Феодал. Том 6
Шрифт:
Общественный статус: «Праведник» — человек, живущий по высшим моральным законам, служа примером для других.
Сейчас же влияние отца Филарета неизмеримо больше. В Таленбург ежедневно стекалась толпа народа, жертвовала церкви, молилась, искала наставления и духовного спасения.
Кстати, о толпах…
Я распрощаться со священником и хотел последние минуты перед баронскими заботами провести в одиночестве. Не думал, что это когда-то станет для меня роскошью, но даже тут, увы, не спрятаться.
— Попался! — вездесущая Марина
— Да погоди ты, — со смешком ответил я.
— Мне надоело выслушивать жалобы! От тебя так все разбегутся, Владимир. Ты постоянно отсутствуешь: то воюешь, то тебе некогда. Просто займись своей работой, включай ведунский глаз, железу или что там и вперёд. Никто за тебя этого не сделает.
Нас здесь за углом башни не было видно, так что я дёрнул Троекурскую за руку на себя, и сам не понял, как поцеловал, обхватив ладонью её затылок. Она сначала застыла от неожиданности, а потом отвесила пощёчину.
— Думал, ты сама этого хотела? — произнёс я, наблюдая, как колышется взволнованно её грудь, гнева в девушке не чувствовалось.
— Это за то, что соображаешь туго, — ответила она, забрасывая руки на шею, и привстала на цыпочки, чтобы дотянуться губами.
Меня словно накрыло фейерверком. Долгожданная горячая близость обожгла сознание, вытеснила оттуда всё лишнее, не оставив ни единой мысли — только желание продлить этот момент.
— Погоди, — задыхаясь, отстранилась она, — люди увидят.
— Не увидят, чёрт с ними, — мы прервались, но Марина из нас обоих оказалась более благоразумной и сдержанной.
— Тебе нельзя… Сначала работа… ждут… — я целовал в этот момент её шею, и девушка, прикрыв глаза, пыталась сопротивляться. — Всё, вечером приду, мне пора.
Её уход был таким же стремительным, как и то, что сейчас произошло. Троекурская поправила волосы и торопливым шагом поспешила к воротам, оставив меня одного. Я коснулся спиной стены и сполз по ней.
«Что это было?»
Хаос постепенно отступил, а в голове прозвучала её последняя фраза «вечером приду». Дождаться бы ещё этого вечера, но то пустяки. Больше всего я переживал, что она вообще не пойдёт на контакт, оскорбится или воспримет как унижение своей гордости.
Последние события со стычкой с графом и вся эта война пробудили неутолимую жажду жизни, я хотел покончить с неопределённостью. Эмоциям требовался выход, слишком долго я вёл эту игру, чтобы и дальше продолжать, изображая безразличие.
«Как оказалось, зря», — ухмыльнулся я, вставая и проводя рукой по волосам.
Повлияли ли на это разговоры Склодского, Гио и отца Филарета? Лишь отчасти.
Я старался сдерживать рвущуюся наружу улыбку, когда проходил барбакан. У терема ожидала выстроившаяся в очередь толпа приезжих, несколько сотен. Они гудели кто сердито и раздражённо, кто просто громко что-то обсуждая, некоторые смеялись, но общее возбуждение было выше обычного.
Многие из них видели меня вживую при прошлом объезде феода, так что мой примитивный рабочий наряд не сработал, гвалт значительно сбавился. Я поднялся на пять ступенек вверх и обернулся.
— Не волнуйтесь, сегодня приму всех. Начнём с вас двоих, — показал я пальцем на скотоводов «B» ранга. — Григорий, заводи, как предыдущие выйдут. И да, для всех остальных я занят.
— Понял, ваше благородие, — ответил приказчик. — Так, а ну не толкаемся, очередь дойдёт до каждого.
— Да сколько можно уже? Десятый день пошёл…
— Пора бы…
— Сами позвали. У нас, что, делов дома нет?
Я пропустил мимо ушей эти возмущения и, войдя в просторный кабинет, засучил рукава. Как и просил вчера, перья, чернильницу и бумагу приготовили загодя. В углу возле окна зевал Иней. Пошамкав как вредный дед пастью, он зыркнул на заробевших гостей и свернулся обратно в калач. Не говоря ни слова, я вписал фамилии и профессии вошедших.
— С семьёй?
— А как же, два сына, дочка, жена, свёкор.
— Холост, — ответил второй.
Я отметил две галочки в список готовых домов, поставил подпись, баронскую печать и выдал разрешение на заселение.
— Анастасу с семьёй достанется номер 7, а тебе Кузьма 16-й. Там всё готово, вас уже приняли на работу?
— Подёнщиками.
— Хорошо, тогда за распределением к Анжею Маричу. Сейчас у нас строится скотный двор, на очереди свинарник, птичники и овчарня. Хочу, чтобы вы подобрали здоровых животных, закупили, что необходимо и организовали работу. Ваша задача — содержать всё в чистоте и порядке. Ветеринарную избу тоже справим, но ежли болезнь какая — к Юркову сразу, нашему второму лекарю. Читать умеете?
— Малёхо да.
— Да.
Я опять прервался на писанину, закончил и передал им второй заверенный печатью документ.
— Вот перечень поголовья, что я хотел бы видеть у себя в хозяйстве.
Один из них держал бумажку огрубевшими пальцами, а второй смотрел ему через плечо. Лица обоих постепенно вытягивались и мрачнели.
— Коровы дойные (500 голов)
— Свиньи (взрослые) (900 голов)
— Овцы (400 голов)