Ёксель-моксель!
Шрифт:
– А вы и по-францу-у(!)зски соображаете?
Б е л ь м о н д о н [ пафосно, приосанившись и на ложив ладонь на плечо Володи (под копировку памятника Минину и Пожарскому).]:
– Не то слово: не только соображаю, но и даже вполне сносно шпарю... Мой папан-то служил секретным сапожником при нашем посольстве в Париже. Та-а(!)м, прямо в мастерской, я был и рожден, и зачат... Пардон, вначале - зачат, после чего и...
– рожден... нелегальной гардеробщицей центра-а(!)льного бункера французской резидентуры Главного разведывательного управления
Многое я впитал из той импортной культуры... Кстати, до се-ей поры без ума от шампа-а-а(!)нских вин под болотную лягушатинку... Рекомендую. [эйфорически-напевно, умильно закатив глазки под бровки.]:– - Па-а(!!)льчики обсосе-ете-обли-ижите!
Б а с т и л и я [кокетливо, с придыханием и стрельбой глазками, воспользовавшись паузой в стенаниях Зои Зиновьевны по поводу никудышного состояния Вовы.]:
– Бесподо-о(!!)бная пикантность, офиги-и(!)тельнейшая романти-и-и(!)чность.
Б е л ь м о н д о н [Бастилии, погасив свой пафос .]:
– Телефончик не дадите(?), Басти-илия э-э-э...
Б а с т и л и я [обрадованно, подсказывающе.]:
– Захаровна! Захаровны мы... все...
– трое сестер и брат... Нет, брат как обычно - Захарович... А мы-ы-ы - все как одна - Захаровны! Тютелька в тютельку! [засуетившись в поисках письменных принадлежностей.]:– Сейчас-сейчас я вам изображу свой телефончик! Аннушка, чем и на чём тут у вас можно написа-ать?!
А н н а [вскипев, Бельмондону.]:
– Ты-ы-ы(!!!), Айболи-и(!!)т, холера те в поджелудочну! Ты дава-а-а(!!)й, жабоед пядальный(!), - лячи-и-и(!!!), ёксель-моксель, а не шуры-муры тута с энтой жабою пядальною устраивай!.. [на сих словах лицо опешившей Бастилии куксится в обиженное.]
Б е л ь м о н д о н [Анне.]:
– Пардон, мадам... [Бастилии.]:– Да не пишите вы мне свой мобильный номер.
Б а с т и л и я [восторженно, стремительнейше воспряв из обиженности.]:
– Так запомните?!
Б е л ь м о н д о н [обводя ищущим взглядом присутствующих.]:
– Да мне вовсе без надобности ваша цифирь. Всего-то-навсего хотел одолжи-и(!)ть любой телефон на один крохотный звоночек. Рация сдохла, мой смартфон разрядился, Гаврила - [кивает на санитара.]:– растяпа - свою мобилу вместо пачки из-под курева в мусоропровод с шестнадцатого этажа выбросил. И искать-то - подумали - бестолку. С тако-о(!!!)й высоти-и(!!)щи в свободном падении по вертикальной трубе-е!.. Без шансов... Хорошо хоть, аппаратик так себе - дешевка... Одолжите кто-нибудь телефончик - диспетчеру отзвониться.
[Бастилия, понурив голову, отрешенно опускается на аннушкин табурет. Анна протягивает Бельмондону свой телефон.]
А
– Дяржи-и(!), Пилюлькин.
Б е л ь м о н д о н [принимая аппарат, с эстетическим любопытством смотрит на вонзенную в столешницу гирю.]:
– Заба-а(!)вненький натюрмортик. Заказывали... иль сами сотворили?
А н н а [грустно, по вертикали переводя понурый взор от стола к полке и обратно.]:
– Сами... сотво-рили... Я сделала... Хотела, ёксель-моксель, гирьку на полочку запялить, а она возьми да й сорвись...
Б е л ь м о н д о н [сурово.]:
– Гра-аждане-е! Покинем-ка дружнехонько помещеньице! Чего столпились?! Не в библиотеке же. [командно Гавриле.]:– Чего стоишь словно истукан?! Завязывай сопли жевать - очищай помещение!
[Анна с Бастилие й бредут к выходу. И тут в кадр наконец-то попадает спина последней, украшенная зоновской татуировкой. Гаврила, выступив вперед и развернувшись лицом к выходу, берет носилки поперек груди, дабы бульдозерить собравшихся. Но, узрев тату на практически обнаженной спине, пораженно охает и замирает непоколебимым изваянием. Массовка выходит в коридор. Бельмондон, обойдя Гаврилу, плотно прикрывает дверь. Возвращаясь на исходную позицию, впе ривает изум ленный взор в лицо окаменевшего санитара.]
Б е л ь м о н д о н [Гавриле , обеспокоенно .]:
– Ты чего?.. Поясницу пересекло?..
Г а в р и л а [по-детски ошарашенно.]:
– Кар-ти-инка-а! Охрене-е(!)ть. Точь в точь как у моего папашки-рецидивиста! Только кумполами побогаче. От эт-т да-а-а!.. Неужто зону топтала?.. У них же за каждую ходку новый кумпол пририсовывается. А у нее и-и-их-х!.. Рецидиви-и-истка-а!..
[дверь слегка со скрипом приоткрывается, и в образовавшийся проем чуть выше ручки просовывается голова возбужденной Бастилии. ]
Б а с т и л и я [сварливо тараторя.]:
– И никакая я не рецидивистка! И нисколько я не отбывала! Наоборот: охраняла их - рецидивисток! А татушку мне еще в молодости по ходу семидневного запоя... на каникулах после зимней сессии в машиностроительном техникуме собутыльницы из училища искусств в общаге... по глупости забацали! И никакая я не...
Б е л ь м о н д о н [Бастилии, укоряюще, нахмурив брови и гневно притопнув ногой.]:
– Мадам, да будет вам ведомо: совсем не по-французски через замочные скважины да дверные зазоры подслушивать! Изво-о(!)льте убрать свою головенку, а то Гаврила... Гаври-и-ила-а!!
Г а в р и л а [резко очнувшись от оцепенения и резво развернувшись к Бельмондону.]:
– А?!!
Б е л ь м о н д о н [ раздраженно- приказным тоном.]: