Эльфийская ночь
Шрифт:
– А ну и что, ну и что! Вот у орков...
– Бэ - ей шестнадцать, мне сорок два почти. Я, по-твоему, на кого больше похож: на орка или на престарелого сатира?
– На орка, конечно, - без малейшего колебания заявил эльфёнок, - только клыков нет и кожа не...
– Молодец, - сказал капитан, обращаясь к старшему Кави, - горжусь тобой, достойную смену воспитал. Собирайся живей. Конокрадствовать пора.
Цель была определена - и
– Далеко ещё?
– О нет. Сейчас мы одолеем сию ирину, выйдем на взлобок - и грандиознейшая из гробниц, усыпальница Адинама Первого раскроется пред нами во всём своём духоподъёмном великолепии.
– Помнится, ты говорил - это просто небольшой такой курган, с колонной?
– Так и есть, однако величие первого из императорского рода Варты столь значительно и ощутимо...
Кави замолчал. Это было странно - обычно его бесконечные славословия приходилось останавливать более принудительным способом.
– Что не так?
– тихо спросил капитан, наблюдая нервные подрагивания эльфийских ушей.
Кави поморщился.
– Я не слышу колокольцев, каковые должны висеть на привратных шестах, сударь капитан, - признался он с некоторым смущением.
– Либо слух мой несколько огрубел в общении с Вашими громобойными орудиями... что, полагаю, навряд, ибо продолжительность и интенсивность этого общения...
– Либо? Не томи.
– Либо же наше намерение посетить гробницу Адинама Первого совпало во времени с посещением сего святого места очередной делегацией родовитого дворянства. Однако традиционный осенний выезд к местам поклонения и возвышенной скорби в этом году уж состоялся. Право, теряюсь в догадках - ежели только допустить, что...
– Это надолго?
– Обычно не долее двух или трёх недель. Возможно - месяц. За такой срок даже и самые усердные искатели буколических увеселений, как правило, иссякают сердцем и поспешают вернуться в город. Впрочем, ежели у гробниц решили разбить малый лагерь беженцы из Нагары, пережидающие здесь чуму и общее нестроение...
– Обойти можно?
– Полагаю, вряд ли, сударь капитан. В своё время мне довелось попасть во внутренние помещения гробницы весьма своеобычным путём...
– Ты сдуру влез на колонну, - терпеливо сказал капитан, - земля была сырая, "поплыла", свод не выдержал, ты провалился. Так?
– Увы. В своё оправдание
– С пригорка, говоришь, гробницу видно?
Спустя полчаса капитан осторожно покинул свой наблюдательный пункт. Кави он оставил внизу - в рамках поставленной разведывательной задачи эльфийский слух существенно уступал такой волшебной штуке, как ПСО-1М2.
– Надо было всё-таки нормальный "блик" захватить, - тихо и слегка растерянно сказал капитан, убирая прицел в поясную сумку, - всё лучше, чем эта игрушка.
– Что есть "блик", сударь капитан?
– вежливо спросил Кави.
– Бинокль. А вопрос у меня такой: зелёные и с клыками - это, я так понимаю, явно не делегация родовитого дворянства?
Орков оказалось воистину много. Слишком много, чтобы счесть появление их отряда на самых подступах к Нагаре простой случайностью либо дерзким, но всяко преходящим набегом. Увы; человек и эльф вступили в нежданное, но смертельное противоборство с воинами авангарда. Сколь велика численность войска, следующего за передовым отрядом - сур весть. Кави мог лишь надеяться, что гибель его, - а тако же и гибель Немца, - окажется хотя бы не совсем уж напрасной.
Сударь капитан начал экономить заряды к своему оружию почти сразу же, как эльф и человек добрались до вершины гробницы. В первый миг столкновения заботиться о бережливости не приходилось...
Двое всадников вывернули на взлобок в молчании, без столь свойственных оркам бранчливых покриков и улюлюкания. На ходу разворачивая власяные арканы, зелёнокожие устремились к застывшим проведчикам. Невысокие выносливые лошадки набирали скорость - да, правду молвить, и расстояние от склона до обсервационного пункта оказалось совсем невелико.
Оцепенение продолжалось лишь самую чуть. Сударь капитан, срывая с плеча "калаш", кинул быстрый взгляд на Кави и, очевидно, прочитав в ответном взоре всё, что желал прочитать, вскинул своё оружие и, упирая широкую часть в плечо, прицелился в орков.
Длинная очередь прогрохотала яростно и наверняка, подобно проклятию суров. Первый из всадников вылетел из седла, всё так же молча - очевидно, убитый наповал. Второй не успел выпростать ноги из верёвочных стремян и упал вместе с раненной под ним лошадью. Бедное животное, в смертной муке извиваясь на камнях, раздавило своего наездника; отчаянный вопль орка затих почти сразу же.