Гранитное сердце
Шрифт:
51 глава
— Марьян, да, я, да, привет! У меня тут дело к тебе, — не могу удержаться и перехожу к "делу" сразу же, как только за Иваном Сергеевичем закрывается дверь. — Ты не в курсе, куда мои камни из последней экспедиции делись? Ты забрала?
— Норма-а-а-ально, подруга, — обиженным тоном отвечает она. — Значит, три недели от тебя ни слуху, ни духу, на звонки не отвечаешь, сама не звонишь. И тут вдруг, как снег на голову! Забыла уже, какую истерику
— Это долгий разговор, Марьяш. Я потом тебе всё объясню, правда! Ты прости, мне сейчас некогда рассказывать! Мне камни эти нужны очень. Прямо жизненно необходимы!
— Да-а-а, Яночка, что-то ты совсем... от нас отдалилась. Что-то там в твоей жизни происходит, а ты мне даже рассказать не хочешь! А я, между прочим, из гранита, который ты мне в прошлый раз подарила, такой кулон для тебя забабахала, что и не скажешь, что он именно из гранита! Красота получилась неописуемая! Хоть на выставку отправляй!
— Из какого гранита? — спросила я, только чтобы дать ей возможность говорить дальше, а себе самой — подумать.
Из того самого, который меня туда, в Шортс, перенес?
А что если камень трогать нельзя было? Что если Марьяна, не зная этого, всё испортила?
Меня пронзает ужасом и горло перехватывает от страха.
— Марьяша, а этот камень... Это не тот, который...
— Тот! С которым ты в тот вечер вырубилась! Я вообще охренела! Сидела-сидела такая, пиво пили, мужиков обсуждали, и тут ты бац! Говоришь: "Ой, что-то так спать хочется!" Глаза закрываешь, прям с куском гранита в обнимку укладываешься на диван и засыпаешь.
— А ты? — затаив дыхание, спрашиваю я.
— А что я? — смеется она. — Еле гранит этот несчастный у тебя вытащила, чтобы во сне себе лицо не расцарапала! Вцепилась так, что и не оторвешь! Сложила все камни в рюкзак, поставила у порога, чтобы не забыть забрать. А что, нельзя было? Ты же мне их и обещала... Потом легли с Жориком в гостиной — лень было такси до дома вызывать. А утром ты проснулась, как не в себе! Давай орать, по квартире носиться! Ох, еле ноги унесли. Я потом звонила сто раз, ты трубку не брала. Мы даже ездили к тебе. С родителями твоими встретились, поговорили... Ну, в общем, что я тебе рассказываю! Ты и сама в курсе.
Я пыталась подумать о камнях. Но Марьяна отвлекала болтовней.
И, уговорив ее привезти мне остатки гранита, а заодно и кулон, я предложила встретиться вечером.
Она, хоть и с опаской, что прошлая моя истерика может повториться, согласилась.
В волнении я металась по квартире! А что если получится? Что если я снова перемещусь?
По логике Ивана Сергеевича такое может случиться только если там, в Шортсе, Луиза или кто-нибудь другой, подходящий, тоже будет держаться за гранитный столб.
Но почему тогда я вернулась сюда, ничего не имея в руках! Луиза же должна была бы держать камень, типа, как проводник... А я когда проснулась, в руках ничего не было!
А хотя...
Точно!
Не дожидаясь гранита
И вот там-то, в самом уголочке, лежал, выделяясь на сером ламинате, небольшой серый камешек.
Взять его сразу в руки, я побоялась.
Смела веником на совок и водрузила на письменный стол.
Усевшись за него, достала несколько чертежных листов и начала писать.
Отдельно письмо маме и папе. Отдельно — Марьяне с Жориком. И целый роман для Луизы. Я не была уверена в том, что она сумеет прочитать, потому что не знала, в принципе, умеет ли она это делать. Поэтому закрепила листы с посланием для нее кнопками на стене, так чтобы видно было отовсюду. Я надеялась, что Иван Сергеевич прочтет ей и разъяснит смысл.
На последнем листе было написано: "Предлагаю каждое последнее воскресенье месяца меняться обратно. И писать друг другу обо всём произошедшем". А ниже была приписка: "И не обижай маму с папой".
Закрепив последний листок, я подошла к столу и взяла в руки камень.
52 глава
Но, наверное, это было бы слишком просто, если бы так запросто осуществилось.
Нет, я не перенеслась в ту же секунду в каменоломню, и не оказалась внезапно ни в замке Шортса, ни даже на каком-нибудь поле боя. Я так и стояла посередине комнаты в своей квартире с куском гранита в руках.
Надежда на то, что по какой-то там невиданной причине Луизе вдруг захочется вернуться сюда, в незнакомый и, наверное, как кажется ей, враждебный к ней мир, растаяла без следа. Зачем ей сюда? Конечно, она была рада без памяти, что удалось вернуться домой. И уж точно она ни за что не пожелает сюда переместиться снова.
Понимание этого, как ушат с холодной водой, окатило меня, полоснув по сердцу ужасом.
Неужели это так? Неужели всё, ни единого шанса вернуться и увидеть Брендона нет?
Упав на кровать, я рыдала до самого прихода Марьяны. Потом, уже когда подруга позвонила в дверь, наскоро умылась и, притворившись, что только что из душа, пошла открывать.
Стоило только впустить ее и запереть дверь, как в двери позвонили снова.
Выглянув в глазок, я увидела родителей и Ивана Сергеевича.
Ох, как же я пожалела, что даже не догадалась хоть немного привести себя в порядок и чуть замаскировать припухшие от слез глаза! Ну, хоть листки со стены успела снять и спрятать...
— Ты плакала? — тут же догадалась мама, только шагнув в прихожую.
— Что стряслось? — обеспокоенно посмотрел на меня Иван Сергеевич, опередив с этим вопросом отца.
И мне даже на долю секунды захотелось обнять этого, по сути, чужого мне человека. Ведь по тревоге в его глазах, по факту того, что он второй раз за день явился ко мне, да и просто интуитивно, я понимала, что он неравнодушен к Луизе! А значит, будет так же расстроен, как и я, когда узнает, что, скорее всего, никогда больше ее не увидит.