Горизонты вечности
Шрифт:
Но а что же мы? Ещё одна созданная из пробирки цивилизация, уменьшенная копия создателей? Спрятанная для надёжности в другой галактике за Порталом. Нас тоже пытались уберечь от Паприкорна? Тэхх-Карра будто прочёл мои мысли и продолжил речь:
– Я не знаю, кто вы и откуда ваша раса. Некоторые черви утверждали, что мы с вами очень похожи. Если вы изучаете Экспонатов, то между нами действительно есть связь. – Он пожал плечами. Две медвежьи лапы покоились на груди. – Вы не просто так тревожите прошлое, создаёте временные миры вроде того, в котором мы присутствуем
А тебя никто и не зовёт, подумал я и спросил:
– Далеко ли отсюда находятся исправные цифрофаги?
Холодов утверждал, что их всегда можно найти в пешей доступности от Империала, но зачем тогда париал спешно пытался реанимировать багги средь бело дня?
– Некоторые из наших соратников проявили трусливо-предательскую сущность, – зло проговорил Верховный просвещённый, глядя куда-то в сторону. – Когда начался Бунт Песков, они сбежали и воспользовались цифрофагами. Все знали, для чего они нужны – чтобы перебираться из одного мира в другой, скакать по мирам, как по страницам книги.
– Ясно, кое-кто из ваших решил ускакать, – вставил я, преисполняясь злостью в унисон с еретиком.
Возможно, эти трусливые копии лишили меня обратного билета домой, нагло и бессмысленно угнав единственный подходящий транспорт.
– Мы постоянно проводили лекции, – словно оправдываясь, сказал Тэхх-Карра. – Объясняли этим отсталым, что пользоваться цифрофагами для нас равносильно смерти. Эти технологии не должны были оказаться в такой близости от наших поселений.
– Экспонаты могли оставить их как страховку, – предположил я, но тут же отмёл своё же предположение: – Хотя вряд ли. Они бы потрудились спрятать их лучше. Скорее, дело в спешном бегстве самих Экспонатов.
Снова напрашивалась аналогия с людской цивилизацией. Мы нашли Портал, ставший дверью в дом Экспонатов. Без сомнения, Э-Система была их домом, в котором они не успели прибраться перед уходом. А нам не потребовалось особого приглашения. Первопоселенцы из «Долгого рассвета» шустро прибрали находки к рукам и уже через столетие обжились на терраформированных планетах Э-Системы. «Спасибо деду за планету» – вот как шутили в ту пору начальной экспансии про Экспонатов. Чёрный юморок с каменным налётом. Шуток поубавилось, когда в 2121 году о себе во всей красе дал знать супервирус П-21. Тогда стало ясно, что «дед» оставил по завещанию не только недвижимость, но и наследственное заболевание.
– И какие варианты остаются у нас с париалом? – спросил я, возвращаясь к насущным проблемам. – Насколько далеко вы исследовали пустыню? Там есть ещё работающие цифрофаги?
Тэхх-Карра помассировал пальцами глаза.
– Ночью вы ничего не найдёте за горизонтом, кроме тьмы и остывающего песка, – проговорил он не наигранно зловеще. – Но вам стоит попытаться преодолеть горизонт под Плавящим Светилом, как это делают Лучшие. Призрак Пустынь – миф для контроля, да, но Подношения – нет.
Тэхх-Карра замолчал, будто я должен
– Не понимаю, о чём ты.
Просвещённый похлопал ладонью по оставшейся на столе стопке с письменами.
– Одной из главных заповедей от создателей для касты омолодителей были Подношения. Каждый пеклоцикл мы обязаны были отправлять одного из лучших жителей за горизонт. В разгар пеклодня.
– То есть, это не часть легенды о Призраке? – изумился я.
Тэхх-Карра покачал головой:
– Нет. Ты же сам видел розовеющее небо. Разве могли бы мы изменить его цвет, червь Майло Трэпт?
Такое обращение вызывало скорее усмешку, нежели раздражение.
– Полагаю, нет, Верховный еретик, – ответил я, старательно выговаривая каждое слово. Тэхх-Кара не набросился на меня из-за слова «еретик», но удивлённо повёл бровью. – И что же может его менять?
– Мы не допрашивали вернувшихся после такого путешествия. Потому что никто не возвращался.
– Статистика не внушает оптимизма. Может, их поглощает Паприкорн? И никакого спасения за горизонтом нет?
– Может, – равнодушно сказал Тэхх-Карра. – Но выбора у вас нет. Лучше испытать удачу, чем смиренно принять гибель, не так ли?
Бесспорно. Я промолчал, раздумывая над степенью риска. Но что тут думать? Риска не больше, чем просто умереть. Вернувшихся из забвения нет. Как и среди преодолевших горизонт Криопсиса.
– Париал не выдержит похода, который может затянуться и до заката, – сказал Тэхх-Карра. – Ведь сколько не иди, а горизонт всё время будет так же далеко, как и в начале пути. Никто не знает, когда небо взмахнёт розовыми крыльями. Порой на Подношениях это случается быстро, а порой нет.
– А ещё на Подношение обычно не едут на багги, – резонно напомнил я.
Еретик отмахнулся:
– Про способ передвижения в заповедях ни слова. Главное – доставить жителя за горизонт. Не говорится даже о поле и возрасте, просто он должен быть одним из лучших. Мы сами ввели традицию отправлять юношей в расцвете сил, считая, что у них больше шансов пережить Плавящее Светило. Но если говорить о действительно лучших, то париал Уллса Дже’Овилла – достойный кандидат. Он многого достиг в Империале, а у него в запасе ещё одна процедура омоложения…
– Это всё замечательно, – прервал я Верховного, – но париал – всего лишь оболочка. Цель доставки – заключённый в неё разум червя Захара Мойвина. Да и то… – Я осёкся, не решившись говорить о небольшом дефекте его личности.
Если перемещению сюда ослабило естество Мойвина настолько, что он не смог подавить разум аборигена, то шансов успешно пережить обратное перемещение у него не много. Что за психогибрид вернётся в лабораторию доктора Джудо?
Тэхх-Карра не успел ответить. Массивная дверь отворилась, и в конуру без спроса вошёл еретик, приведший меня сюда – Агре.
– Вынужден прервать вас, Верховный, – сказал он. – Скоро начнётся фаза заката, нашим гостям пора выдвигаться.
– Париалу удалось запустить механизм?