Элдрич
Шрифт:
– В то же время я задаюсь вопросом, почему он не убил ее? По большей части она кажется самой собой».«О чем ты меня спрашиваешь, Мэйвис?
– «А что, если я все это галлюцинировала? Меня укусили эти проклятые виккенсы. Я действительно чувствовала себя несколько ошеломленной и сбитой с толку в тот момент.
– И что, если это так? Что это меняет?
– Это просто делает все более понятным.
– Руки задрожали, и я еще сильнее прикусила губу.
– Мне нужно выспаться, прежде чем мы отправимся в поместье Мороса.
– Я не могла скрыть гримасу на лице при упоминании этого места.
– Ты не должна идти туда.
– Это просто более логично.
– Нервно теребя
– Мне нужно поспать, прежде чем мы отправимся в поместье Мороса.
– Я не смогла скрыть гримасу на лице при упоминании его ужасного особняка.«Есть что-то, о чем я должен знать?
– Он провел кинжалом по длине того, что выглядело как оленьи рога, и скрежет был лишь незначительным вторжением в мои мысли.
– В подвале... у него был резервуар.
– Ритмичное скрежетание стали смешалось с воспоминанием о том устройстве снаружи резервуара, которое нагнетало воздух в маски, которые женщины носили на лицах.
– В нем находились две ливерийские женщины, которых он похитил. Он сшил их ноги и превратил этих бедных женщин в русалок.
– Я поморщилась при виде их сырой, шелушащейся кожи и изуродованных тел.
– Он поддерживал их жизнь с помощью импровизированного дыхательного аппарата.
– И это был твой жених?
– Да.
– Я задрожала при мысли о том, что меня заставили бы выйти за него замуж.
– К счастью, у судьбы были другие планы.
– Если мы найдем его там, я не могу обещать, что он не умрет столь же ужасной смертью.
– Прикрыв один глаз, он изучил край лезвия и провел большим пальцем по его острию.
– Мы не найдем его там. Алейсея сказала, что он сбежал. Но мы можем найти тех женщин.
– А если найдем?
– Я молюсь, чтобы они были мертвы. Это жестоко с моей стороны?
– Нет. Иногда смерть — это самое милосердное, что можно пожелать человеку.
Я уставилась в камин, пытаясь представить себе такое ужасное существование, запертое в том резервуаре, пока остальной мир рушился.
– Тогда, если мы их найдем, я прошу тебя проявить милосердие.
ГЛАВА 20 ЗЕВАНДЕР
Прошлое …
Скованый цепями, Зевандер оказался в центре роскошной комнаты, напоминавшей ему обсерваторию с куполообразным потолком и изогнутыми стенами. Белый мраморный пол с золотыми прожилками отражал солнечный свет, проникавший через открытые арки, которые не защищали от палящего жара, царившего снаружи.
Вокруг него лежали около дюжины молодых мужчин и женщин, примерно его возраста, одетых в набедренные повязки. Их бледные, худые тела свидетельствовали о том, что никто из них не работал в шахтах — по крайней мере, в последнее время. Он оглядел их любопытные, но мрачные лица, которые все смотрели на него. Женщины не носили ничего, чтобы прикрыть грудь, и как бы Зевандер ни пытался заставить себя отвести взгляд, он не мог с собой ничего поделать. За исключением редких случаев, когда в шахтах прогуливались Беллатрикс, он почти шесть лет не видел одетых женщин, не говоря уже о обнаженных. Почему его привели в это
Боль пульсировала в его лодыжке, и он хромал на шаг впереди надзирателя Викарека, который стоял рядом с ним, издавая стон, когда боль пронзала его кости. Как только боль прошла, Зевандер выпрямился, любуясь украшениями из золотых листьев и плюща на белых колоннах, расставленных по комнате, с длинными белыми занавесками между ними. В центре комнаты доминировал круглый фонтан с обширным углубленным бассейном, из которого вода брызгала из золотой скульптуры морских богов. Белые шелковые подушки и длинные смятые ткани лежали в кучах по краям фонтана, изящно укрывая тех, кто отдыхал там. Его взгляд задержался на крючке, торчащем из одной из колонн, и он не мог не задаться вопросом о его назначении.
По комнате висели картины высотой, наверное, три метра — графические изображения оргатов, занимающихся различными сексуальными актами с соласионцами, которых легко было опознать по светлым волосам и бронзовой коже.
Зевандер был еще подростком, когда его впервые отправили в шахты, и никогда не был с женщиной, чтобы понять тонкости этих картин, хотя он подглядывал за женщинами в борделях, когда сопровождал отца в город, поэтому он знал достаточно, чтобы понять смысл этих произведений искусства.
– Говорят, что каждое поколение зефромитов становится все более магическим.
– Один только звук этого голоса пронзил его разум, как зазубренный клинок. Желание заставить его замолчать заставило его сжать руки в кулаки, и он обернулся, чтобы увидеть генерала Лойс, которая стояла позади него.
– Открой рот... теперь проглоти.
Воспоминание об этих словах скрутило ему кишки, а ярость проникла в его мышцы. Даже сейчас он мог почувствовать вкус пепла на языке, мог почувствовать запах обгоревшей плоти своего отца, который он выплюнул на бетон. Дрожь, пронизывающая его конечности, била в постоянном ритме насилия, отчаянной потребности вырваться на свободу.
Зевандер стиснул челюсти, подавил эмоции и заставил себя оставаться спокойным.
Спокойствие.
Не позволяй ей залезть тебе под кожу.
Он впервые видел ее без доспехов, но она по-прежнему стояла с поднятым подбородком, в жесткой и напряженной позе. На ней были свободная туника и брюки, ее плечи были широкими и мускулистыми, хотя ей не недоставало женственных качеств. По обе стороны от нее стояли два мужчины-зефромиты — наполовину маны, наполовину оргаты — легко отличимые по чрезмерно мускулистому телосложению и длинным золотистым волосам.
– Оргаты могут выглядеть как звери, но они одни из самых умных и находчивых существ в этом мире.
Зевандер не имел ни энергии, ни желания разговаривать с ней. Его интересовало только одно: почему его отправили в такое роскошное место.
Она понюхала воздух, сморщила нос, и ее взгляд упал на надзирателя.
– Я уверена, что давала вам указание искупать его.
– Прошу прощения, генерал. Боюсь, у нас нет средств, чтобы избавить его от неприятного запаха.
Вернув свое внимание к Зевандеру, она с любопытством наклонила голову.
– Я видела, как ты победил того оргата. Как умно было использовать его собственное средство защиты против него.
– Она наклонила голову вбок и провела пальцем по месту, где должен был находиться сосуд витаелис — не такой заметный, как у полнокровного оргата, но Зевандер мог видеть, как он пульсирует под ее кожей.
– В отличие от оргатов с их клыками, зефромиты должны научиться защищать свои драгоценные уязвимые места другими способами.