Грезы Мануэлы
Шрифт:
— Отец, — сказал Салинос, — который часто не бывал дома, у которого были романы с другими женщинами…
Исабель окончательно взяла себя в руки и даже повеселела, но виду не подала.
— Такого рода вещи — причина того, что ты сегодня вот такая, потому что все это оставляет неизгладимый след, Исабель, — закончил Фернандо.
Девушка положила красивые нежные ладони на широкие крепкие плечи Фернандо.
— Ты ошибаешься…
— Что?
—
— Исабель…
Но девушка прервала Фернандо.
— Пожалуйста, дай мне сказать! — Исабель отошла в сторону и произнесла твердо и с чувством, глядя куда-то в пространство: — Папа любил только мою мать и свою дочь и дал им все… — Медленно раздавался ее приятный дрожащий голос: — Любовь и все, что мог. Мой отец…
Фернандо видел, как на глаза Исабель наворачивались слезы, и она в этот момент походила на божество, была неотразима, притягательна, красива и очень дорога ему.
— Мой отец, — произнесла гордо девушка, — был великим человеком и таким останется для меня навсегда! — Она смахнула слезы. — Меня не волнует, что о нем говорят, меня это не волнует, — решительно произнесла Исабель.
Фернандо обнял ее.
— Исабель, я тоже хотел, чтобы ты сохранила этот образ своего отца, — сказал он, — и если я тебя чем-нибудь обидел, своими вопросами и… — Салинос не находил слов. — Пойми, я хотел знать и мне нужно знать…
Исабель подняла на Фернандо свое заплаканное личико и тихо-тихо прошептала:
— То, что происходит между нами, это только наше!
Фернандо нежно поцеловал свою невесту в щеку.
— Прости, Исабель, — извинился он, — я не хотел обидеть тебя!
Салинос замолчал и тяжело вздохнул.
— Поцелуй меня, — неожиданно попросила Исабель.
Фернандо был потрясен. Он удивленно и восхищенно посмотрел на девушку, потом медленно приблизился к ней и с благоговением и радостью поцеловал Исабель…
У сеньориты Герреро явно поднялось настроение. После робкого поцелуя Фернандо она лукаво посмотрела на него и кокетливо спросила:
— Ты только так будешь меня целовать?
В ее глазах блестел бесовско-озорной огонек.
— Я люблю тебя, Исабель!
Фернандо был вне себя от счастья. Он обнял ее и, прижав к своей груди, впился в розовые сочные губы жадным и долгим поцелуем…
— Я люблю тебя. — Салинос задыхался от счастья. — Я так тебя люблю!
— Я тоже люблю тебя.
— Я с ума схожу от тебя, Исабель.
— И я тоже.
—
Тереза Салинос в это утро была как никогда энергична и жизнерадостна. Набросив на плечи легкий, ярко-красный халат, она спустилась в столовую и попросила приготовить ей чай.
— Вам крепкий? — поинтересовалась служанка.
— Как всегда.
Тереза прошла в ванную комнату, а когда вернулась в столовую, завтрак был на столе.
— Спасибо, Барнет, — поблагодарила Тереза, — но я только выпью чашечку крепкого чая.
— Хорошо.
Экономка убрала лишнее со стола и налила в чашку горячего цейлонского чая.
— Благодарю.
Тереза села за стол.
— Да, Барнет, — вспомнила хозяйка, — вы не забыли, о чем мы с вами говорили вчера?
— Нет.
— Прекрасно.
Экономка молча стояла рядом.
— И все же я что-то упустила из виду…
Тереза напрягла свою память.
— Может быть, что-то из нарядов?
— Нет-нет.
И вдруг Тереза воскликнула:
— Ах! Ну конечно же, Лусиана! — Хозяйка просияла. — Мне нужно позвонить Лусиане. Она сможет наилучшим образом организовать свадьбу моего брата.
— Думаю, да.
— Но ты мне напомни все, что надо сделать.
— Хорошо.
Тереза снова задумалась.
— Ах да, наряд, — вспомнила она, — этим нужно будет обязательно заняться! Что еще?..
— Список приглашенных, — подсказала экономка.
Тереза отрицательно покачала головой.
— Нет, об этом нужно поговорить с Фернандо и Исабель. Они сами решат, кого пригласить.
— Сеньора…
— Да?
— А почему вы не пьете свой чай, — напомнила Барнет Терезе, — он уже совсем остыл.
— Это неважно, — ответила та и продолжала вспоминать: — Мой брат такой безответственный!
— Почему?
— Жениться вот так вдруг…
Тереза сделала глоток из чашки.
— Да.
— К свадьбе надо готовиться.
— Конечно.
Тереза всплеснула руками.
— Я из-за этого так переживаю, — возмутилась она, — но это никого, как ни странно, не волнует.
Барнет не хотела обсуждать семейные дела хозяев и поэтому вежливо спросила:
— Сеньора, я могу заняться своими делами?
— Нет-нет, я хочу, чтобы ты была рядом, — воспротивилась Тереза и указала на стул: — Сядь.
— Спасибо.
Экономка присела.
— Я хочу, чтобы ты слушала меня, давала советы, высказывала свое мнение.