Это я, Катрина
Шрифт:
Выталкиваю улыбающегося папахена прочь. Не терпится опробовать. Отрегулировала на тот максимум, который не пересекает границу комфорта, и уснула со счастливой улыбкой.
Утром даю сама себе затрещину. Надо было перед залезанием в аппарат измерить рост до миллиметра. Утренний замер даёт результат на полсантиметра выше ста семидесяти. Но это может быть суточным колебанием. Давно известно, что утром человек чуть выше, чем вечером. Потом проверим. Когда статистику наберу.
Глава 14
Пришла
29 ноября, пятница, время 17:20.
Центр искусств, зал художественной гимнастики,
— Может, не стоит? — скептически кривлюсь, когда Ольга прижимает Ледяную, распластавшуюся в глубоком шпагате, к полу.
Вика может так:
Глядит с огромным недоумением: как это не стоит?
— Она догнала меня, а стоит ли раскачивать гибкость дальше, я совсем не уверена, — это в самом деле так.
Вика проявила поистине королевский характер и дожала свою растяжку до моего уровня. Подозреваю, что её природные данные в гибкости чуть выше моих, она немного тоньше меня. Именно поэтому относительно легко меня догнала. Раньше она просто особого внимания этому не уделяла.
— Почему нет?
Мы отходим от Вики, которая меняет ногу.
— Заметный выход в отрицательный угол производит впечатление, — излагаю свои замечательные наблюдения. — Но только в том случае, когда он не слишком глубокий. После некоторого предела возникает гадкое чувство уродства. Это уже шоу другого рода, не эстетика художественной гимнастики. Как бы это сказать… цирковое представление, намеренно вызывающее шок у зрителей. Как бородатая женщина или трёхногий человек.
Ольга задумчиво кривит губы.
— Тренерская установка по умолчанию — выжимать до предела все возможности.
Не очень-то в это верю. Какая-то сверхвыдающаяся гибкость среди «художниц» изредка встречается, но не находит фанатичных последовательниц. К тому же, несмотря на кажущееся разнообразие движений, они все расписаны до миллиметра. Если кто-то выдаст шпагат до прямого угла в обратную сторону, это никого не впечатлит. В любой позиции надо развести ноги в прямую линию, тогда элемент засчитывается судьями, как чисто выполненный. Небольшое превышение — оно лишь для убедительности, ну и для эстетики.
— А мы разве не достигли требуемого предела?
Ольга задумывается. Мы если и уступаем её штатным воспитанницам, то неразличимо для неопытного глаза.
— Давай договоримся, Дана. Продвигаемся чуть дальше и только тогда останавливаемся. Чтобы уверенно делать что-то, надо уметь чуточку больше.
— Умеешь делать на десять, показывай на восемь?
— Примерно так, — но уточняет: — Только на соревнованиях надо показывать на одиннадцать, когда умеешь на десять.
— И сломать себе ногу
Её как будто по лбу бьют. Глядит на меня слегка дико.
Неправильно она понимает тему. Стараться победить — это одно, а пересекать границы своих возможностей на состязаниях — значит, попадать в выбраковку имени Дарвина. Объяснение, успокаивающее тренершу, завершается разочарованием. Для неё.
— Мы с Викой не планируем строить карьеру в спорте. И победы в соревнованиях нас не прельщают.
— И зачем вы тут?
— Хобби. Случайно увлеклись, — кое-что вспоминаю. — Да это же ты нас сюда притащила!
Отстаёт. На время, я полагаю.
После разминки надеваем вариант костюмов для будущего выступления. И производим забавное впечатление на своих товарок. Пялятся на нас во все глаза. Как первый раз увидели.
Вторую неделю работаем с обручем. Крутить я его раньше не умела. Вика тоже, но научилась почти мгновенно. Наверняка хореографическая выучка сказалась, во многих танцах используются волнообразные движения телом.
Карину я передумала приводить сюда. Вернее, Ольга меня отговорила, когда я ознакомила её с параметрами девочки:
— С таким телосложением она здесь моментально комплекс неполноценности схлопочет. Поработай с ней сама, пусть она подрастёт. Тогда посмотрим.
Пока с Викой работаем над собой. Подготовка к выступлению выходит на финальную стадию. Окончательное составление композиции, доводка, шлифовка. В неторопливом разминочном темпе. Не получится какой-то эпизод? Да и шут с ним! Или выбросим, или оставим несовершенным. Хотя на второе королева не согласится.
29 ноября, пятница, время 21:30.
Москва, квартира Молчановых.
Скрупулёзно вычисляю результаты бесцеремонных экспериментов над собой. Журнал-то веду ежедневно, отмечаю величину и продолжительность усилия вытяжного девайса. Время суток тоже. Но подбивать итоги имеет смысл, если есть заметный прогресс. И вот наконец уверенно получен реальный результат. Мой рост стал сто семьдесят один. На один сантиметр ноги стали длиннее. Соответствует коэффициенту фактурности сорок девять и четыре. До применения вытяжки было сорок девять и семь.
Результат замечательный, теперь надо вычислить предел. Меньше сорока девяти делать не стоит. Уродливо длинные ноги мне тоже ни к чему.
Выстраивать математическую схему для вычисления мне лень, поэтому действую наощупь, методом тыка. Получилось, что при росте от 172 до 172,5, достигнутого за счёт удлинения ног. коэффициент фактурности будет от 49,1 до 49 (даже чуть меньше, но сотые доли округляю).
Вот это и есть предел, который не стоит пересекать: сто семьдесят два с половиной сантиметра. Малюсенький запас не повредит. Тело с возрастом меняется, и обычно не в лучшую сторону.