Грезы Мануэлы
Шрифт:
— Конечно, дорогая…
Больше они не сказали друг другу ни слова, а лишь молча и долго целовались.
За окном сгущались сумерки, и темнота с молниеносной быстротой поглощала окрестности.
В доме давно уже зажглись огни, царила деловая суета, дети готовились ко сну…
Мерседес обошла весь дом, проверила, закрыты ли окна, проследила за порядком в столовой.
Мануэла и Марианна находились в
Девочки были готовы ко сну. Они стояли в ночных рубашках на коленях перед кроватью и молились, сложив ладошки. Их ангельские личики были сосредоточены и серьезны.
Закончив молитву, дети преобразились. Они резво вскочили и, игриво теребя друг друга, стали забираться на широкую кровать.
— Ну ладно, — сказала Мануэла, — спокойной ночи!
Марианна повернулась к сестре:
— Тебе очень хочется спать?
— Мне очень хочется увидеть красивые сны.
Мануэла закинула руки за голову и мечтательно уставилась в потолок.
— И мне тоже приснятся красивые сны, — с уверенностью заявила непоседливая Марианна.
— И о чем?
— Что я уже большая и выхожу замуж за принца.
— За принца?
— Да, потом он повезет меня к себе во дворец.
Мануэла вздохнула.
— Я тоже буду видеть сны про свою свадьбу.
Марианна заинтересованно повернулась к сестре:
— И тоже хочешь замуж за принца?
— Нет.
Марианна удивилась.
— Я выйду за Руди, — пояснила Мануэла, — он красивее и добрее всех принцев на свете!
Мерседес стояла на пороге спальни и все слышала. По ее усталому лицу пробежала добродушная улыбка.
— Ну ладно, ладно, пора спать, — сказала она.
Девочки вяло запротестовали:
— Ой…
— Еще рано.
— Мы немножко…
— Спи, Мануэла, — строго приказала мать.
Она поправила подушку под головой дочери.
— Пошли, Марианна, я отведу тебя в твою кровать.
Мерседес протянула руку племяннице.
— Тетя, а в Аргентине есть принцы?
Женщина улыбнулась.
— В Аргентине есть короли, — сказала со знанием дела Мануэла, — король всех лошадей — мой папа.
В комнате раздался дружный и веселый смех.
— Ну хорошо-хорошо, — утихомирила Мерседес детей, — а теперь спать, девочки.
Она поцеловала Мануэлу, выключила свет и вышла с Марианной из спальни дочери.
Фернандо Салинос очень спешил на встречу со своими друзьями. Сегодня у них был прощальный мальчишник.
— Как это можно? — спрашивала Тереза. Она едва поспевала за братом, возмущаясь и негодуя. — Это невозможно!
Фернандо остановился.
— Я тебе повторяю, будут только самые близкие родственники, — решительно заявил Фернандо.
— Нет и нет!
— Будут только близкие…
Тереза негодовала.
— Как это не будет праздника?! — не могла успокоиться капризная женщина.
— Не совсем.
— Послушай, я ничего не понимаю!
— Вот это я и говорю.
Тереза забежала вперед.
— Послушай, у меня все уже готово!
Фернандо обошел сестру.
— Да?
— Ну как можно на праздник не пригласить всех друзей? — не унималась Тереза, преследуя брата.
— Извини…
— Так не полагается в приличном обществе.
Фернандо бросил на ходу:
— Прости, но мы так решили с Исабель.
— Понятно.
— Мы решили пригласить только близких, — в который раз уже повторил брат.
— Ох, — вздохнула сестра.
— На свадьбе будет очень немного людей.
Женщина стала энергично жестикулировать.
— Но есть и общественные нормы, наконец!
— Тереза, перестань!
Фернандо стоял перед зеркалом, готовый к выходу.
— Пожалуйста!
— Что?
— Я не собираюсь обсуждать с тобой сейчас общественные нормы, которые нужно соблюдать в данном случае.
— Тебе придется их обсуждать.
Сестра загородила проход.
— Могу я узнать, куда это ты собираешься? — зло выкрикнула Тереза.
— У меня встреча с Антонио.
— С Антонио?
— Да, — спокойно ответил Фернандо, — он занимается подготовкой «прощания с моей холостяцкой жизнью».
— Очень хорошо! — Тереза сделала обиженный вид. — Он идет развлекаться со своими дружками, — воскликнула разгневанная женщина, — а я остаюсь здесь.
— Кто тебе сказал о развлечениях?
— Ты!
— Я сказал, что мы встретимся с друзьями, выпьем за мое счастье и все, — разъяснил Фернандо.
— И только.
— Конечно.
Тереза немного успокоилась.
— Ладно.
— Прощай.
— Долго не задерживайся.
— Надеюсь.
Фернандо поцеловал сестру и удалился. Тереза посмотрела вслед брату и истерично рассмеялась.
— Ха-ха-ха! Его счастье… — Она задумалась и спросила, ни к кому не обращаясь: — А мое?..