Фиолетовое пламя
Шрифт:
Слабый, болезненный стон заставил его резко обернуться. Темная, неясная фигура остановилась посреди улицы, потом с трудом, неуверенно двинулась дальше, сгибаясь под тяжестью невидимого груза. Рейз уже хотел было отвернуться, когда фигура оказалась в кругу света газового фонаря.
— Грейс!
От неожиданности она оторопела, широко раскрыв глаза. Рейз соскочил на землю и бросился к ней.
— С вами все в порядке? Постойте, дайте я возьму чемоданы. Что вы делаете здесь одна, ночью? Черт побери! Еще ведь и двух часов не прошло, как я оставил
Последние слова он выкрикивал с нарастающим бешенством, понимая, что девушка попала в ту самую ситуацию, которой он старался избежать, — брела одна по ночным улицам, в темноте.
— Вы! — вскрикнула она. Щеки ее пылали. — Пустите! Поставьте мой чемодан! Мне не нужна ваша помощь. Да поставьте же его!
Она ухватилась за саквояж, который он поднял, и дернула с такой силой, что Рейз от неожиданности выпустил его из рук. Грейс покачнулась, и он потянулся, чтобы поддержать ее.
— Все из-за вас! — задыхаясь, выкрикнула она, отталкивая его. — Не трогайте меня! Вы и так уже достаточно сделали!
Потрясение, испытанное Рейзом в первую минуту, когда он увидел ее, теперь прошло; ему уже было ясно, что произошло.
— Так, значит, Луиза вас выгнала, — покачал головой Рейз, чувствуя, как под ложечкой у него противно заныло от сознания собственной вины.
— Да! Из-за вас!
— Это несправедливо, — спокойно возразил Рейз, но в душе он проклинал себя.
— Она ваша любовница! — крикнула Грейс. — И я не хотела, чтобы вы подвозили меня до Мэлроуза! Я не просила вас увиваться за мной!
— Не мог же я позволить вам идти пешком до поместья одной, в темноте, — мягко напомнил Рейз.
— Вы хотите сказать, что не могли противостоять искушению, — бросила Грейс.
— Мне, право, очень жаль, что все так получилось.
— Жаль, — эхом отозвалась она. — Как будто это что-то меняет! Как будто это поможет оплатить мои счета!
Грейс решительно взялась за свои вещи: перекинула через плечо саквояж, подняла чемоданы. Рейз взял их у нее из рук, мрачный, снедаемый чувством вины. Она взглянула на него. Он ожидал, что взгляд будет ненавидящим, испепеляющим, но обнаружил, что девушка вот-вот заплачет. Она пошла по дорожке к пансионату. С чемоданами в руках Рейз последовал за ней.
Было еще не слишком поздно, и свет из окон гостиной лился на улицу, а с террасы доносились приглушенные голоса: кое-кто из постояльцев Харриет наслаждался ночной прохладой. Все разговоры смолкли, когда Грейс с Рейзом ступили на террасу; две пожилые женщины с откровенным любопытством уставились на них. Рейз перехватил оба чемодана одной рукой и распахнул перед Грейс дверь. Она вошла, будто и не замечая его.
На полу лежал лоскутный коврик, слева тянулась вверх лестница с белыми обшарпанными перилами. Старые, выцветшие занавески чуть колыхались от легкого ветерка. Дом явно нуждался в ремонте, но был чистеньким и веселым, и Харриет по праву славилась как добродушная, заботливая хозяйка, которая готовит лучшие блинчики в целом штате.
До
Как раз в эту минуту миссис Голд, полная седая старушка, суетливо вошла в холл, неся целую кипу выглаженных скатертей и постельного белья.
— Рейз!
— Добрый вечер, Харриет! Чудесная погода, не правда ли?
— Чудесная-то чудесная. Но что это ты задумал, повеса неугомонный? Вижу-вижу, как глазки-то блестят! — Она приветливо улыбнулась Грейс:
— А вы, должно быть, новая гувернантка девочек Баркли? Грейс вспыхнула:
— Да, это так, но…
— Мисс О'Рурк решила подыскать себе другую работу, — вмешался Рейз. — Ей нужна комната. И кстати, — внезапно добавил он, вспомнив о Кеннеди, — мне она тоже нужна.
Он сделал вид, что не замечает недоверчивых взглядов Грейс и хозяйки, обращенных к нему.
— У меня есть несколько свободных комнат, — добродушно улыбаясь, сказала Харриет, — но зачем тебе жить здесь, когда у тебя роскошные апартаменты в «Силвер леди», — вот чего я понять не могу! Ты совсем как твой папочка: вечно что-нибудь выдумываешь! Послушайте меня, Грейс, держите с ним ухо востро!
— Хорошо, миссис Голд.
— Это ваши чемоданы? — спросила старушка. Рейз все еще держал их в руках. Харриет подмигнула Грейс:
— Каков джентльмен! Ну пойдемте наверх, у вас усталый вид. И можете называть меня Харриет.
Не прошло и нескольких минут, как Рейз обосновался в уютной бело-голубой комнатке, из окна которой утром увидит яркую зелень деревьев на берегу Миссисипи. Харриет предложила ему спуститься на кухню подкрепиться тем, что осталось от ужина, и Рейз согласился. Он повесил куртку в небольшой платяной шкаф, снял галстук и расстегнул верхние пуговицы белой полотняной рубашки. Пошире открыл окно, с наслаждением вдыхая любимый аромат магнолий, и хотел уже отойти, когда услышал голос Грейс, доносившийся из сада. Он перегнулся через подоконник, стараясь получше расслышать и разглядеть, что там происходит.
Ни то ни другое ему не удалось. Тогда Рейз вышел из комнаты и спустился по лестнице, стараясь не спешить и сохранять невозмутимый вид. Он вроде бы случайно зашел в гостиную, в которой, как и предполагал, была дверь, ведущая в сад. Возле этой двери он и остановился, чуть подавшись назад, чтобы Грейс его не заметила. Рейз хотел знать, как она настроена и что собирается предпринять.
Рейз сразу понял, что она не одна — с ней Аллен Кеннеди. В нем тотчас же вспыхнула ревность.
— Что мне теперь делать? — говорила Грейс, стоя к Аллену совсем близко, так близко, что он держал ее за руки