Хранитель сердца моего
Шрифт:
Самое поразительное, что Хранителю стало нравиться это. Это привносило немного хаоса в его размеренный прежде внутренний мир, придавая жизни вкус и цвет.
«Возможно, хаос — совсем не то, чему нас учили долгие годы в Цитадели. Возможно, хаос — и есть неизменная часть жизни», — подумал Хранитель и впервые за долгое время улыбнулся.
Подумать только! Еще несколько лет назад он бы отринул эту мысль, как нечистую! А теперь… Теперь все меняется.
Моран окинул взглядом тайную библиотеку и выглянул в окно. Мягкие лучи
Возможно ли? Кто знает, может, это очередные игры утомленного разума?
Но довольно размышлений. Близится закат, а, значит, пора отправляться в столицу и наложить защиту на камень лжи.
Моран накинул синюю мантию, ударил посохом по полу, а через мгновение растворился в воздухе.
Он появился прямо в кабинете короля. Торланн уже ожидал его, сидя в одиночестве за огромным столом. Хранитель поприветствовал его легким кивком и произнес:
— Полагаю, все готово. Отправимся прямо сейчас к камню. Кстати, где он находится?
— В подземелье, — нервно ответил король, — ты снова опоздал, Хранитель. Раньше такого не было.
— Все меняется, — спокойно сказал Моран, пристально глядя ему в глаза, — и довольно об этом. Отведешь меня к камню?
— Камень в подземелье. Пролан уже ждет тебя внизу, он все тебе покажет и поможет, если в этом будет необходимость. Я же останусь здесь. У меня есть кое-какие дела.
Король улыбнулся вымученной улыбкой, подошел к шкафу, нажал на одну из многочисленных статуэток, и шкаф с тихим скрежетом отодвинулся. За ним оказался проход.
«Потайной ход, — подумал Моран, храня при этом невозмутимое молчание, — что еще от меня скрывает король?»
— Этот потайной вход ведет прямо в камеру, где сокрыт камень, — сказал Торланн, — она находится в самом низу.
Моран кивнул, последний раз взглянул на короля и, не говоря ни слова, покинул кабинет и начал спуск по слабо освещенным лестничным пролетам.
«Интересно, для чего король отправил Пролана вперед? Не скрывают ли они от меня что-то», — думал Хранитель. Разум подсказывал, что его догадка верна.
Задумавшись, Моран выглянул в узкое окно и увидел, как в небе мелькнуло что-то черное.
Что делают его птицы здесь в этот час? Хранитель подошел ближе и пригляделся. Так и есть: одинокий ворон парил, то приближаясь к стенам замка, то отдаляясь. Птица была явно встревожена. Что-то не так…
Хранитель отвел взгляд и посмотрел на темные ступени. Пролан может и подождать. Он чувствовал, что сейчас важнее узнать, чем встревожен ворон.
Более не мешкая, Моран прислонил ладони к стеклу, прошептал несколько слов заклинания, и стекло исчезло.
Хранитель мысленно призвал ворона.
Раздался легкий шелест, ворон влетел в окно и молча сел на левое
— Что ты делаешь здесь? — шепотом произнес Моран.
— Я должен сообщить тебе нечто важное, Хранитель, — так же тихо ответил ворон, — мои братья видели Груна!
— Груна? — неожиданно громким голосом сказал Моран, — где? Когда?
— Четверть часа назад, неподалеку от стен этого дворца, — ответил ворон, — но где он сейчас, мы не знаем.
— Но почему… — пораженно прошептал Хранитель, — почему он до сих не прилетел ко мне? Почему не явился на мой зов?
— Он и на наш зов не откликнулся, Хранитель, — с печалью в голосе сказал ворон, — мы звали его, мы были так счастливы его видеть, но он словно не слышал нас. А завидев, тут же взвился высоко в небо и скрылся.
— Не понимаю… — задумчиво произнес Моран, глядя в окно.
— Грун всегда был своевольным, — сказал ворон, — думаю, у него есть на то свои причины.
Хранитель глубоко вздохнул и на миг прикрыл глаза, привычная усталость снова вернулась к нему.
— Это все, что ты хотел мне сообщить? — сказал спустя некоторое время Моран.
— Да, — ответил ворон, — мои братья разлетелись по столице в поисках Груна, я же решил сразу направиться к тебе, чтобы сообщить эту весть.
— Благодарю тебя, — искренне сказал Хранитель, — а теперь лети! Меня ждет неоконченное дело.
Ворон тихо каркнул и стремительно вылетел в окно. Хранитель же отправился дальше, в потайную камеру, непрестанно думая о Груне и его странных поступках. Он чувствовал одновременно и печаль, и надежду. Ведь если Грун жив, то…
Его размышления прервали приглушенные крики, что раздавались снизу. Судя по всему, кричал Пролан. Хранитель нахмурился, прислушался и перешел на бег.
Там, с Проланом, находился кто-то еще. А это не предвещало ничего хорошего.
Когда Моран подбежал к двери камеры, было уже тихо. Подозрительно тихо. Хранитель вошел внутрь и резко остановился, увидев неподвижное тело советника на полу.
Медленно приблизился к нему, опустился на колени и внимательно осмотрел Пролана. Тот был жив, но совершенно невменяем.
Стеклянный взгляд, застывшая безумная улыбка, с уголка рта стекала слюна, скрюченные пальцы указывали на что-то сверху. Зрелище малоприятное.
Хранитель толкнул его в плечо и громко позвал по имени. Никакой реакции. Позвал еще раз, и еще. Наконец, Пролан слегка повернул голову и посмотрел на него затуманенным взглядом.
— Ы-ы-ы! — прокричал Пролан и оглушительно расхохотался, — Те…Те…Тени! Тени! Це…це… целовали тени!
Хранитель с отвращением посмотрел на него и поднялся на ноги. Он сделал еще несколько попыток заговорить с Проланом, но это было бесполезно: советник по-прежнему выкрикивал одно и то же слово, раз за разом, и не переставал смеяться безумным смехом.