. И довершил вопрос еще одним крепким словцом.
— Разница не принципиальна, господин, — развеселился Рийский, все больше входя в свою роль, — но ведь добрая женщина поняла, что
Старушка заверила его что понимает.
— А к дозорному магу вашего города вы обращались? — мягко поинтересовался у нее Ирте.
— Да вот от него иду! Весь день простояла в очереди, а своей так и не дождалась — грустно шмыгнула носом старушка.
— В очереди? — изумленно повторил Ирте. — Обычно у дозорных магов за день бывает до двух-трех просителей с магическими проблемами…
— Вспышка магии… Этот… — догадавшийся Лаер злорадно пояснил причину такого наплыва просителей, метко обозначив дозорного мага названием, которое помянутый дядя Йося, использовал для своих не шибко ловких подмастерьев.
— Ваш городской дозорный маг, степень ответственности которого оставляет желать лучшего упустил из виду всплеск магической активности, — тщательно подбирая слова, перевел Ирте.
— Его нужно… — решительно заключил Лаер, закончив предложение словом с пошлым подтекстом, чаще означавшим насильственное, противоправное действие по отношению к другому лицу,
— Господин будет вынужден сообщить о безответсвенности вашего мага вышестоящему начальству. — Ухмыльнувшись перевел Ирте.
— Так сообщали уже! — грустно пожала плечами старушка. — В Видэллу, к господинам Хранителям магии послали прошение о дополнительных магах, так как нашенский не справляется, а ответа до сих пор не получили… Возможно господины Хранители магии просто не прониклись нашей проблемой…
— Эти… — дальнейшие слова зло нахмурившегося Лаера не поддавались цензуре вообще.
Ирте соображал, как бы донести до старушки мысль, что Лаер, очень, ну просто очень осуждает чрезвычайно халатное отношение к своим прямым обязанностям этих… как бы это попроще… лиц, которых Лаер подозревает в не совсем стандартной ориентации.
— Их поведение не соответствует ожиданиям моего господина, ведь в данном случае они не правы. — Вывернулся Ирте.
Старушка умоляюще посмотрела на Лаера. Хранитель, понимая, что сейчас все равно не уснет, утвердительно кивнул. Ирте недоверчиво посмотрел на него, но промолчал. Старушка радостно подпрыгнув, быстро повела их к северным воротам.
На посту, подперев свои доспехи алебардами, мирно дремали давешние стражники.
Лаер рыкнул то, что чаще выкрикивал дядя Йося, швыряя своему подмастерью в лицо не недоделанную, или плохо сделанную работу.
Ирте придержал готовое сорваться с языка: "Господин интересуется, а не сошли ли вы сума?".
Первый стражник, тот самый, что грыз яблоко, упал от неожиданности, задев железной рукавицей рычаг. Северные ворота, благодаря соседству с Главным трактом и его ежедневным гостям открывались очень легко. Даже слишком.