Химик
Шрифт:
Мы специально приехали вечером, очень советую посетить, если будете здесь, когда заиграла романтическая музыка, все-таки не удержала слезы, а увидев меня, Марина обняла, прошептав — «Все будет хорошо, девочка моя, я обещаю, ты будешь счастлива очень скоро!»
Мансур все это время где-то пропадал. Я понимала, серьезный бизнес затягивает как болото, и по своей воли из него не выбраться. К концу недели он приехал, и я была рада, так хотелось услышать о Кирилле хоть что-нибудь, даже те новости которые причинят страдания. Но он молчал, а сама не стала настаивать.
Этот парень показал
Не выдержав таких насыщенных дней, к выходным наотрез отказалась от поездок. Заявила, хочу побыть у моря.
Расположившись у бассейна на кровати, да, да, не удивляйтесь, и не думайте, что я ошиблась, лежаки тут напоминают огромные кровати с водонепроницаемым матрасом, да таким мягким, что чувствуешь себя на облаке.
Близился обед, а я с книгой в обнимку задремала. Очнулась, от того, что кто-то подошел. Мансур одетый в шорты и майку, которая обтянула его накачанную грудь, опять заставили картинкам промелькнуть, зацепив незаживающие раны на сердце. Слезы защипали в глазах, ком не позволял нормально вздохнуть. — «Господи, как скоро я смогу нормально дышать при воспоминании о нем?».
Если бы моя душа не принадлежала бы Химику, скорее всего, была бы очарована им. В этого парня не возможно не влюбиться. Они с Кириллом очень похожи: смуглые спортивные тела, волосы жидкая смола, глаза привораживают одним взглядом, оба очень добрые. Мансуру добавляет изюминку его восточная кровь, а Кирилл покоряет своей энергетикой.
— Маша, может, домой пойдешь, а то боюсь много солнца тебе вредно. — Заботливо предложил парень, и на душе сразу легче стало.
— Спасибо тебе, за то, что волнуешься за меня, но я в порядке. Тут тенек, и мне даже полезно получить как можно больше витамина Д. Скоро вернусь в нашу зиму, и не будет возможности солнышком побаловать себя. — Улыбаясь, отвечаю. На что Мансур поднимает брови в удивлении говорит:
— А кто тебя гонит, оставайся, и живи, сколько хочешь, я только рад буду. Ты знаешь, твоя компания мне всегда доставляет уйму позитива, что хорошо сказывается на моей работоспособности. Химик оформил тебе карту, в деньгах нет нужды, так что я против твоего отъезда, — играя бровями, почти смеясь, говорит, — Тебе и твоему малышу нужен сейчас покой, тут лучшие специалисты, родишь, а потом можно и домой вернуться.
Мансур в курсе моей беременности, но я попросила что бы он молчал, так как я сама хочу поделиться этой новостью с Кириллом. А он человек слова, если пообещал сдержит.
— О нет, родить я хочу на родине. Мой малыш должен появиться на свет в России. И очень хочу, чтобы Кирилл был рядом хотя бы в роли отца. — Последнее говорю обреченно, и чувствую угнетающую печаль.
— Тогда договоримся,
— Я плавать. Ты со мной?
— Нет, ты забыл, я не умею.
— Давай научу. — Протягивает руку, в жесте подниматься.
— Я лучше почитаю, — улыбаюсь в ответ, на его предложение, — папа учил меня, но это бес толку, я трусиха, боюсь дна.
— Понятно, ну а я поплавая с твоего позволения.
Парень разворачивается, стягивает майку, бросая на кресло, и я вижу, как он с разбегу ныряет.
Пока наблюдаю за работой рук профессионального пловца, подходит слуга, и на столик опускается поднос с напитками и тарелкой разных вкусняшек. Я и не заметила, как проголодалась, а теперь надо есть за двоих.
Замечаю свернутую трубочкой газету, которую, скорее всего, доставили из России, и мой взгляд цепляет фото. Разворачиваю, и когда прочла анонс, мое тело обдает ледяной ветер, хотя сейчас температура воздуха 35С, замираю, боясь пошевелиться. Ужасаюсь статье, которая гласит: «Единственный наследник Химической империи «Хисинхим» арестован по подозрению в организации поджога».
Уши закладывает от звона.
— Мансур, как ты мог…, как ты мог от меня такое скрыть, — задыхаясь, заикаясь, кричу, а слезы прорвали дамбу, капают с подбородка на грудь. И в моей голове, как пазл складывается вся картинка — организация моего досуга, как отвлекающий маневр.
Он испуганно выскакивает из воды, подбегает ко мне, выхватывает журнал. Начинает что-то гневно говорить парнишке.
— Маша успокойся, все хорошо, с Киром все в порядке, его уже отпустили, — это уже мне, — просто подозрения, мы докажем, что он не причастен. А не сказал тебе, потому что дал слово Павлу Кирилловичу. — Держа мое лицо в своих ладонях спокойно говорит.
Скидываю руку, собираю осташиеся силы в кулаки, набираю полные легкие воздуха, гневно рычу:
— Если ты меня сейчас не отвезешь к нему, я сбегу, и сама доберусь.
Зайдя в кабинет, не верю в увиденное. Мой любимый Химик опускается на колени перед Джен. Его признания в любви ей вышибают из меня всю жизненную энергию. Я не понимаю, как жить дальше без него. Но когда в след за мной вбегает Мансур, громко щелкнув дверью, Джен поворачивается, мой взгляд цепляет оружие, из которого происходит выстрел, и из отверстия дула парит струйка дыма. Только когда меня схватил Кирилл, и стал спрашивать, как я поняла, что до этого звук не воспринимала, погрузившись в тишину. В тот момент я была уверенна, что пуля попала в любимого.
Уже потом, смогла только представить, насколько больно Киру досталась эта ложь, но его лицо оставалось бесстрастным.
Испытываю облегчение, когда мой Химик выводит меня на улицу.
— Зачем ты это сделал? — Требую, мой голос повышается в истерике. — Ты подверг свою жизнь опасности, бросаясь на нее. Она могла убить тебя!
Я не понимаю, что меня трясет, пока Кирилл не обнимает меня так крепко, что почти тяжело дышать.
— Это того стоило, — бормочет он. — Это ничего, по сравнению с тем, чтобы знать, что ты в безопасности.