Духолов

Ступников Виктор

Велес опустил руку и обвёл нас взглядом.

— Понятно объясняю?

— Понятно, — кивнул я.

Бран рядом со мной сосредоточенно кивал, и видно было, как он честно пытается удержать в голове всё разом — болванку, три кольца, три духа, лакировку. Лоб у него собрался складками от усердия.

Велес повернулся к нему, и лицо мастера смягчилось. Он подошёл к Брану, задрал голову, потому что Бран был выше его на голову с лишним и хлопнул по плечу. Плечо было такое, что ладонь Велеса на нём смотрелась детской.

— А вот, медведь, ровно зачем

я тебя в лавку и взял, — сказал Велес. — Думаешь, для красоты? Нет. Железную лиственницу таскать. Пилить эту дубину пополам. Держать болванку, когда она под резцом гулять начнёт, а она начнёт, духи в ней будут ворочаться и вырываться. Я с Лукой вдвоём над такой бы надорвались — он лёгкий, я старый. А ты эту колоду один на плече донесёшь и не крякнешь.

Бран выпрямился. Плечи у него развернулись сами собой, спина выпрямилась, и на лице проступило тихое счастье большого пса, которому наконец дали по-настоящему важную команду, а не просто потрепали за ухом.

— Донесу, мастер, — сказал он, и в этой серьёзности было больше веса, чем во всех его утренних воплях. — И распилю. И держать буду, сколько надо. Хоть всю ночь.

— Вот и молодец, — Велес ещё раз хлопнул его по плечу и отвернулся к чертежу. — Иди пока в сарай, разгреби хлам и найди нам бруски покрепче, точно помню что там такие были. Нам ещё обычных оберегов делать нужно будет, и немало. Заготовки нужны.

— Я мигом!

— И большую пилу прихвати, её как раз под тебя делали.

Бран кивнул и пошёл к задней двери. И впервые за день не задел по дороге ни одной полки. Важность задачи, кажется, прибавила ему аккуратности.

Я остался стоять над чертежом.

Пока Велес снова склонился к бумаге и забормотал что-то про порядок пропитки, я под столом, у бедра, незаметно свёл два пальца в короткий привычный жест. Мысленно потянулся к Системе, как тянутся к карману, проверяя, на месте ли монеты.

— Покажи, — тихо, одними губами, попросил я. — Где водится то, что мне нужно ловить.

Перед глазами привычно расцвели золотистые буквы, и поверх них развернулась карта. На вид словно бумажная, но тонкая, полупрозрачная, наложенная на реальный мир. Я узнал очертания: вот наш переулок, вот колодец, вот пекарня Густава тёплым жёлтым пятном, вот мельница Прохора на северной окраине.

По карте были рассыпаны метки.

Цель 1: Дух Подвальной Сухости (Редкость: Эхо). Семейство: Земляные, подвид Погребной. Места обитания отмечены.

Три зелёных огонька зажглись на карте тут же, рядом. Один в подвале под старой пивоварней через две улицы. Другой в погребе у бабки Званы, и я мысленно усмехнулся: вот уж где сухо, бабка следила за погребом строже, чем за мной. Третий где-то под складами зеленщицы Маланьи.

Цель 2: Дух Скрипучего Колеса (Редкость: Эхо). Семейство: Резонансные, подвид Тележный. Места обитания отмечены.

Ещё несколько зелёных огоньков. Эти жались к дорогам у телег водовоза, у ворот, где вечно скрипела несмазанная створка, у Косого

Рынка, где колёса повозок не смолкали с рассвета. Один огонёк горел совсем близко, в пяти минутах ходьбы.

Я выдохнул. Две цели и правда лёгкая прогулка. Полдня работы, если не лениться, а то и меньше. Оба духа достаточно смирные, оба ловятся в простую дубовую дощечку т оба сидят в черте Района, куда я мог дойти с закрытыми глазами.

— А третий? — так же тихо спросил я.

Карта дрогнула. Зелёные огоньки померкли, отошли на задний план, и изображение поплыло. Сначала поехало вбок, а затем вверх, за пределы Щепок, мимо Торгового Кольца, мимо тесных кварталов, к самому краю карты. Туда, где город заканчивался и начиналась серая ломаная линия Внешней Стены.

И там, на самой стене, в зоне, залитой тревожным мутным серо-багровым — цвет Хмари, я уже знал его, — загорелась одна-единственная метка.

Красная.

Цель 3: Дух Несокрушимого Камня (Редкость: Тень). Семейство: Земляные, подвид Крепостной. Место обитания: Внешняя Стена, северный участок, пограничная зона.

И ниже, мелким, на этот раз не шутливым, а словно бы предупреждающим почерком:

Внимание. Зона повышенной опасности. Территория патрулируется пограничной стражей и Охотниками первого ранга. Прямой контакт с Хмарью. Не рекомендуется к посещению без сопровождения и снаряжения. Шанс поимки при текущем уровне Ловкости: данные недостаточны.

Я смотрел на красную точку и молчал.

Велес всё ещё что-то говорил рядом. Кажется, про то, что лак надо класть в три слоя и непременно давать каждому просохнуть, иначе поведёт. Я же смотрел на тонкую серую линию стены на краю карты и на одинокий красный огонёк в зоне соприкосновения с Хмарью.

Двух духов в городе я возьму играючи, между делом.

А вот третий сидел там, куда подмастерью с осиновой плошкой или дубовой дощечкой хода не было. Там ходили пограничники в железе. И ходили Охотники хотя бы первого ранга — те, что качают Внутренний Очаг не для ловкости, а для удара, способного развалить мутировавшего зверя надвое. Там из щелей в стене сочилась настоящая Хмарь, та, что за одну ночь превращает мышь в тварь, грызущую дубовые балки.

Сунуться туда сейчас, как есть, с нетренированным телом, которое сегодня само свалилось с мельничной балки от усталости, значило не поймать духа, а пополнить собой статистику.

Я мысленно поставил на красной точке пометку. Аккуратную, как закладку в полевом дневнике.

Туда я пойду потом, в последнюю очередь.

— Лука, — Велес постучал ногтем по чертежу. — Ты меня слушаешь или ворон считаешь?

— Считаю, мастер, — отозвался я. — Воронов. Дом которых нам этот заказ и принёс.

Велес фыркнул.

— Шутник. Иди лучше помоги медведю с брусками, пока он там сарай по брёвнышку не раскатал.

Из сарая как раз донёсся глухой деревянный грохот, сосредоточенное сопение и приглушённое «да куда ж ты, зараза…».