Хранитель сердца моего
Шрифт:
— Жива… Жива… — еле слышно бормотал он, не выпуская меня.
Да и не нужно было. Я прижалась к нему сильнее, ощущала тепло его тела, слышала его сердцебиение, вдыхала его запах и понимала: вот он. Настоящий. Родной. Рядом со мной.
Весь остальной мир, все проблемы — все вокруг растворилось и поблекло. Остался лишь он. Моран. Мой Моран, его теплые руки да сбивчивое дыхание на моей шее.
И нет большего счастья, чем знать, что он рядом, совсем рядом. Единственный. Любимый.
Время застыло. Исчезли низины,
Неизвестно, сколько прошло времени…
Гортанный крик Груна вывел нас из этого волшебного оцепенения. Он летал и что-то несвязно ворчал.
Усилием воли я заставила себя оторваться от Морана. Обхватила его лицо ладонями, взглянула в глаза. Голубые, но не холодные, нет! Открыла рот, чтобы что-то сказать…Но не смогла. Расплакалась. Моран вытер мои слезы и снова прижал к себе.
— Лиза, — горячо зашептал он, — я чуть не обезумел…Я почти обезумел. Я был готов убить Галвина за то, что он сделал с тобой. За то, что отправил тебя сюда. Больше всего я боялся никогда тебя не найти. Никогда не увидеть тебя. Боялся, что потерял тебя навсегда. Когда я решил, что ты умерла, во мне словно что-то сломалось…Но сейчас, сейчас все изменилось. Понимаешь?
— Да, — только и смогла вымолвить я, обнимая его крепче, — но как ты узнал меня? Как…
Остального я просто не могла вымолвить. Какое счастье — видеть его рядом! И как больно осознавать, что вскоре мы вновь расстанемся. Мы по разные стороны в этом мире.
— Твои глаза…Я вижу в них твою душу. Вижу тебя, — тихо сказал Моран, — больше я не позволю тебе исчезнуть. Не позволю скитаться одной неведомо где. Не позволю тебе умереть…Больше я не оставлю тебя.
От услышанного в груди что-то перевернулось и с громким гулом ухнуло вниз. Стало горячо. Жарко. Волнительно. И страшно. За него.
— Не оставишь? — переспросила я, поднимая на него глаза, — а как же твоя клятва, Моран?
Он разжал свои объятия, обхватил меня ладонями за плечи и внимательно посмотрел в глаза.
— То, что ты говорила в старом доме, это правда? — тихо сказал он, пристально глядя на меня.
Перед моими глазами снова пронеслись далекие воспоминания о нескольких днях и ночах, что мы провели вместе, позабыв обо всем на свете. Говорила я ему тогда многое. И в основном, что люблю. Люблю его. Я глубоко вздохнула и прикоснулась к его груди.
— Разве ты не чувствуешь? Не видишь? — прошептала я, — то, что я говорила — единственная истина, в которой я не сомневаюсь. Единственная правда в этом мире. Во всех мирах.
— Но почему? — со странным надрывом сказал он, — дело в моей силе?
Я прикрыла глаза и убрала руку. Как он может думать такое?
— Дело в тебе, Моран, — сказала я, — в тебе! Мне неважно, сколько у тебя искры, и есть ли она вообще. Мне важен ты. Просто ты. Человек. Моран — мужчина. А не Моран —
— Если я стану простым человеком, — медленно произнес он, — без власти, ты по-прежнему будешь… любить?
Последнее слово он прошептал, словно сам до сих пор не верил, что такое возможно. Словно само слово было для него чем-то инородным, странным. Пугающим.
— Да, — ответила я, — конечно, да! Но почему ты говоришь об этом? Уж не думаешь ли ты…
Договорить я не смогла, на меня напало такое сильное волнение, что задрожало все тело, а в голове снова послышались тихие женские голоса. Голоса низин. Моран взял меня за руку и сказал:
— Еще мальчишкой я решил полностью отдать свою жизнь служению свету и миру. Цитадели…Но после того, что случилось, после того, как Галвин отправил тебя сюда, на верную смерть, я многое понял. Как я могу защищать весь мир, если даже не смог сберечь любимую женщину? Как можно служить миру, если он теряет весь смысл без тебя? Я должен служить свету. Но что есть свет без истинной любви? Просто слово. И если для того, чтобы познать всю полноту света, всю полноту любви, мне нужно отказаться от плаща Хранителя…Что ж, я готов.
С этими словами он отошел от меня на несколько шагов назад. Поднес руку к украшенной камнем застежке, дернул и одним движением сорвал с себя темно-синий плащ.
— Лиза. Я люблю тебя… И я отрекаюсь от клятвы, — твердым голосом произнес он, пристально глядя мне в глаза.
На несколько секунд воцарилась тишина.
Небо озарило яркой вспышкой света, словно пролетела комета. А за ней еще одна, и еще. Через мгновение уже все небо, все вокруг сияло разноцветными огнями. Они пронизывали воздух и уходили широкими лучами в землю. Появились голоса. Десятки, сотни голосов. Тихие, но настойчивые, они что-то шептали, становясь все громче.
Я оторопела от увиденного и смотрела на небо. Но затем, очнувшись, перевела взгляд на Морана, улыбнулась. Сделала шаг ему навстречу…
Голоса все громче, небо все ярче.
Еще шаг вперед к нему…
Доля секунды.
Очередной белоснежный луч пронесся с неба. И вонзился прямо в Морана, ударив точно в грудь. Он тихо охнул, взглянул мне в глаза, сделал полшага…И рухнул на землю.
Кажется, я закричала. Завопила. Завыла.
Кажется, я подбежала к нему и упала на колени.
Кажется, я легла на его грудь и слушала его сердце. Тормошила. Что-то говорила.
Плакала. Кажется…
Я плохо осознавала. Как в тумане. Как в призрачном кошмаре. Моран, лежит неподвижно на земле. Я рядом на коленях и рыдаю. И голоса, оглушающие женские голоса вокруг…
Внезапно все стихло. В этой кромешной, пугающей тишине раздавались лишь мои всхлипывания. Даже вороны безмолвствовали, с тоской глядя на бездыханное тело Хранителя.
Глава 54