Двенадцатая нимфа
Шрифт:
Ликующие туристы высыпали из своих гостиниц и радовались окончанию своего заточения. На время бури всякая транспортная связь с континентом и другими островами была полностью прервана, и те, кто собирался улетать или уплывать домой в связи с окончанием отпуска или денег в кошельке, были вынуждены толпиться в аэропорту или на морском вокзале в ожидании счастливой перемены погоды.
— Самое лучшее сейчас быть местным, — сказал Вальтер. — У нас нет другой земли, кроме этой, и нам не надо куда-то спешить и сожалеть о том, что мы не могли отсюда вовремя вырваться.
Вальтер взял с собою нужное снаряжение, усадил к себе в катер Терезу и Эйрика, и они на небольшой скорости двинулись вдоль берега.
Со стороны моря их дом выглядел совсем маленьким. Башня Старого Маяка ещё более-менее выделялась на фоне окрестных гор благодаря своей полосатости, но дом и даже сверкающая своим стеклом лаборатория были почти незаметны.
Тереза посмотрела на городок, лежащий на холмах между высокими горами и морем, и сказала:
— Здесь очень красиво, но я всё-таки не понимаю: что такое большое количество людей могут здесь делать в такой дали от континента? Чем можно здесь заниматься, кроме рыболовства и обслуживания туристов?
Вальтер согласился:
— Многие из тех, кто здесь побывали, считают, что здесь скучновато, но есть и такие, кому нравится. Я, например. Я думаю, что и Эйрику здесь тоже понравится.
— Мне уже понравилось, — сказал Эйрик. — Мне только непонятно: а чем был плох Старый Маяк и зачем было ставить Новый?
— Этого толком никто не знает. Просто какое-то начальство построило новый маяк, а старый объявило технически несовершенным и морально устаревшим. Скорее всего, это была какая-то история, связанная распределением денег на местные нужды. Или кому-то из начальства захотелось показать, что он слишком умный и лучше других заботится о нуждах местного населения.
— Сплошные тайны, — сказал Эйрик. — Пока я читал книгу про эйнов, я понял: на этих островах вечно происходит что-нибудь такое, чего не происходит больше нигде и чего никто не может объяснить. Здесь какая-то необыкновенная земля — таинственная! И вообще: здесь всё не так, как везде.
— А вот ты подрастёшь и всё узнаешь, — сказал Вальтер. — Ты создашь комиссию по выяснению причин феномена Дымных островов и сам же её и возглавишь.
— А что такое феномен?
Вальтер принялся объяснять — по своему обыкновению обстоятельно и с примерами. Эйрик что-то спрашивал и спрашивал. Он был любознательным мальчиком.
Тереза прервала разговор двух умных мужчин.
— Под нами большая глубина? — спросила она.
— Не очень, — ответил Вальтер. — Метров двадцать-тридцать. Настоящая глубина начинается почти сразу же за Остроконечными рифами, и там уже счёт идёт на километры!
С проходящей мимо парусной яхты кто-то усиленно махал им рукою. Вальтер посмотрел в ту сторону и увидел совершенно незнакомых людей.
— Они тебя узнали, — сказала Тереза, — помаши им в ответ.
Вальтер помахал, и,
— Опять кто-то машет, — сообщила Тереза. — Ох, уж эти мне туристы!
— Надоели, — пробурчал Вальтер и увеличил скорость.
— Смотрите, смотрите! — закричал Эйрик. — Он нам машет руками ещё сильнее.
Вальтер оглянулся и сразу всё понял: это был катер начальника местной полиции — господина Лаэрта. Вальтер тут же притормозил и дал Лаэрту догнать его.
— Добрый день Вальтер! — весело крикнул Лаэрт со своего катера. — Прогуливаетесь?
— Да, решил после недавней бури совершить со своим семейством приятную прогулку.
— А почему не в полном составе?
— Альбину не вытянешь на прогулку. После смерти матери она сильно замкнулась в себе и мало интересуется внешним миром. Помешалась на своём огороде.
Лаэрт сказал:
— Негоже для молоденькой девушки всё время сидеть дома. Она у вас училась где-нибудь?
— Уже закончила университет. Она по образованию ботаник. Вот всё думаю переквалифицировать её на морскую ботанику. Тогда мы вместе могли бы изучать морские глубины… Ну а сейчас пока гуляю с теми, кто согласился выйти со мною. Надеюсь, вы мне ничем не омрачите этой прогулки?
Лаэрт немного обиделся.
— Ну, что вы! Как вы могли подумать! Просто мне вспомнилось ваше обещание помочь мне в поисках четвёртого человека из числа тех авдацианцев, которые тогда увязались за вами на своём катере.
— Всегда готов помочь. И что я должен сделать?
— Если тот четвёртый парень остался жив на том островке, то мы должны будем снять его оттуда.
— Его звали Эльфин, — сказал Вальтер. — Мрачный и молчаливый парень. Если мне память не изменяет, он в моём присутствии не вымолвил ни единого слова. Я даже и не представляю, как звучал его голос.
— Так не прокатиться ли нам прямо сейчас на то место? — предложил Лаэрт. — Погодка отличная, и мы живо домчимся туда.
Вальтер охотно согласился.
— Скажу вам больше: я туда и собирался, но только не сразу. Хотел для начала показать своим окрестности нашего острова.
С этими словами он развернул свой катер в сторону Остроконечных рифов и помчался туда. Лаэрт на своём менее мощном катере еле поспевал за ним, и Вальтеру приходилось сбавлять скорость, чтобы тот не отставал.
Когда они приблизились к рифам, Вальтер притормозил и попросил Лаэрта следовать в точности за ним, никуда не отклоняясь, потому что здесь уже начинались подводные камни.
— Это и есть те самые Остроконечные рифы? — с удивлением спросила Тереза.
— Да, — ответил Вальтер. — Они самые.
— Как красиво, — сказала она. — И как страшно.
— Да, ты права. Сегодня совершенно безветренный день и волн нет, вот они и выглядят довольно мирно, но при большом волнении они представляют собою непреодолимое препятствие для судоходства. В том числе и подводного. Здесь даже на батискафе далеко не везде можно протиснуться на глубине, хотя отдельные подводные проходы и есть.