Гжатск
Шрифт:
Всех учащихся в уезде насчитывалось в 1880 году немногим более 900 человек на 108 тысяч сельских жителей. О «внимании» городских властей к народному образованию можно судить по тому, что из всего бюджета городской управы, составлявшего в 1898 году около 28 тысяч рублей, на народное образование затрачивалось 3400 рублей, а на здравоохранение еще меньше — одна тысяча.
Здравоохранение производило удручающее впечатление. Даже после того, как губернские и уездные земские органы приняли некоторые меры по улучшению медицинского обслуживания, Гжатск располагал всего одной больницей на два с половиной десятка коек и тремя приемными пунктами в уезде. Земские
Город имел небольшой театр. Здание его было до крайности обветшалым. Тем не менее и в нем выступали приезжие труппы, а также устраивало спектакли местное музыкально-драматическое общество. Более популярным местом развлечения гжатчан являлся клуб, устроенный, как свидетельствует современник, «по образцу большинства клубов уездных городов и служащий главным образом местом для игры в карты и на бильярде, с буфетом».
Гжатчане — деятели революционного движения
1.
Падение крепостного права и утверждение капитализма в стране совпали с началом революционно-демократического или разночинского периода в русском освободительном движении. Главной силой революционного движения в этот период выступили не дворяне, а выходцы из разных социальных слоев — купечества, мещанства, духовенства, крестьянства, мелкого чиновничества, а также разорившегося дворянства. Разумеется, такое совпадение — явление не случайное. Развитие капитализма усилило потребность в разнообразном труде интеллигенции и поэтому вызвало появление на исторической арене разночинцев, лучшие представители которых, тесно связанные своими корнями с народом, явились идейными выразителями дум и чаяний крестьянства, защитниками его интересов. Наиболее выдающимся вождем революционно-демократического движения являлся Николай Гаврилович Чернышевский.
Это была новая, более высокая ступень в развитии революционного движения, так как разночинцы, будучи выходцами из демократических слоев народа, в меньшей степени страдали классовой ограниченностью, чем дворянские революционеры-декабристы.
Известно, что декабристы представляли собой узкий круг революционеров, весьма далеких от народа, возлагавших все надежды на небольшую группу революционно настроенных офицеров-дворян. В разночинский период шире стал состав революционных деятелей, теснее их связь с народом, значительно более отчетливее понимание ими необходимости широкого вовлечения в освободительную борьбу народных масс.
Революционно-демократическое движение охватывало не только деятелей 60-х годов, оно значительно шире и обнимает почти все пореформенное время {Согласно периодизации В. И. Ленина, разночинский или буржуазно-демократический период революционно-освободительного движения в России протекал примерно с 1861 по 1895 гг.}. В начале 70-х годов на смену революционным демократам — «шестидесятникам», пришли революционные народники — «семидесятники», большинство которых также принадлежало к разночинцам. Они считали себя продолжателями революционных традиций Н. Г. Чернышевского и его сподвижников, но вся их деятельность свидетельствует о том, что они серьезно отступили от их взглядов.
Не оценив правильно огромного значения для народа политической борьбы, они оказались под сильным влиянием
Но несмотря на свои теоретические заблуждения и отсталость социально-политических взглядов, несмотря на ошибочную тактику, революционеры 70-х годов с исключительной самоотверженностью, энергией, бесстрашием вели решительную борьбу с самодержавием и сделали немало для того, чтобы еще более расшатать самодержавный строй. Поэтому В. И. Ленин высоко ценил их революционные дела. В числе предшественников русской социал-демократии он называет и «блестящую плеяду революционеров 70-х годов» {В. И. Ленин, Соч., т. 5, стр. 342.}.
Среди революционных деятелей 60-х—70-х годов находилось немало жителей Гжатского уезда. Все они являлись выходцами главным образом или из обедневшего мелкопоместного дворянства, или из крестьянства.
В числе революционных народников мы встречаем имена таких гжатчан, как сестры Засулич, М. К. Крылова, сестры и брат Колачевские. Возможно, одной из причин их вступления на путь революционной борьбы являлось широкое крестьянское движение в уезде, особенно развернувшееся накануне и в момент проведения реформы 1861 года. Они были свидетелями этого движения, поскольку почти у всех у них ранние годы жизни прошли в родовых имениях. По-видимому, не прошло для них бесследно дальнейшее разорение и обнищание крестьянства, вызванное крепостнической реформой.
Вера, Александра и Екатерина Засулич родились в гжатской деревне Михайловке в семье мелкого помещика Ивана Петровича Засулича {См. Воспоминания одной из сестер А. Успенской (Засулич) в журнале «Былое» № 18, 1922.}. И. П. Засулич умер совсем молодым, оставив после себя пятерых малолетних детей.
«Мать наша, — пишет одна из сестер Засулич в своих воспоминаниях, — была женщина добрая, слабая, бесхарактерная, справляться с хозяйством ей было трудно, доход с имения получался небольшой, еле хватавший на прожиток, и ей, вероятно, сильно приходилось задумываться над тем, как вырастить всех нас, дать нам образование» {Воспоминания шестидесятницы, «Былое» №18, 1922, стр. 20.}.
В результате постепенного разорения имения сестры были отданы матерью на воспитание разным родственникам, проживавшим в своих имениях в том же уезде.
Наиболее крупную революционную роль из сестер сыграла Вера Ивановна Засулич (1851—1919). Детские годы ее прошли в Михайловке и в имении Бяколове у родственников Микулиных в 10 верстах от Михайловки.
Окончив частный пансион в Москве и сдав в начале 1867 года экзамен в Московском университете на звание домашней учительницы, Вера Засулич работала затем некоторое время письмоводителем у мирового судьи в Серпухове.
В конце августа 1868 года она уехала в Петербург, явившийся важнейшим этапом в ее жизни и деятельности. Здесь она познакомилась с вольнослушателем Петербургского университета С. Г. Нечаевым — упорным сторонником вредной тактики заговоров и индивидуального террора, вызванной неверием в массовую революционную борьбу с царизмом. Нечаев являлся в то время одним из активных, организаторов студенческого, движения. В. Засулич содействовала ему в переписке из заграницы, за что была арестована и просидела два года сначала в Литовском замке, затем в Петропавловской крепости. С этого времени она надолго связала себя с народническим движением.