Холодное солнце
Шрифт:
Аптекарь шагал впереди. У одной из дверей он остановился, позвенел связкой ключей и щелкнул замком. Это была гостиная с прямоугольным столом посередине и множеством стульев. В дальнем конце комнаты имелся камин. Аптекарь подошел к нему, пошарив рукой внутри, щелкнул рычагом.
– Лезь внутрь, я спущу тебя вниз.
– А почему не через дверь? – Глеб вопросительно посмотрел на Аптекаря.
– Этот путь – самый короткий. На улицах сейчас неспокойно… Стреляют! Лезь, не бойся, не испачкаешься, здесь никогда не топили.
Донской
Внизу Донского ждали двое молодых людей, плотно упакованных в зимнюю одежду. У каждого была спортивная сумка с вещами. Они двинулись по узкому коридору, освещаемому тусклыми светильниками, потом по каким-то лестницам и оказались в бетонном домике, напоминающем трансформаторную будку. В мутные окошки просматривалась улочка Объекта, упирающаяся в высокий забор с колючей проволокой сверху. Забор отделял Буферную зону от Промышленной.
Аптекарь подбежал к забору, вытащил из рюкзака саперную лопату и принялся отбрасывать сланцевые пластины от бетонного основания.
– Что стоите, птенчики? – Аптекарь грозно посмотрел на молодых людей. – Живо разгребайте!
– Чем? – недоуменно спросил один из «мальчиков».
– Руками, губошлеп!
Под забором образовался лаз. Первым в него ловко протиснулся Аптекарь, за ним с трудом Донской. Молодые люди юркнули последними.
– Не отставать! – крикнул Аптекарь.
Миновав ряд безлюдных бараков и ангаров, они в сгустившихся сумерках пересекли пустырь и оказались на окраине Промзоны. Метрах в двухстах от них охранник на вышке лениво скользил лучом прожектора по бесконечной ограде, отделяющей волю от Объекта.
Аптекарь направился к вышке и свистнул.
– Что? – высунулся удивленный охранник.
– Дело есть. Спустишься или мне к тебе подняться?
– Спускаться не положено.
– Тогда я лезу к тебе! – крикнул Аптекарь.
Охранник недовольно глядел на Аптекаря, как мартышка взбиравшегося по вертикальной лестнице. Он не мог понять, что от него вдруг понадобилось этому айболиту? Дружба Хозяина и Аптекаря была известна всем, и это служило последнему пропуском даже сюда, на вышку.
– Фу-у! – выдохнул Аптекарь, ступая на площадку. – Высоко живешь! Слушай, парень, я погулять собрался. Давай ключ от калитки!
– Виноват, идите через КП. А нам не положено открывать! – Охранник смотрел на улыбчивого доктора, держась руками за приклад пулемета.
– А мне плевать, что не положено! До КП долго топать. Давай ключи! – рявкнул Аптекарь.
– Хорошо, только я прежде сообщу о вас дежурному.
– Валяй! – сказал Аптекарь и вытащил из кармана сигарету.
Охранник немного успокоился. Кажется, тревожное предчувствие его обмануло. Он подошел к телефону и потянулся к трубке.
– Виноват, а вы ведь не курите? – сказал охранник и осторожно
– С вами закуришь! – усмехнулся Аптекарь.
Охранник снял трубку и тут же вздрогнул, почувствовав укол: игла вошла ему чуть ниже уха. Больно не было… Охранник счастливо улыбнулся, глядя в небо стекленеющими глазами, и Аптекарь, держа парня под мышки, уложил его на скамью.
– Але! Але! – кричал дежурный в трубку.
– Виноват, – ответил Аптекарь. – Трубку локтем задел.
– Ты там полегче поворачивайся, ворошиловский стрелок! И смотри в оба! Пропустишь кого – шкуру спущу!
Дверь в лабораторию оказалась закрытой.
– Там никого нет! – испуганно произнес Витек.
– Тем хуже для вас, – задумчиво сказал подполковник. – Вы становитесь обузой.
– Но… – начал было Витек.
В этот момент в коридоре раздался топот множества ног. Богданов посмотрел на Бориса Алексеевича.
«Неужели у него ничего нет про запас?» – подумал майор и приготовился к стрельбе.
Подполковник не оглянулся на звук приближающихся шагов, он смотрел на бледнеющего Витька и вертел в руках пистолет.
Кротов повернулся к лабораторной двери и в отчаянии забарабанил в нее кулаками… Дверь лаборатории открылась.
На пороге стоял мужчина в белом халате и выжидающе смотрел на них.
Первым пришел в себя Богданов: он втолкнул подполковника и Кротова в лабораторию и хлопнул дверью.
Мужчина молча смотрел на них, положив руки в карманы.
– Кто вы?
– Где слитки? – спросил подполковник, пятясь от двери в соседнюю комнату.
– Какие слитки?
– Опять двадцать пять! – в сердцах воскликнул Борис Алексеевич и бросил мужчине тряпичный мешочек.
Мужчина поймал его и раскрыл.
– Это… Эталон! Откуда он у вас?
В дверь застучали громко и настойчиво
– Томилин, откройте! Проверка помещений!
Богданов словно очнулся и шагнул к мужчине.
– Значит, вы живы? – спросил он. – Я беседовал с вашей матерью. Она числит вас в покойниках.
– Знаю, – удивленно глядя на майора, произнес Томилин. – Выходит, вы из Питера?
– Нет, из Москвы. Майор Богданов из УВД. Прилетел сюда за вашим двоюродным братом Глебом. Но вы мне нужны не меньше.
– Вы мне тоже! – ответил Томилин.
Дверь уже выламывали. Еще чуть-чуть, и она должна была рухнуть. Подполковник направил на дверной проем дуло пистолета и выпустил обойму. Ответные выстрелы раздались уже тогда, когда они были в аппаратной, у стальной двери в стене.
– Это лифт для транспортировки слитков вниз. Куда именно, я не знаю. Этим занимались телохранители Блюма. Можно попробовать повторить этот путь, если, конечно, нам удастся открыть дверцу лифта, – сказал Томилин.
Подполковник подошел к дверце и заглянул в замочную скважину. Потом сказал Богданову: