Эвтаназия

Майская Анна

– Зачем давить, если можно заменить. Я помогу тебе найти подходящую, которая будет выполнять твои указания.

– Хорошо бы, - нетерпеливо ответила Юля.
– У нас сотни миллионов. Недвижимость. Мой отец был далеко не Фомка, успел на ярмарку, во время приватизировал, сколько можно было прихватить типу такого ранга.

– А мать?

– Изжога - не человек. Умишко невелик, амбиции безмерные.

– Как ты свою мать не любишь. За что?

Сердитая Юля мяла салфетку. Александр поднял за руку девушку со стула, обнял за плечи и повел к выходу.

Они нашли полное понимание, целовались на скамейке в сквере, ходили по аллеям, Юля прижималась к своему спасителю от тягостной скуки, а Александр был в полном восторге от столь удачного, по его мнению, знакомства.

Вечером этого дня Александр и девушка эксцентричной внешности, которую он называл Симой, сидели на скамейке. Он фривольно шарил у нее под жакетом по груди. Она возвращала его руку на его собственные колени. Александр откинулся на спинку скамейки.

– Кое-что узнала. У меня там свой охранник работает, двоюродный брат. Прозоров - инвалид. Юлька сама по себе ничего не представляет. Одержима завладеть всем имуществом, стать полноправной хозяйкой.

– Ну, а Надежда, свет Ивановна, - что ты скажешь про неё, Симон?

– Сима, - поправила его девушка.
– Сима. Запомни, наконец. А вот Надежда Ивановна, - тут ты упадёшь, не встанешь. Это сестра родной матери Юли. Алёна умерла при родах. У Надежды была любовная интрижка с Прозоровым, отцом Юли.

– А дальше?

– Алёна их застала в любовной сцене и выгнала сестру. А когда умерла, Надежда вышла замуж за своего любовника и стала для Юли мамой.

– А Юля знает, что Надежда ей не мать, а тётка? Да еще бывшая любовница отца?

– Неведомо сего отрочице. И это сыграет положительную роль для нас с тобой. Я устроюсь к ним экономкой, стану подругой Юле, а ты...- она внезапно взъярилась.
– Ты смотри не влюбись в наследницу миллионов? Я никому тебя не уступлю.

– Ты, Симон, вне конкурса. Как только осуществится наш план и будет достаточно капусты, мы бросим кости на берегах Кипра или еще где. Сима, помощница, друг, любимая, у нас все получится.

На скамеечке в сквере Александр в нетерпении ожидал запаздывающую Юлю. Она появилась и села рядом с Александром. Он обнял её. Поцеловал в щечку. Нежно поглядел в глаза девушки, долго, призывно, отчего та опустила глаза, не выдержала взгляда.

– Здравствуй, что за новости ты собираешься мне сообщить?

– Сногсшибательные. Знаешь ли ты, моя прелесть о том, что Надежда Ивановна твоя тётя, а не мать?

Удивленная Юля приподняла брови, отрицательно покачала головой. Она опешила. Даже слов не нашла от столь дерзкой новости.

– Мамой твоей была Алёна, она умерла при родах. Но это еще не всё. Надежда, свет Ивановна, имела любовный роман с твоим отцом. Алена застала любовников в постели и выгнала изменницу-сестру из дома. Как она попала в дом после смерти твоей матери и стала воспитывать тебя, не знаю.

Некоторое время Юля бесцельно скользила глазами по зеленым ветвям деревьев, встала, внимательно

посмотрела на собеседника.

– Это правда? Моя мама умерла, а сестра её ложе заняла обманом? Но почему мне старая Ульяна не рассказала об этом?

– Она с ней заодно. Ты свою мачеху спроси внезапно. У вас есть фотографии, вот пусть и расскажут, кем тебе приходится Алёна. А старуху Ульяну, сводницу, нужно выгнать немедленно. Я тебе найду отличную экономку, она станет твоей подругой, будет заботиться. Это моя родственница, она закончила кулинарный техникум, готовит, объядение. Умная, молодая, вам будет, о чём поговорить. И она нуждается в работе. Зовут Сима. Ты сразу же почувствуешь себя настоящей хозяйкой, Сима будет подчиняться тебе беспрекословно.

Вечером Юля принесла альбом с фотографиями на кухню, где как обычно Надежда разговаривала с Ульяной. Они обе замолкли, как только она вошла. Увидев альбом, Надежда вопросительно посмотрела на Ульяну. Та ответила ей коротким взглядом. Юля открыла страницу с фото, на нем была изображена Алёна.

– Это моя мама? Да?
– спросила она врасплох.

– Она, - растерянно ответила Надежда, - но я не виновата, что Алёна умерла . Меня она вызвала к себе перед самыми родами. Была серьезно больна.

– И ты осмелилась приехать после того, как она тебя выгнала?
– последовал беспощадный вопрос.

– Опомнись, дочь, я отдала тебе лучшие годы жизни.

– Мне или деньгам отца? Жить в нищете, наверное, хуже, чем быть нянькой чужого дитя? Не так ли тётя?

– Кто вбил тебе в голову эту чушь? Подумай, как я к тебе всегда относилась? Разве между нами были какие-то недоразумения?

– Нет, - подумав, ответила Юля, - но это не значит, что вы с отцом должны были обманывать меня. У меня сейчас приём в клинике, я иду туда на практику. Позже поговорим.

После ухода Юли, Ульяна подошла к хозяйке.

– Чаю?
– спросила она.

– Лучше отравы, чтобы не слышать такого.

– Я видела её в компании парня, не раз, - с расстановкой резюмировала Ульяна.

– Ослеплена любовью проходимца?

– Скорее всего. Раскрытие тайны никому до сих пор было не нужно.

– Что мне делать?
– Надежда смотрела на старую женщину с надеждой утишить боль нервного перенапряжения.

– Ждать. И бури утихают, и землетрясения, наделав дел, успокаиваются. Поживем, увидим. Да. Кто-то разбудил спящий вулкан стяжательства. По трупам пойдет наша дева.

В кабинет доктора Смелова вошла Юля. Он с любопытством разглядывал юную посетительницу. Она смущенно перебирала пальцами ручку сумки.

– Понравилась вам наша клиника, Юлия Витальевна?

– Еще бы. О такой можно только мечтать. Новейшее оборудование, сверхсложные операции по пересадке человеческих органов. А осложнений с поставкой доноров не бывает?

– Это самый трудный момент. Больных, нуждающихся в пересадке, гораздо больше доноров. Годами ждут своей участи.