Хранитель сердца моего
Шрифт:
— Бездна, — продолжил за меня Моран, и мы оба рассмеялись.
К нам подлетел Грун и сел на мое плечо.
— Моран, — прошептала я, — есть еще кое-что…Мои предки жили здесь. Это — моя земля. Мне хорошо тут. И я хочу вернуть себе то, что принадлежит мне по праву. Я не хочу больше скрываться и стыдиться своего имени. Я — та, кто я есть, и я…
Он не дал мне закончить, поцелуем накрыв рот.
— Я с тобой, Лиза, — хрипло прошептал он на ухо, — отныне и всегда. С тобой.
— Думаешь, мы справимся?
—
Ох, я же совсем о нем забыла! Забыла обо всем, увидев любимого.
— Я сейчас, — нехотя освободившись из объятий, прошептала я и побежала к храму.
Там, стоя на коленях, рыдал Фарел. Перед ним неподвижно замерла светлая фигура, в очертаниях которой легко угадывалась Этайн. Я осторожно подошла к эльфу и прикоснулась к плечу. Вздрогнув, он поднял голову и посмотрел на меня отчаявшимся взглядом.
— Помоги мне, — еле слышно произнес он, — скажи ей, прошу, скажи! Может, она послушает тебя.
Он повернулся к Этайн и обратился к ней:
— Не покидай меня! Прошу… прошу, не оставляй меня!
Последние слова он прокричал, и в них было столько боли, столько отчаяния, что на глаза выступили слезы.
Я подошла ближе к Этайн. Она ласково улыбнулась мне. Я открыла рот, чтобы сказать то, что просил эльф, но, взглянув ей в глаза, тут же закрыла. Внезапное понимание пришло ко мне. Чистое и ясное, как сама Этайн.
Я повернулась к Фарелу и произнесла мягким голосом:
— Фарел, ты любишь ее? Любишь Этайн?
— Больше всего на свете! — прокричал эльф, поднимаясь на ноги.
— Тогда отпусти ее, — я коснулась его плеча, — понимаешь, она устала. Тысячелетия Этайн была заперта в тюрьме низин и собственных воспоминаний. Пока ты был в беспамятстве, она была здесь, в окружении теней и каждый день, каждый миг боролась за свою душу, за свою память. Но сейчас ей нужен свет и покой…
— Не могу… не могу, — обреченно сказал эльф, по его щекам текли слезы.
Но, казалось, он даже не замечал их. Фарел медленно приблизился к Этайн, прикоснулся к ее призрачной косе. Упав на колени, прошептал:
— Прости меня, прости…Прости, что был слаб. Прости, что рано сдался и оставил тебя одну. Прости…
Этайн молча наблюдала за ним, опустилась рядом с ним на колени и ласково провела рукой по его голове. И, заглянув ему в глаза, произнесла тихим и мягким голосом:
— Фарел, любимый…Я простила тебя.
Эльф вскинул руки, словно желая крепко обнять Этайн, но вместо этого едва заметно кивнул и прошептал:
— Главное для меня — твое счастье, если вечный покой в высшем мире сделает тебя счастливой… Я буду только рад. Прощай.
Этайн улыбнулась:
— До свидания. Не печалься, мой милый Фарел. Мы еще встретимся. Когда высшие посчитают, что пришло время, когда я сама все забуду сполна,
Радостно засмеявшись, она взвилась в воздух, закружила в небе и резко приблизилась ко мне.
— Спасибо вам, — прошептала она, — я верила, что вы справитесь. Для этого высшие и привели вас сюда.
Весело смеясь, она раскинула руки, как крылья, и поднялась высоко в небо, блеснула яркой звездочкой и тут же исчезла.
Некоторое время я завороженно смотрела в небо, а когда опустила глаза, увидела Морана, что стоял неподалеку и улыбался мне самой теплой улыбкой.
Сердце радостно подскочило, а душа пела. Хотелось кружиться в танце и восторженно кричать.
Я улыбнулась любимому и подошла к Фарелу, что по-прежнему стоял на коленях.
— Ну же, вставай, — похлопав его по плечу, сказала я, — все не так уж и плохо, верно? Все-таки это еще не конец. Еще есть незавершенные дела. Давай же, Фарел! Погляди вокруг! Тени свободны! Без тебя этого бы никогда не случилось.
Эльф поднялся на ноги, обреченно посмотрел на меня и безжизненным голосом сказал:
— Она тоже свободна…Ты права. Права…Пора отправляться в столицу. Дантар ждет.
Моран приобнял меня за плечи.
— Готова вернуться туда еще раз? — спросил он. Я решительно кивнула. Теперь я не боялась. Теперь я не одна.
И будто в подтверждении моих слов, рядом возник силуэт бабули. Она с одобрением взглянула на Морана.
— Молодец, прошел проверку, — шепнула она мне на ухо, — а теперь, детка, пора вернуть свое. И свое истинное лицо ты тоже должна носить с гордостью. Ведь оно было дано тебе природой и предками.
Она коснулась призрачным пальцем моего лба, на миг меня заволокла дымка и ослепила. Когда вернулось зрение, бабушки уже не было, а Моран смотрел на меня с любовью и нежностью.
— Твое лицо, — он нежно провел по моей щеке, — оно стало прежним.
Не говоря больше ни слова, мы крепко обнялись. Впереди нас еще ждал путь в столицу, ибо правда не могла больше ждать. Но теперь мы были вместе.
Прилетели вороны, Грун, Моран, Я и эльф перенеслись. Наш путь продолжался.
Глава 55
Мы явились в королевский замок на рассвете. Поразительно, но в столь раннее время дворец уже не спал. Словно предчувствовал грядущие перемены. А они должны быть.
Мы переместились прямо в главный королевский зал. Мы — это я, Моран, Фарел и Грун. Король и вся его свита уже были в сборе. Зал был переполнен придворными и гвардейцами. Королевского советника, Пролана, не было. Он сошел с ума и теперь боится собственной тени. В буквальном смысле. Это сказал Грун. Он знал многое из того, что другим неподвластно, и я только сейчас стала понимать, какую важную роль он играл в нашей истории.