Двадцать лет спустя
Шрифт:
– Есть косячок?
– Да…вот.
– И себе возьми.
– Зачем?
– Знаю, что это не действует на тебя, как на остальных людей, но, думаю, тебе это поможет расслабиться, пока мы говорим.
– Хорошо.
– Он прикурил и сделал большой глоток водки.
– Теперь ты собираешься мне сказать?
– Я получил сову от Грейнджер: Финч-Флетчеру предложили работу в Высшей Британской Магической Школе, и он согласился, - Драко глубоко вздохнул.
– И она попросила меня стать новым профессором Истории магии в этом году. Если я не приму
– Итак…что ты собираешься делать?
– Гарри, ты - единственное, что меня держит здесь. Больше у меня ничего нет. Я имею в виду, есть Университет, но я смогу этим же заниматься и там. Я смогу проводить исследования и публиковаться…И она сказала, что я смогу даже стать деканом Слизерина, если вернусь. Я долго думал над тем, что сказали Уизлитта и Триша - они правы.
– Значит, ты уезжаешь, - больше утвердил, чем спросил Гарри.
– Ты готов впустить меня в свою жизнь?
Гарри сделал еще одну затяжку.
– Нет. Прости, слишком рано.
– Тогда да, уезжаю.
– Драко, осталось меньше двух недель.
– Знаю. Я уеду, как только соберу вещи.
– А что насчет дома?
– Я найму риэлтера, чтобы продать его. Я открою почтовый ящик в маггловском Лондоне - так будет проще.
– Я буду скучать.
– Гарри, ты все еще можешь поехать со мной, мы не обязаны быть вместе…Но мне потребовались двадцать с лишнем лет и две крикливые бабешки, чтобы осознать, что я принадлежу другому миру. Нам здесь не место. У нас есть обязанности перед теми людьми и перед нами самими - быть теми, кто мы есть, а не теми, кем мы притворяемся.
– Драко, я не готов все бросить. Я помню, что Триша сказала о мафии. Но я действительно верю, что смогу это сделать. Я так близок к их аресту! И что я буду делать, если поеду с тобой? Стану Аврором? Мне будет скучно, в этом не останется никакого вызова. Здесь я, хотя бы, могу использовать свои мозги, а не способности.
– Гарри, я прожил в этой стране двадцать два года и согласен с Тришой. Даже если ты арестуешь их, во что я не верю, что ты сможешь сделать, что потом?
– Что ты имеешь в виду?
– Что изменится? Я имею в виду: когда все будет сделано, то ты знаешь, что все равно будут те, которым нужны наркотики. И кто-нибудь другой займет образовавшуюся нишу. И затем ты снова вернешься торговать собой ради следующего чертового дела. Это никогда не закончится, Гарри. Наркотики будут всегда, пока люди согласны их покупать, и пока законы не позволяют это делать легально. Ты, может быть, сможешь убрать их с улиц на некоторое время, но в конечном итоге не будет никакой разницы.
– Я не могу в это поверить, Драко, я проработал копом тринадцать лет, и десять из них на Отдел по Борьбе с Наркотиками. Я же не зря потратил все это время? Я сделал что-то хорошее. Я арестовал несколько действительно опасных людей. Ты говоришь, что Бенни отдал свою жизнь ни за что?... О, боже, Драко, прости мою бестактность…Я не хотел, чтобы это так прозвучало.
– Нет, все в порядке. И да, Бенни отдал
– Драко, я понял, о чем ты говоришь, но пока еще не готов сдаться. Но я не буду просить тебя остаться, потому что многое может произойти между сегодняшним днем и тем, когда я буду готов дать ход нашим отношениям. Я буду очень по тебе скучать.
– Гарри рассмеялся.
– Мог бы ты подумать двадцать пять лет назад, что Мальчик-который-выжил скажет это Малфою?
– Нет, но ни один из нас не вписывается в те образы, которые представляли себе люди, не так ли?
Гарри встал и предложил Драко руку.
– Нет, я честно могу сказать, что мы не вписываемся. Мне пора возвращаться. Я увижу тебя перед твоим отъездом?
Они вдвоем вошли в клуб, - Нет, не думаю, что это хорошая идея. Но я обещаю, что напишу тебе, и ты знаешь, где меня найти. Я буду на расстоянии двух портключей и недолгой прогулки, и ты знаешь, что Грейнджер встретит тебя с распростертыми объятиями.
Они остановились перед дверью клуба, - Тогда, я думаю - прощай, - сказал Гарри со слезами на глазах.
– Нет, не так - до встречи. Гарри, наши жизни всегда приведут нас друг к другу, когда ты будешь готов к нашим отношениям. Мы вместе решим, что нам делать. Но сейчас мне надо сделать это.
Гарри обнял Драко, и слезы катились у него по щекам, когда он накрыл губы Драко долгим любящим поцелуем.
– Я всегда буду любит тебя, Дракониум Люциус Салазар Малфой.
– И я всегда буду любить тебя, Гарри Джеймс Поттер.
Драко вышел из клуба, не оглядываясь; зная, что если он обернется, то у него не хватит сил сделать то, что, он был уверен, он должен сделать. Гарри вернулся к барной стойке и начал мыть фужеры, а слезы все еще текли у него из глаз.
– Какого черта это было, Гарри?
– спросил Стюарт с намеком на ревность.
– Стюарт, Люк уезжает…Он возвращается в Англию, чтобы там преподавать. Мы только что попрощались.
– Это больше походило на объяснение в любви, чем на прощание.
– Стюарт, пожалуйста, не надо…Я не могу. Я пойду в туалет, приведу себя в порядок. Скоро вернусь.
– Не ожидая ответа, он ушел.
Стюарт подождал пару секунд и решил, что ему стоит пойти за ним. Он стоял за дверью кабинки, в которой, как он знал, находился Гарри.
– Гарри, пожалуйста, впусти меня, нам надо об этом поговорить. Прости, что я сорвался, пожалуйста, давай поговорим.
Гарри открыл дверь и впустил Стюарта.
– Боже, Гарри, тебе действительно плохо.
– Да, он был последней ниточкой к моему прошлому. Я думал, что все забыл, а потом, два года назад, он снова вернулся в мою жизнь, и хотя мы никогда не были вместе, наверное, я просто думал, что он всегда будет рядом. Мне будет его не хватать.