Элита

Касс Кира

куда лучшая принцесса, чем я, особенно если она ему

действительно нравится. Я хочу, чтобы он был счастлив. К тому же

скоро должны исключить еще одну девушку. Когда он вызвал меня

сегодня, я подумала, что все — отправляют домой.

Марли рассмеялась:

—

Не говори ерунды. Если бы Максон не испытывал к

тебе никаких чувств, он уже давным-давно отправил бы тебя

домой. Ты здесь, потому что он отказывается терять надежду.

Из горла

у меня вырвался полузадушенный смешок.

—

Я очень хотела бы поболтать с тобой подольше, но

мне уже пора уходить, — сказала она. — Пока у гвардейцев

пересменка не закончилась.

—

Ничего, что недолго. Я рада, что у тебя все в порядке.

Она обняла меня:

—

Только не сдавайся, ладно?

—- Не сдамся. Ты сможешь время от времени писать мне или

что-нибудь в этом роде?

—

Посмотрим. — Она отпустила меня, и мы постояли

рядом. — Если бы я участвовала в том голосовании, то отдала бы

свой голос за тебя. Я всегда считала, что принцессой должна стать

ты.

Я покраснела:

—

Ладно, беги скорее. Передавай от меня привет мужу.

197 'со

КИР А КА С С

—

Передам, — улыбнулась она.

Марли подошла к гардеробу и проворно отыскала задвижку. Я

почему-то считала, что экзекуция сломит ее, но Марли, наоборот,

стала сильнее, даже держалась по- иному. Она обернулась, чтобы

послать мне воздушный поцелуй, и исчезла.

Я быстро вышла из комнаты и увидела, что Максон ждет меня в

коридоре. Услышав, что дверь открылась, он с улыбкой оторвался

от книги, которую читал, и я уселась рядом с ним.

—

Почему ты раньше мне не сказал?

—

Сначала я должен был удостовериться, что им ничто

не грозит. Отец не подозревает о моих проделках. Пока не было

уверенности, что не наврежу им, пришлось хранить все в секрете.

Надеюсь, у меня получится устроить так, чтобы вы могли видеться

почаще, но на это уйдет какое-то время.

Я почувствовала невероятную легкость, как будто с души

свалились разом несколько камней, которые я повсюду таскала с

собой. Радость от встречи с Марли, счастье от того, что Максон в

самом деле оказался таким добрым, каким я его считала, и общее

облегчение от того, что он не отсылает меня домой, просто

переполняли.

—

Спасибо, — прошептала я.

—

Не за что.

Я не знала, что еще сказать. Максон немного помол чал, потом

откашлялся:

—

Понимаю, тебя смущает необходимость выполнять

неприятную работу, но есть и масса положительных

возможностей. Я считаю, ты могла

бы совершить великие дела.

Конечно, теперь ты видишь во мне принца, но это должно было

когда-то произойти, если ты собиралась стать моей.

Я взглянула ему в глаза:

—

Знаю.

—

Ты перестала быть для меня открытой книгой. По-

началу, когда ты еще не питала ко мне никаких чувств, я легко тебя

понимал. Потом, когда все изменилось, ты стала смотреть на меня

<-е- 198

Э ЛИ ТА

по-другому. Теперь же мне иногда кажется, что все по-прежнему, а

иногда — что я уже тебя потерял. — (Я кивнула.) — Пойми, я не

прошу тебя сказать, что ты меня любишь. И не прошу немедленно

решить, хочешь ли ты быть принцессой. Мне лишь нужно

услышать, желаешь ли ты вообще здесь находиться или нет.

В этом-то и заключался весь вопрос, разве нет? Я до сих пор не

знала, гожусь на эту роль или нет, но не была уверена, что готова

все бросить. А проявление доброты со стороны Максона меня

поколебало. Мне было над чем подумать, но сдаваться я не

собиралась. Теперь не могла.

Максон сидел, положив руку на колено, и я подсунула под нее

свою ладонь. Он ободряюще ее сжал.

—

Если ты меня оставляешь, я хочу остаться.

Максон с облегчением вздохнул:

—

Мне бы очень этого хотелось.

199 'со

Э ЛИ ТА

Я вернулась в Женский зал, по пути ненадолго заглянув в уборную.

Пока я не уселась, девушки хранили молчание. Потом наконец

Крисс отважилась поинтересоваться:

—

Зачем он тебя вызывал?

Я посмотрела не только на нее, но сразу во все напряженные глаза:

—

Я предпочла бы не отвечать на этот вопрос.

В сочетании с моим заплаканным лицом такой ответ наводил на

мысль, что ничего хорошего я от Максона не услышала; но я не

могла сказать ничего другого, чтобы не повредить Марли, и меня

это не волновало.

Но что действительно задело меня за живое, так это то, как Селеста

сжала губы, чтобы скрыть рвущуюся улыбку, Натали вскинула

брови, притворяясь, будто читает позаимствованный у Селесты

журнал, и как с надеждой переглянулись Крисс с Элизой.

Я и не предполагала, что соперничество будет настолько

ожесточенным.

<