Дым и зеркала
Шрифт:
— Ли, нет…
Протест Бренды был весьма предсказуем, но какого черта Зев приподнял брови?
— Кто-то должен пойти, и если Ли хочет, то ради бога. — Питер заглушил дальнейшие протесты. — Если мы будем стоять здесь всю ночь и ругаться, то так ни к чему и не придем. Тина, одолжи Ли свой фонарик.
И что? А я в темноте вижу?
— Не знаю даже… — Тина вытащила его из кармана и уставилась на фиолетовый пластик. — Он светит как-то тусклее.
— Неважно. Они не могут идти с зажженными свечами.
Логично,
— Может, мы все-таки возьмем свечку? На всякий случай.
— Нет!
Все хором. И все без особой охоты провести остаток ночи в темноте.
Путь до кухни показался ему гораздо длиннее, чем всего несколько часов. И фонарик определенно светил тусклее, круг света на полу перед ними был коричневато-желтого цвета — как грязная фара. Они шли совсем рядом — для спокойствия или для безопасности, Тони понятия не имел. Но рукав смокинга Ли продолжал задевать его голую руку, от чего волоски на шее вставали дыбом.
Его тело помнило Ли, распластавшегося под ним на кухне.
Вот тебе идея, безмозглый придурок, попытайся в опасной ситуации вести себя как взрослый, а не как сексуально озабоченный пятнадцатилетний подросток.
— Мне это напоминает работу, которой я занимался в старшей школе, — тихо заметил Ли, проведя лучом света вверх по одной стене, по потолку и вниз по другой. — Я работал с парнем из службы по отлову животных — весной выводил енотов из коттеджей.
Тони покосился на актера и хмыкнул.
— Вы работали в смокингах?
— Только если поступала официальная жалоба.
Это вызвало заслуженный стон.
Он слышал, как за ними в холле начинается очередной спор. Зато по громкости было понятно, что это именно спор, но слов было не разобрать. Они еще не ушли настолько далеко, чтобы не было слышно слов.
Их шаги казались странно приглушенными, будто дерево впитывало звук.
Да. Странно — будто это могло кого-то удивить.
Тони чувствовал, что должен что-то сказать, обсудить ситуацию, может, прикинуть пару идей как их отсюда вытащить. Но так и не смог придумать ничего, что еще бы не говорили.
— Значит, вы с Зевом больше не встречаетесь?
Ладно. Это было неожиданно.
— Э, нет. Мы… э… не встречаемся.
— Но по-прежнему дружите.
— Конечно. — Это был не вопрос, но он все равно ответил.
— Как вы это делаете? В смысле, остаетесь друзьями. Если парень расстается с девушкой, они после этого не становятся моментально друзьями.
Тони фыркнул.
— А они обычно дружат до этого?
— Нет, обычно нет. — Ли казался несколько унылым. — Но ты и Зев; я вижу вас вместе, и…
— С этим что-то не так? — уточнил Тони, когда пауза растянулась.
— Что? Нет, конечно, нет. Как ты говорил, вы два взрослых человека, это не мое дело.
Он
А ты его друг?
Нет, но я с ним и не трахаюсь.
Он все еще пытался понять, что бы это значило и имел ли какое-нибудь значение его ответ, когда свет погас.
Рукав смокинга перестал гладить его руку — они замерли на месте.
Бесполезное щелканье выключателя на фонарике не утешало. Наконец:
— По-моему, батарейка сдохла.
Тьма была непроницаемой, казалось, что у нее есть вес, тяжелым одеялом легший на них. Не было никакой разницы ходить ли с открытыми глазами или с открытыми.
— Это уже проблема.
— Думаешь?
— В чулане в теплице есть пара фонарей и спички.
Третий голос.
— О господи! — Тони, у которого едва сердце из груди не выскочило, крутанулся и натолкнулся на Ли. Тот ухватил его за руку, дав возможность удержать равновесие. Кэсси выглядела смущенной донельзя, учитывая, что она казалась едва различимым серым силуэтом. Стивен, такой же прозрачный, равнодушно пожал плечами. — Вы пошли за нами!
— Мы пошли с тобой, — уточнил Стивен.
— Нет смысла оставаться с остальными, — логично заметила Кэсси. — Они нас не видят, не слышат, и с ними скучно.
И только тогда Тони понял, что она смотрела не на него, а на Ли, причем с мечтательным выражением, которое Тони видел неоднократно. Только обычно для него полагались два глаза и целая голова.
— Они пошли за нами? — повторил Ли.
— Пошли.
— Призраки?
— Да. Они решили, что с остальными скучно. И что фонари и спички в теплице.
Стивен кивнул и поправил голову.
— Грэхем нашел их, когда шнырял тут.
— Делал обход, — лукаво поправила Кэсси.
— Ну да. В общем, нашел. И оставил их там.
— Значит, нам осталось найти теплицу, — сказал Ли прежде, чем Тони успел поинтересоваться, что искал Грэхем, когда шнырял, нашел ли он это и каковы был шансы, что ему от этого и досталось.
— Я провожу тебя, — проплыла мимо Кэсси.
— Тебя только Тони видит, — пробормотал Стивен, следуя за ней. — Она думает, что он милый, — добавил он, поравнявшись с ухом Тони. — Это она мазнула краской его задницу.
— Я уже понял. И ты ничего против не имеешь? — Потому что в такой ситуации только ревнивого брата не хватало. Особенно учитывая, насколько они близки — были близки.
— А мне какая разница?
Тони решил не напоминать про отсутствие штанов. Он провел ладонью по руке Ли, нашел его кисть («Я в конце руки, чего я еще ожидал там найти?) и положил ее на сгиб своего локтя.
— Я вижу только призраков. Полагаю, они видят дом, так что я пойду за ними, а ты не отходи.
Ли на секунду сжал пальцы, всего на мгновение, а потом разжал — без сомнения для того, чтобы свести контакт до минимального, положенного в ситуации, когда натурал прикасается к гею.