Хозяин острова Эйлин-Мор

Мельников Сергей

– Прежде чем мы продолжим разговор, прочитайте и поставьте подписи. Все дальнейшее составляет государственную тайну.

Собрав подписанные листы, Герберт поднял бокал.

– Во славу флота Его Величества! – провозгласил он и пригубил напиток. – Фокс, не стоит так расстраиваться. У всего есть хорошие стороны. В адмиралтействе обсуждали вопрос о других способах предотвращения утечки, и поверьте, они бы вам не понравились. Ваш корабль теперь переходит в состав специальных сил нашего департамента, которые только формируются. У вас будет возможность в очень сжатые сроки сделать карьеру. В нашем ведомстве конкуренция

невысокая: мы еще не успели обрасти дряхлыми адмиралами, лежащими поперек чужой карьерной лестницы. Маккуинси, вас это тоже касается. Мне нужно ваше содействие.

Герберт поставил стакан на стол, и старпому показалось, что виски в нем меньше не стало.

– Так вот, господа. Мы стоим на пороге войны. Большой войны, может быть самой жестокой и кровопролитной войны в истории. Все великие державы сейчас наращивают боевую мощь, проводят модернизацию армии и флота. Появляются новые типы вооружений. Взрывчатка, которой не было равных. Субмарины. Самолеты. Отравляющие газы, способные выкосить целую армию. Эта война будет идти на суше, на море, в небе и под водой.

– Прогресс не остановить, – пожал плечами Фокс. – У меня в ящике лежит револьвер, я об этом знаю, но это не значит, что я его сейчас схвачу и буду палить во все стороны просто потому, что он у меня есть.

– Дорогой мой миролюбивый Фокс. Военные командования европейских стран сейчас в положении ребенка, перед которым навалили кучу игрушек, а играть не разрешают. А за их спинами – промышленники, которым не терпится произвести еще много-много таких игрушек. Британия хочет вернуть звание «Владычицы морей»… – Герберт запнулся и добавил: – Но может не успеть.

– Простите, Герберт, но я не понимаю, – замотал головой Фокс. – Вот эта дохлая туша в паре кабельтовых вам чем поможет?

– Нам, Фокс, нам. С ваших слов, крик этой твари поверг ваш экипаж в черную меланхолию. Моряки прыгали за борт, а кто остался – рыдали и молились. Корабль перестал быть боевой единицей. Команда необученных пиратов из семнадцатого века смогла бы захватить «Энсон», не сделав ни единого выстрела.

– Однако этой твари оторвал голову мой снаряд, – едко заметил Фокс.

– Именно. – Герберт взмахнул сигарой. – Ваш канонир – единственный на судне, кто смог противостоять этому наваждению, и он представляет для нас особенную ценность.

– Стрелял не канонир…

– Что? – удивился Герберт. – А кто же?

– Один из моих матросов. Он помог мне выиграть пари на стрельбах, и я решил еще раз использовать его удачу.

– Удивительный вы человек, Фокс. – Герберт восхищенно покачал головой. – Вы в карты не играете? Так вот насчет…

– Я обещал ему лейтенантский патент, – перебил его капитан.

– Это серьезное обещание. И как вы собирались это провернуть?

– Мой дядя, Джордж Странгвей, командует колледжем в Дартмуте. Я уже написал рекомендательное письмо. Теперь с вашими расписками и секретами получается, что я бросаю слова на ветер, – угрюмо сказал Фокс.

– Вас беспокоит, что о вас подумает простой матрос? – Герберт отодвинул стул и сел напротив капитана.

Маккуинси за всю беседу ни разу не раскрыл рта, он только слушал и удивлялся.

– Дело не в нем, а во мне, – ответил капитан, не глядя в смеющиеся глаза Герберта.

– Вы мне все больше нравитесь, Фокс. – Разведчик шлепнул

ладонью по столу. – Такой меткий выстрел должен быть вознагражден. Возымеет ли действие ваше рекомендательное письмо, еще неизвестно. Я со своей стороны могу сделать направление на учебу от нашего департамента. Думаю, это будет надежнее. Не вешайте нос, капитан. Ваше честное имя не пострадает. – Герберт замолчал, дожидаясь кивка. – Если позволите, я продолжу, – сказал он после паузы. – Вы когда-нибудь слышали о работах немецкого физика Генриха Герца? Нет? Не вдаваясь в подробности: то, что вы сейчас слышите от меня – всего лишь колебания воздуха разной частоты, которые ваш мозг превращает в связную речь. Адмиралтейство уже несколько лет финансирует исследование воздействия звука на человеческую психику. Опытным путем удалось выяснить, что звук с частотой в шесть-десять колебаний в секунду действует на людей угнетающе, хотя человеческое ухо не в состоянии его уловить. Мы предполагаем, что убитый вами монстр умел издавать звуки такой частоты. Жаль, что он не достался нам живым.

– Если б мы не отстрелили ему башку, он бы ушел в океан, и вы его точно не нашли бы, – парировал Фокс.

– Капитан, в моих словах нет и намека на упрек. Вы действовали по обстановке. Тело этого монстра мы отвезем в Сторновей и погрузим на баржу со льдом. Мне пришлось действовать очень быстро, и я не успел найти судно для перевозки этой ночью. Пусть наши умники разбираются, что такого особенного в строении его голосовых связок. Мы уже два года пытаемся построить генератор, способный вызвать схожий эффект, он получается слишком громоздким и требует уйму энергии. В общем, – Герберт со вздохом развел руками, – в военном смысле он абсолютно бесполезен. А тут… Какой-то голый тридцатифутовый дикарь примитивной песней повергает в отчаяние экипаж линейного корабля. Это инфразвук, капитан, можете мне поверить – я видел его воздействие. Кто знает, может, эта гора дохлятины продвинет наконец наших ученых в их изысканиях. Подумайте, Фокс, какое гуманное оружие могло бы быть. Без единого выстрела армия неприятеля превращается в плачущих маменькиных сынков. Бери их голыми руками.

– Мне очень жаль, Герберт, – едко сказал капитан, – что прошлой ночью вас не было у меня на мостике. Тогда вы могли бы оценить, насколько это оружие гуманно. Мне пришлось стукнуть вахтенного офицера рукояткой пистолета по затылку, потому что он пытался вынести себе мозги ракетницей, а я сам, как вы метко выразились, как маменькин сынок размазывал слезы по лицу и драться с ним просто не мог.

– Ну-ну-ну, Фокс, не обижайтесь. Язык мой – враг мой. Вы – отважный офицер и, я смотрю, не один член экипажа вам обязан. Такие, как вы, заканчивают жизнь в палате лордов.

– Или на виселице, – усмехнулся Фокс.

– Бывает и такое, – согласился Герберт. – В нападении на корабль участвовали твари поменьше. Я так понимаю, ни одного тела у вас нет.

Фокс покачал головой.

– Жаль. Я привез водолазную команду. Попробуем обшарить дно. Как полагаете, кто-то из них мог выжить.

– Вряд ли. – Фокс покрутил стакан с нетронутым виски. – Их было двое, обоих чуть не пополам разрезала пулеметная очередь, но твари оказались удивительно быстрыми и живучими. Они спрыгнули в море, и мы добили их двумя выстрелами из шестифунтовки.