Грезы Мануэлы
Шрифт:
— Нет.
— Тогда в чем дело?
Он непонимающе смотрел на нее.
— Она хотела поговорить о свадьбе. — При упоминании о свадьбе у Исабель поднималось настроение, и она выглядела счастливой. — Она очень близко приняла к сердцу всю подготовку к свадьбе, — застенчиво заметила Исабель.
— Неужели?
— И хотела кое о чем посоветоваться.
Фернандо же, наоборот, несколько помрачнел.
— Исабель… — натянуто произнес он.
Девушка
— Я слушаю…
— Я тоже хотел поговорить о свадьбе.
Исабель улыбнулась.
— Тереза говорила…
— Тереза не понимает, — перебил ее Фернандо, — в какое время живет, и, по-моему, это не потому, что она плохой человек, поэтому прошу ее извинить.
Исабель осеклась.
— Да, конечно, — растягивая слова, грустно произнесла она, — я понимаю, свадьба, хлопоты, связанные с ее подготовкой…
Салинос сказал напрямик:
— Исабель, нам не нужно устраивать грандиозную свадьбу, принимая во внимание все обстоятельства.
У Исабель перехватило дыхание. Она всегда мечтала о пышной и грандиозной свадебной церемонии.
— Что ты хочешь сказать? — недовольно и обидчиво спросила она Фернандо.
Взгляды молодых людей встретились.
— Именно это, Исабель, — тяжело, но решительно выдавил из себя сеньор Салинос.
В глазах Исабель вспыхнуло недовольство, но она еще на что-то надеялась.
— Не будет большого праздника по случаю нашей свадьбы, Исабель, — закончил Фернандо.
Исабель готова была вспыхнуть, нагрубить жениху, но вовремя опомнилась и, отвернувшись, задумалась…
Между молодыми людьми возникло неприятное и неловкое молчание. Фернандо ерзал на диване, пытаясь найти, вернее, привести разумные доводы в пользу своего решения.
— Что ты сказал?
— Мы не будем устраивать пышного торжества по случаю свадьбы, — повторил Салинос.
У Исабель был удрученный вид.
— Фернандо, но я…
— Исабель, я это делаю ради тебя. Не думаю, что ты можешь участвовать в таком празднике.
Исабель склонила голову.
— Ты еще не готова к бурным празднествам.
Фернандо нежно положил свою руку на ладонь невесты и постарался утешить ее.
— Это, конечно, так, но… — Девушка искала любую зацепку, любой повод, чтобы добиться желанного результата. — Это, конечно, так, но Тереза…
— Да, я понимаю, но хочу, чтобы ты прислушалась ко мне. — Он немного помолчал, потом добавил: — Она не приняла во внимание твой траур, но я надеюсь, что ты ее простишь.
Девушку злило упрямство Фернандо. В душе она знала, что он прав, но Исабель было
— Что будем делать? — упрямо повторила она.
Салинос с досадой вздохнул.
— Не знаю, Исабель. — Он встал. — Церемония должна быть очень скромной. Будут только самые близкие родственники.
— Только?
— Да, торжество в семейном кругу. — Фернандо подсел к девушке. — Потом я обещаю тебе устроить праздник или прием, как ты захочешь.
— Нет-нет. — Исабель поспешно встала с дивана. — Это мой праздник, моя свадьба, — порывисто произнесла она.
— Исабель, дорогая, что с тобой? — Фернандо подошел к ней и обнял. — Я делаю это ради тебя, — оправдывался Салинос, — повторяю, из-за траура, который ты носишь по своей матери.
С мольбой в голосе Исабель проговорила:
— Я знаю, Фернандо… — Она глубоко вздохнула. — Но именно поэтому, ради мамы… Она всегда говорила, что очень хотела бы, чтобы в день моей свадьбы был большой праздник.
— Исабель, я не думаю, что сейчас время устраивать большой праздник, но если… — Он внимательно посмотрел ей в глаза и прочитал в них огромное желание устроить праздник. — Но если ты так считаешь…
Исабель добилась своего, лицо ее сразу просветлело, и она постаралась затушевать прежнюю горечь.
— Неважно, что праздник будет не очень большим, — ворковала она, но пусть это будет праздник.
Фернандо не возражал.
— Я знаю, что ей бы это понравилось, — прошептала Исабель и возвела глаза к небу.
Салинос молча смотрел на свое божество.
— Я не хочу, чтобы и твоя семья была лишена этого праздника, — сказала Исабель.
Фернандо хотел возразить, но девушка прикрыла ему губы своей очаровательной миниатюрной ладошкой.
— Пожалуйста, чтобы это не было по моей вине.
Фернандо отстранил ее руку.
— Но, дорогая, это же не твоя вина…
Исабель пришлось начинать заново:
— Я все думаю о маме… — На глазах бедняжки появились слезы. — Ей бы так понравился этот праздник!
Дальше сдерживаться она не могла и разрыдалась, упав на грудь жениха.
— Любовь моя… — Фернандо был в смятении. — Хорошо, — уступил он.
— Фернандо, это для мамы.
Они обнялись и сомкнули свои уста в нежном поцелуе, который, казалось, никогда не закончится.
— Любовь моя!
— Я тебя так люблю!
— Я все сделаю так, как ты скажешь, Исабель!
Слова Фернандо звучали как клятва.
— Но ты меня понимаешь? — с надеждой спросила девушка у возлюбленного.