Ход колдуньи

Савенко Валентина

Мне тоже приходилось попотеть: Юрг и Змей наседали с тренировками, умудряясь воткнуть туда и работу над блокировкой проклятия. С нашим выжимающим последние соки графиком учебы последнее выходило с переменным успехом. То Змей мог забирать мое проклятие почти на два часа, то его едва хватало на двадцать минут. Но мы не отчаивались. У нас получалось!

А еще у спровоцированных мной приступов правды Юргена обнаружился неожиданный побочный эффект…

Дело в том, что детство, а потом отрочество теневика как-то быстро закончились, и мы незаметно добрались до предательства

Изабель и их с Юргом поединка. Он ее очень любил. Надеялся, что сможет направить ее стремление к выгоде в мирное русло. И хоть и бросил Изабель после поединка, глубоко в душе надеялся, что однажды сможет победить злость, вернуть ее и перевоспитать…

Юрг не был глупцом и понимал, что его надежды несбыточны. Это убило его любовь к Изабель, а потом и веру в себя. Раз он не смог удержать от глупостей любимую девушку, как он может удержать магию?

Но вишенкой на торте его признаний стал факт: он в курсе, что нельзя поставить другому человеку свои мозги, что каждый решает сам за себя. Однако, чтобы это принять, Юргу понадобилось признаться себе.

Да, быть правдивым с собой полезно! Как выяснилось чуть позже, не только для физического, но и для магического здоровья!

«Затмения» Юрга, вызванные тем, что он не мог простить себе предательства Изабель, прошли. Доктор даже открыл по этому поводу бутылку виски. А мы съели гору пирожков, выменянных Юргеном у повара на дополнительное дежурство по кухне.

* * *

День полуфинала начался для нас ночью.

Одевшись в традиционные наряды, мы ждали у ворот института наемные мобили, на которых нас должны были доставить до разлома. Через него мы попадем в Дельфие – стадиону этого городка выпала честь стать ареной Императорских игр.

– Все сюда, ко мне! – Вместо мобилей к воротам подрулил тренер.

Мы поспешно скучились вокруг Эмерсона. Основной состав оказался впереди запаса. Только Изабель вклинилась между Змеем и Вардом.

– Юрген, поздравляю, в этих Играх ты больше не участвуешь! – с ходу огорошил Эмерсон.

На щеках Юрга заходили желваки. Змей нахмурился. Кристоф потер нос. Изабель удивленно вытаращилась на Эмерсона. Вард в недоумении склонил голову набок.

– Мартина, ты в основном составе, – продолжал рубить сплеча тренер.

– Причина отстранения Юрга, сэр? – спросил Змей.

– Репортерам слили волшебную новость, что Юрген обладает неустойчивой магией. Плюс имеет приступы видений, плюс с его мозгами не выступать надо, а лечиться, – зло процедил сквозь зубы Эмерсон. – Об этом факте знала только команда. – Он обвел нас тяжелым взглядом. – И я предупреждал, чтобы никому ни слова.

Сильно сомневаюсь, что это смутит наш запас или… Изабель?

Я незаметно стянула с руки перчатку: жарко мне, в три ночи на прохладном ветерке самая жара! Нащупала нитку, снимающую дополнительную защиту. Хорошо, что у форменной курточки рукава длинные, никто не увидит, что под ней висит непонятный огрызок магического полотна.

– А те, кого не предупреждал, производили впечатление адекватных адепток, – добавил тренер.

Это

он обо мне? Вот спасибо!

Я подошла ближе к Изабель: девочки они такие девочки, пугаются, сбиваются в стаи…

– Но одних слов для таких обвинений недостаточно. Такие статьи судьи не стали бы даже комментировать. – Эмерсон уставился на брюнетку. – Именно поэтому я попросил доктора хранить все документы, связанные с лечением Юргена, в сейфе. Угадайте, копии каких бумаг прикрепили к своим статьям стервятники пера? Забыв о тех, где написано, что проблема Юрга осталась в прошлом? Правильно. Настоящих. Пакет копий был анонимно прислан судьям. Только тех, что описывают его болезнь. И ни одного документа, показывающего, что она отступила! Последние мы им уже отправили, но это не помогло. Пожизненная дисквалификация.

Изабель побледнела, возмущенно стиснула кулаки.

Я цапнула ее за запястье. Ничего такого, пытаюсь остановить, чтобы не лезла на рожон. Змей чуть сдвинулся, закрыв наши руки.

Пусть теперь попробует соврать!

– Ну и кто из вас, Изабель, обладает даром расчета выгоды, с помощью которого можно подобрать самую выгодную комбинацию цифр на замке сейфа? – Тренер скривился, словно вместо брюнетки перед ним внезапно появилась очень несвежая нежить.

– Это не я! – возмущенно выпалила Изабель. – Я никогда – слышите! – никогда не вскрывала сейфы и не делала ничего противозаконного! Я не копировала документы доктора! Ни сама, ни с помощью кого-то!

Я плотнее стиснула пальцы на ее руке. Она ведь не может врать?

– Я хочу быть в команде, да! – Изабель выпятила подбородок, гордо глядя на тренера. – Но даже если бы я просчитала огромную выгоду от себя в основном составе, я бы пришла к вам с расчетами, а не пыталась бы освободить место таким глупым способом. Нас четверо на это место. И троих из нас вы на дух не переносите, сэр!

– В этом вы правы, – оскалился в улыбке голодной пираньи Эмерсон. – Именно поэтому вы в глубоком запасе, милочка. Но к финалу я вас заменю, не сомневайтесь.

– Как скажете, сэр! – козырнула Изабель и дернула руку, высвобождая ее из моей хватки.

Эмерсон раздраженно поморщился.

С шуршанием к воротам подкатили три мобиля.

– Грузимся, ошибки боевой магии! – скомандовал он.

Запас первым юркнул в мобиль. Оливер, Чарли и Изабель устроились на заднем сиденье. На переднее нырнул Кристоф.

– Ты со мной, – приказал Варду тренер.

Здоровяк занял место во втором мобиле, рядом с отцом. Мы со Змеем загрузились в третий.

Юрген остался стоять у ворот. Свет фонаря расцвечивал темные волосы теневика теплыми бликами, но это ничуть не смягчило злое выражение, маской застывшее на его лице. Он с яростью смотрел вслед мобилю, увозящему Изабель.

– Соври мне что-нибудь, – тихо попросила я, переплетая пальцы с пальцами Змея.

– Ты такая красивая, когда чем-то озабочена, мышка. – Он поцеловал мое запястье, заставив на миг забыть, с чего вдруг я вообще решила взять его за руку.

– Это была ложь? – с сомнением уточнила я.