Элдрич
Шрифт:
– Тогда все решено. Ты его любишь.
– Не думаешь ли ты, что любовь — это немного непрактично, учитывая наши обстоятельства?
– Я думаю, что любовь сейчас важнее, чем когда-либо. Любовь — это то, что удерживает нас на земле. Дает нам надежду. Напоминает нам, что даже когда мир постепенно рушится, любовь вечна. Но что я знаю? Я всегда была безрассудно влюблена.
За последние несколько дней бывали моменты, когда я сомневалась, осталась ли где-то внутри нее та сестра, которую я знала. Это был один из тех моментов, когда я была в этом уверена.
Под
– Я скучала по тебе.
– Я тоже скучала по тебе. Может, тебе стоит пойти проверить, как он? Он ужасно тихий.
– Ты думаешь, он должен там шуметь? — пошутила я, но на самом деле молчание Зевандера стало беспокоить и меня. Обычно именно в моменты, когда он был самым тихим, он погружался в свои мысли.
– Мэйв, сходи посмотри, как он.
Я хотела. Отчаянно. Но я не доверяла себе рядом с ним. После пробуждения Алейсии и неудачной попытки найти вивикантем у Мороса я была более неуверенна, чем когда-либо. Вероятность того, что ему придется возвращаться в Эфирию в одиночку, давила на меня.
– Ты просто хочешь остаться в постели одна, да?
– Да.
– Расскажи мне о черных прожилках на твоем торсе, — сказала я, игнорируя ее ответ.
– Откуда они взялись?
– Не знаю. Наверное, я чем-то заразилась в доме той старой ведьмы.
– Она отвернулась от меня, натягивая на себя одеяло.
– Я слишком устала, чтобы разговаривать. И слишком голодна, чтобы терпеливо выслушивать твои вопросы сегодня вечером.
– Ладно. Пока что.
– Я повернулась лицом к закрытой двери, мысли мои блуждали, возвращаясь к нашему разговору, а продолжающаяся тишина из его комнаты будоражила мое беспокойство.
Пойди проверь, как он.
ГЛАВА 39 МАЭВИТ
Через мгновение, покусывая нижнюю губу, я откинула одеяло и на цыпочках направилась к двери. В коридоре царила тишина, он был пуст и освещался лишь светом огня камина позади меня; как только я закрыла дверь Алейсеи, там сразу же стемнело. Я прокралась к комнате Зевандера, каждый мой шаг был едва слышен, и прижала ухо к толстой деревянной двери.
Ни единого звука не доносилось изнутри.
Возможно, он спал.
Я тихонько постучала.
Ничего.
Именно это меня и беспокоило. За исключением тех моментов, когда я заставала его в трансе, он всегда очень чутко реагировал на звуки, какими бы тихими они ни были.
Я осторожно приоткрыла дверь и, заглянув внутрь, обнаружила его сидящим в ванне, сжимая ее руками по бокам, а тело его дрожало. Похоже, ему удалось раздобыть свечи,
— Зевандер? — Я осторожно подошла ближе, не желая его напугать, и тихо опустилась на колени рядом с ним. Я отодвинула пряди его волос и увидела, что его глаза потемнели, словно он погрузился в какой-то неведомый ужас.
Ужас сковал мне грудь, и я схватила его за руку, слегка встряхнув.
Он резко вдохнул, словно вырвавшись из этого состояния, но вместо того, чтобы обратить на меня внимание, его взгляд метнулся по сторонам, а в глазах читались дикость и паника. Беспокойство.
– Что такое? Что случилось?
– Я не могу дышать. Грудь… она сдавило.
– Вода хлестала через край ванны, пока он, казалось, в панике что-то искал. Наклонившись над бортом напротив меня, он рылся в том, что я приняла за его свалившуюся кучу одежды.
– Где это? Где это?
– Ужас в его голосе усилился, его движения стали резкими, пока он рылся в одежде.
– Что ты ищешь? Я могу помочь.
– Оно здесь. Я знаю, что оно здесь.
– Наконец он расслабился, опустившись в ванну, сжимая в руках мое ожерелье со скорпионом и кинжал.
Я вскочила на ноги, увидев клинок в его руке.
– Что ты с этим делаешь?
– Я с ужасом наблюдала, как он опустил его в воду, и через несколько секунд на поверхность всплыли ленты крови.
Он запрокинул голову, крепко сжимая ожерелье пальцами.
– Подумай о Мэйвит, — прошептал он, как будто не замечая, что я стою прямо здесь, рядом с ним.
Мои мысли вернулись к той ночи в хижине, когда я видела его в спальне, стоящим ко мне спиной. Шепчущим то же самое. Я была уверена, что тогда он доставлял себе удовольствие, но, возможно, я ошибалась.
– Я здесь.
– Я наклонилась вперед, протянув руку вдоль его напряженной руки к тому месту, где он прижимал клинок к бедру.
– Зевандер, посмотри на меня, я здесь.
– Стараясь не задеть кинжал, я обхватила его руку своей.
Его глаза широко раскрылись, и его мышцы дернулись. Он оттолкнул мою руку, и это резкое движение выбило меня из равновесия, и я неловко споткнулась назад, упав в ванну, размахивая ногами в воздухе, пока теплая вода хлынула мне навстречу.
Все еще в сорочке, я поспешно попыталась перевернуться, одежда была пропитана водой и прилипала ко мне. Моя ладонь коснулась рукояти клинка, лежащего на дне ванны, и, заметив, как он лихорадочно шарит вокруг в поисках его, я подхватила его и подняла над поверхностью воды между нами.
Его стальной взгляд приковался к оружию, но в тот момент, когда он бросился на меня, я отбросила его. Клинок звеняще ударился о каменный пол, и он, по-прежнему, казалось, погруженный в какой-то транс, из-за которого не замечал меня, проследил за ножом и наклонился к краю ванны.
Я потянулась к его руке.
Словно змея, он резко обернулся и схватил меня за горло, в его глазах мелькнула искра безумия.
— Ну давай же, — прохрипела я, чувствуя, как его хватка усиливается. — Задуши меня, если это твое намерение.