Ёксель-моксель!

Исаченко Виталий Ильич

– Фигу на! Да прищеми ты наконец ее сонную артерию этой чертовой дверью!!

Г а в р и л а [по-армейски ретиво разворачиваясь ко входу.]:

– Сейчас. Э-э(!)то мы ми-игом... [но голова уже убрана, а дверь захлопнута.]...

Б е л ь м о н д о н [присев ягодицей-бедром на край стола, на пониженном тоне в мобильник.]:

– Донор-ветер. Слушай сюда. Это Бельмондон

беспокоит...

...
– Чего-о-о?! Сам ты гандон!.. Все рифмуешь, поэт недоделанный... Это я - Бельмондон Николаевич Кровопивец! Третья бригада!..

...
– Да ла-адно, проща-аю. Не вперво-ой... [голос понижается до полушепота.]:– По последнему-то вызову в квартиру в тупике ученого конюха Гаврилова того... Двухсотый мужского пола без явных признаков насилия. Пока от близких-то скрою, что он жмур. Набрешу заполошным, что, мол, по естественной потребности организма впал в краткосрочный летаргический сон, что, мол, мы с Гаврилой поехали за электронным аппаратом для плавного выведения из морфейного состояния...

Хе, сегодня должно везти-и(!): тупик - Гаврилова, мой санитар - Гаврила. Совпадение... А ты, Донорветер, пока звони в полицию. Да труповозам брякни, чтобы готовились...

[Спустя минипаузу, кухня. Кроме володиного тела никого. На цыпочках (даб не разбудить Володю) входят Анна и Бастилия. ]

А н н а [счастливая, любовно взирая на Володю.]:

– Дры-ы-ыхне-ет ро-о-одненьки-ий! По ес-те-е-есвенной, ёксель-моксель, надобности аргони-изму. А ты пульса-а, ёксель-моксель, ня могла наш-щупать. Ш-щупальца-а б те поотрыва-ать да людое-едам их заместа карамелек.

Б а с т и л и я [оправдываясь, стоя чуть сбоку спиной к Володе, держа в правой руке сковороду, а в левой молоток с полотенцем.]:

– Не ворчи уж. Я ж старалась.

А н н а [с укором, продолжая любоваться Вовчиком.]:

– Стара-алася она. А даж, ёксель-моксель, пульса-а ня наш-щупала. А дохтор, холера яму в пятку и в прастату, наш-щу-упал! Наш-щу-у-упал и здоровехоньким признал: "Спи-ит он. Будить пока ня на-а(!)да."...

Б а с т и л и я [прервав попытку повесить сковороду на крючок, на взрыве гнева подавшись грудью вперед и распахивая руки.]:

– Да я кто-о(?!!), реанима-ация-я?!.. [ненароком гулко ударяет Володю по лбу днищем сковороды, и тот тут же очухивается, ошарашенно потрясая головой и по-детски любопытно взирая на мир.]

А н н а [с неистовым укором, скрестив руки на груди и состроив недовольную мину.]:

– Ну во-от! Разбуди-и(!!!)ла, ёксель-моксель! Дохтор жа наказал, штобы без няво ня буди-ить! А она-а: на-а те, ёксель-моксель, сковородкою по

спящей голо-овушке... Дохтор жа пообеш-щалса са-ам(!!) аккура-атно електричеством разбуди-ить! Сказа-ал жа, што аргони-изму на-адобно поспа-ать! А ты-ы, коняга пядальная!.. До-о-охто-ор(!!!) ж, ёксель-моксель, должо-он был разбужа-ать-та! А ты-ы-ы!..

Топерича у Вовки недосып, а седни финал! Э-э-э(!!!)х-х, курица пядальная!

[спустя паузу, сама с собой меланхолично-задумчиво.]:– А дохтор-та... аж от контрамарки на вовин паединок чё-та заотбрыкивалса: мол, топерича, дескать, без надабности... И чё эт она яму без надабности?.. Помирать чё ль екстренна собралса-а?..

С Ц Е Н А В О С Ь М А Я (спальня):

[Анн а , счастлива!.. Суетясь, стаскивает с развалясь посиживающего на кровати тоже счастливого Вовы валенки, ватные брюки и телогрейку. Одежно разоблачаемый останется в итоге в трусах в крупную клетку, простецкой советского ГОСТа белой майке и голубеньких носочках. ]

А н н а [приплясывая от восторга.]:

– Упре-ел! Аж как с протухшева арбуза-а, ёксель-моксель, текёт.

В о л о д я [блаженно.]:

– Е-есть(!), это ну, такое.

А н н а:

– Поди-ка... килограмма полтора скинул?

В о л о д я:

– Поди и поболе.

А н н а [с любопытством.]:

– А чево во сне-та видал?

В о л о д я [блаженно закатив глаза и покумекав.]:

– Да много чего, это ну, навидался. Кое-что, ясен перец, уж позабыл...

Здорову-ущую кобы-ылу в белой ночнушке видал. Будто наш дворник Кутузов на ней с саблею наголо за участковым полицменом гонялся.

А н н а:

– У-ух-х(!!!) ты-ы! А еш-ще чево, ёксель-моксель, видал?..

В о л о д я [млея.]:

– С Анжелкой Меркелевой в сауновом предбаннике, это ну, пиво на брудер-шафт дузил.

А н н а [восторженно.]:

– От эт да-а! И кака-а(?!) ж она.

В о л о д я [оценивающе оглядывает супругу.]:

– Это ну.., на тебя сильно смахивает. Конечно, в тазу посолидней... Разгово-орчивая! Все болтала да болтала.

А н н а:

– Чарез пяреводчика болтала?

В о л о д я: