Элита

Касс Кира

Это оказалось невероятным! В шампанском прежде всего

чувствовались пузырьки, в этом же рубиновом вине угадывались

несколько оттенков вкуса, каждый из которых выступал на первый

план в свой черед.

—

Мм, — блаженно вздохнула я.

—

Ну-ка, ну-ка, — сказала Ноэми, привлекая к себе мое

внимание. — Этот ваш Максон — настоящий красавец. Что нужно

для того, чтобы попасть в Отбор?

—

Всего лишь перелопатить

кучу бумажной работы, —

пошутила я.

—

И только? Где моя ручка?

—

Я тоже участвую, — подала голос Орабелла. — С

удовольствием заберу Максона домой в Италию.

Я рассмеялась:

—

Поверьте, изнутри это выглядит далеко не так

заманчиво.

—

Вам нужно налить еще вина, — заявила Ноэми.

—

Непременно! — поддержала ее Орабелла, и они

подозвали официанта, который наполнил мой опустевший бокал.

—- Вы когда-нибудь бывали в Италии? — поинтересовалась

Ноэми.

Я покачала головой:

—

До Отбора я ни разу даже не выезжала за пределы

своей провинции.

—

Вы непременно должны приехать! — заявила

Орабелла. — Остановиться можно у меня.

об4 181

КИР А КА С С

—

Вечно ты переманиваешь моих друзей! — шутли во

возмутилась Ноэми. — Она будет жить у меня!

От вина по телу разлилась приятная теплота, а их притворная

перебранка меня развеселила.

—

И как, он хорошо целуется? — спросила Ноэми.

Я чуть не поперхнулась вином и рассмеялась. Потом

отвела взгляд, но они все равно догадались.

—

Очень хорошо?
– — принялась допытываться Ора

белла. Я ничего не ответила, и она замахала рукой офи цианту. —

Выпейте еще вина! — воскликнула она.

Я укоризненно наставила на них палец, раскусив их замысел:

—

Вы обе настоящие хулиганки, вот вы кто!

Они, как по команде, запрокинули головы и расхохотались, и я

против воли присоединилась к ним. Оказалось, что сплетничать с

девушками, с которыми не соперничаешь за одного мужчину,

очень даже занимательно, но я не могла чересчур увлекаться

подобными разговорами.

Я решила, что, если я не хочу закончить вечер под столом, надо

уходить, и поднялась.

—

Он очень романтичный. Когда хочет таким быть, —

сказала я.

Они захлопали в ладоши и засмеялись, а я двинулась прочь,

улыбаясь их озорству.

Немного подкрепившись, я принялась играть на скрипке и петь

народные песни, которые знала наизусть. Большая часть зала

подпевала мне. Краешком глаза я

заметила, как Сильвия делает

какие-то пометки в своем блокноте и притопывает ногой в такт.

Крисс предложила тост за королеву с Сильвией и их помощь, и зал

взорвался аплодисментами. Гости весело загомонили и, осушив

свои бокалы, бросили их в стену. Мы с Крисс не ожидали ничего

подобного, но, пожав плечами, тут же последовали их примеру.

Бедные служанки немедленно поспешили убрать осколки, а

оркестр уже снова заиграл, и весь зал пустился в пляс. Пожалуй,

гвоздем программы стала Натали, которая вскочила на стол и

182

Э ЛИ ТА

исполнила какой-то танец. Больше всего при этом она походила на

осьминога.

Королева Эмберли сидела в уголке и оживленно о чем-то болтала с

итальянской королевой. Я обрадовалась: у нас все получилось! Я

была так поглощена этим зрелищем, что вздрогнула от

неожиданности, когда ко мне обратилась Элиза.

—

У вас вышло лучше, — с неохотой призналась она. —

Вам удалось организовать отличный прием.

—

Спасибо. Нам пришлось поволноваться: начало- то у

нас было не самое гладкое.

—

Я знаю. Тем большее впечатление производит ко-

нечный результат. Как будто вы начали готовиться за несколько

недель.

Она обвела глазами зал, с тоской глядя на яркое убранство.

Я обняла ее за плечи:

—

Знаешь, Элиза, вчера всем было ясно, что в вашей

команде усерднее всех работала ты. Уверена, Сильвия донесет это

до Максона.

—

Ты думаешь?

—

Разумеется. И я даю тебе слово, что, если это какое-то

соревнование и ваша команда проиграет, я лично расскажу

Максону, как много ты трудилась.

Она сощурила свои и без того узкие глаза:

—

Ты правда это сделаешь?

– — Ну конечно. А почему нет? — улыбнулась я.

<-6- 183

КИР А КА С С

Элиза покачала головой:

—

Я действительно тобой восхищаюсь. За твою чест

ность. Но, Америка, ты должна понять, что мы соревнуемся друг с

другом. — (Моя улыбка померкла.) — Я не стала бы врать и

наговаривать на тебя, но из кожи лезть, чтобы рассказать Максону

о том, что ты сделала что-то хорошее, тоже не стала бы. Я просто

не могу.

—

Нас никто не заставляет так друг к другу отно ситься,

— произнесла я негромко.

—

Можно подумать, ты не понимаешь. Это же не просто