Грезы Мануэлы
Шрифт:
1
Январь в Аргентине в этом году выдался на редкость солнечным и жарким. В северных провинциях страны температура перевалила за тридцать и держалась уже которую неделю.
На юге было прохладнее… Аргентинцы предпочитали в этот жаркий сезон брать отпуска и отдыхать на побережье Атлантического океана. Правда, было и немало любителей высокогорья, они спешили на запад страны, в Анды, простирающиеся на тысячи миль с севера на юг.
Буэнос-Айрес, почти трехмиллионный
Старинный дом Герреро утопал в зелени, все вокруг благоухало запахом араукарий и роз. Новый день предвещал некоторое облегчение обитателям этого дома, переживавшего не самые лучшие свои времена.
Молодая девушка томно потянулась в мягкой широкой постели, ощущая себя намного легче и бодрее, чем вчера. Болезнь, вызванная последними событиями, нервный стресс понемногу прошли, и Исабель Герреро облегченно вздохнула, радуясь солнечному свету, предстоящему дню.
Девушка встала с постели, накинула розовый легкий пеньюар и подошла к окну. Она с удовольствием отодвинула шторы и распахнула окно. Прямо в лицо ей дохнуло утро, повеяло запахом цветов и свежестью морского воздуха с побережья.
Исабель радостно улыбнулась и юркнула обратно с постель. Она лежала и размышляла о происшедшем в последнее время…
После смерти мадам Герреро положение Исабель было очень шатким и непростым. Как выяснилось, в наследство ей достались только имя знатного рода и долги. Однако все можно было еще поправить, и девушка подумывала о том, как бы все так устроить, чтобы цена была не столь велика…
В дверь осторожно постучали. Исабель повернула голову и негромко спросила:
— Кто там?
Дверь отворилась, и вошла пожилая женщина в черном платье с кружевным белым воротничком.
— Это я, Исабель, — сказала Бернарда.
В руках экономка держала поднос с завтраком.
— Доброе утро.
— Здравствуй, Бернарда.
— Я принесла кофе и твои любимые рогалики, — вежливо сообщила экономка, ища глазами, куда поставить поднос.
— Спасибо.
— Тебе подать в постель?
— Нет, поставь поднос на мой столик перед зеркалом, — небрежно ответила девушка Бернарде.
Женщина поставила поднос на указанное хозяйкой место.
— Ты приняла уже лекарство?
— Нет.
— Почему? — удивилась Бернарда.
— У меня уже ничего не болит.
Женщина недоверчиво посмотрела на Исабель и спросила:
— Может, вызвать доктора Вергаро? Я не очень-то доверяю вчерашнему больничному
Исабель встала и подошла к столику с едой.
— Не стоит, я чувствую себя хорошо.
Девушка сначала посмотрела на себя в зеркало, слегка причесалась и принялась за завтрак.
— Ты уже приняла решение? — робко спросила Бернарда.
Исабель недовольно повернулась к ней и усмехнулась:
— Не смогла удержать своего любопытства?
— Да.
— Что ж, — вздохнула девушка, — не буду от тебя скрывать…
Бернарда впилась взглядом в Исабель и затаила дыхание.
— Ты согласилась? — спросила она медленно.
Исабель не спешила с ответом. Она намазала рогалик маслом, потом взяла чашку с кофе и, наконец, улыбнувшись, произнесла:
— Успокойся, я сказала ему «да».
Бернарда после этого признания, казалось, потеряла дар речи. Женщина жадно хватала ртом воздух, заламывая и протягивая скрещенные руки к небу.
— О, Исабель! — выдохнула Бернарда.
Девушке было интересно наблюдать за ней, и она рассмеялась.
— Ты в самом деле выйдешь замуж за Фернандо Салиноса? — не верилось женщине.
— Да.
— В самом деле, Исабель?
Исабель небрежно кивнула светловолосой головкой:
— В самом деле.
Бернарда готова была взлететь.
— Какое счастье! — воскликнула она.
— Скоро я стану сеньорой Салинос, — мечтательно и гордо произнесла девушка, разговаривая со своим отражением в зеркале, — Исабель Герреро-Салинос.
Бернарда молча стояла позади.
— А теперь оставь меня, — вдруг приказала молодая хозяйка, — мне нужно одеться.
— Нет, Исабель, — возразила женщина, — врач сказал, чтобы ты была весь день дома и отдыхала.
— Мне надо разобраться со многими проблемами, — решительно произнесла девушка и открыла шкаф, перебирая свой гардероб, — еще до того, как будет продан мой дом.
Бернарда ничего не возразила, но, подойдя поближе, тихо спросила у хозяйки:
— Послушай, Исабель, а нельзя ли отменить эти торги?
— Что ты говоришь?!
В глазах девушки блеснул недобрый огонек.
— С такими деньгами, как у Салиноса, — пыталась вразумить Исабель опытная женщина, — это было бы легко… Не так ли?
Девушка гордо подняла голову.
— Этого не будет никогда! — властно произнесла Исабель. — И не думай об этом!
— Но почему?
Бернарда была в полном недоумении и растерянности.
— Потому…
— У него есть деньги, он тебя любит…
— Потому что это мой дом, а не его, — процедила сквозь зубы обиженная Исабель. — Меня никто не покупает! Ты это понимаешь, Бернарда?!
Пожилая женщина не стала возражать, она молча кивнула и удалилась из комнаты.