Духолов
Шрифт:
Кость отозвалась.
Не громко, не агрессивно. Она отозвалась глубоким, ровным, чистым гулом. Именно так гудит на затухании хорошо отлитый колокол.
Я сразу понял, что вижу действительно ценный материал. С такого материала, если правильно вырезать Колодец и правильно посадить дух, можно сделать вещь, которая будет работать сто лет.
— Красивая, — тихо сказал Бран. — Мастер, это…
— Это рог, — сказал Велес. — Не спрашивайте, чей. Я сам не до конца уверен. Мне его выдали с заказом и сказали не задавать вопросов. Я задавать не буду, и вы не будете.
—
Велес поднял на меня глаза, и я в первый раз за всё своё короткое знакомство с мастером увидел в этих глазах настоящий страх. Он знал, во что ввязался, и знал, что отступать поздно.
— Глава Дома Воронов, — сказал Велес. — Из Внутреннего Города.
В лавке стало очень тихо. Я никогда прежде не слышал ни про какой Дом Воронов, но по тому, как у Брана отнялся язык и как у самого Велеса на скуле дёрнулась жилка, я понял всё, что нужно было понять.
— Заказ — Тотем, — продолжал Велес ровно. — Из этой кости. Идеальный. За работу платят столько, что хватит закрыть долги, выкупить лавку из-под Магистрата и ещё останется. Если сделаем хорошо.
— А если плохо? — спросил Бран.
Велес посмотрел на здоровяка долгим взглядом.
— А если плохо, — сказал мастер так же ровно — Нас не просто закроют, ещё и скормят его гончим. У Главы Дома Воронов с этим просто. У него вообще со всем просто.
Бран тихо охнул.
Я смотрел на кость. Кость гудела на одной ноте. Как будто ей было всё равно, чьи долги она сейчас закроет и чьи души под утро будут на её совести.
— Сколько у нас времени? — спросил я.
— Неделя, — сказал Велес. — И время уже пошло.
Неделя. Я мысленно положил её на весы, где с другой стороны уже лежали семь месяцев Милы. Целая неделя из этих месяцев уходила на чужую кость, и я отдавал её без колебаний, потому что считать умел: без лавки не будет ни инструмента, ни знаний Велеса, ни денег на всё то, чего потребует лечение. Опечатают лавку и мой единственный шанс успеть сгорит вместе с вывеской. Выходило, что Тотем для Воронов я буду резать в том числе для сестры.
Я снял сумку с плеча, аккуратно поставил её на пол у стены. Закатал рукава. Бран рядом со мной молча сделал то же самое, и было видно, что здоровяк собран и серьёзен. Оказывается, он и таким умел быть, когда надо.
— Почему мы не можем отложить до завтра? — заныл Бран.
— Потому что по-хорошему на изготовление этого тотема нужен месяц. Но здесь нам не дали времени. Тотем нужен еще вчера. За работу, парни, — сказал Велес и встал из-за стола. — Ночь будет долгой.
Глава 5
Кость Велес унес к себе в коморку и тщательно спрятал. Было у него там одно местечко, которое он никому не показывал. Но я знал что оно там есть.
Велес расчистил верстак одним движением локтя. По широкой дуге сгрёб в сторону остатки сухих трав, отодвинул кувшин, смахнул стружку и довольно крякнул.
На освободившееся место он положил толстый лист серой бумаги, развернул его, разгладил ладонями. Бумага была старая, заломленная по сгибам, в пятнах от пальцев в саже и от донышка кружки. Однако чертёж на ней
Я подошёл ближе и наклонился над листом.
Чертёж был сложный. Это вам не игрушечная плошка с одним Якорем, какую я мог вырезать с закрытыми глазами, и не оберег для Прохора в одну руну. На бумаге был вычерчен Тотем.
Высотой в три моих ладони, составной, собранный из отдельных секций — башенка из положенных друг на друга колец. Каждое кольцо несло свой узор рун, а узоры переплетались тонкими линиями переходов, складываясь в общую вязь. И сверху из него торчала кость.
— Дом Воронов держит склады, — заговорил Велес, водя по чертежу обкусанным ногтем. — Большие. На границе Внутреннего Города, у самой стены. И там у них беда. Хмарь сквозь стену сочится тонко, но постоянно, и в этой Хмари заводится дрянь. Мыши-мутанты, которые жрут не зерно, а само дерево, прямо с балками. Плесень, которая по сырому камню расползается за ночь на сажень. Обычный Тотем такое не держит, нужен составной, под три задачи разом.
— Три задачи… значит, нам нужно будет три духа, — сказал я.
— Соображаешь, — Велес ткнул ногтем в нижнее кольцо чертежа. — Вот сюда — Дух Подвальной Сухости, чтобы сырость не шла и плесень дохла. Сюда, — ноготь поднялся на кольцо выше, — Дух Скрипучего Колеса. Грызунов отпугивает, мыши его на дух не переносят, разбегаются за квартал.
— А третий?.. — подойдя поближе, прогудел Бран.
— А сюда, наверх, в венец… — ноготь Велеса замер на самом верхнем, самом сложном кольце. — Нужен дух посерьёзнее. Тут пограничный слой, на стыке с Хмарью. Нужен такой, что саму Хмарь будет держать, а не последствия.
Я смотрел на верхнее кольцо. Узор там был плотнее, линии сходились гуще, и в самом центре стоял знак, которого я раньше не встречал — что-то среднее между Колодцем и Тропой, но с лишним завитком.
— И что за дух туда нужен? — спросил я.
— До этого ещё дойдём, — Велес выпрямился и потёр поясницу. — Сначала про работу по порядку. Слушайте оба, повторять не буду.
Он загнул толстый палец.
— Первое — болванка. Кость пойдёт только на верхний венец, её мало и она дорогая, на ней ошибиться нельзя. А вся основа, все нижние кольца будут из железной лиственницы. Дерево это тяжёлое, тонет в воде, и твёрдое, как камень. Его пилить — это тебе не сосну строгать. Работа как минимум на двоих, и работа долгая. А у нас на всё запас в неделю!
Он загнул второй палец.
— Второе. Духи. Три штуки, я сказал. Двух поймать дело плёвое для любого Ловчего, оба в городе водятся. Третьего… — он чуть запнулся, — третьего будем думать. Но ловить придётся тебе, Лука. Тут я тебе не помощник, глаза не те уже и руки трясутся.
Третий палец.
— И третье. Сама резьба. Многослойная. Сперва черновая обдирка, потом тонкая резьба рун по каждому кольцу, потом лакировка, потом пропитка маной слой за слоем, и сушка между слоями. Это не за вечер. Вся неделя, каждый божий день, от рассвета до ночи. И сборка в самом конце, когда все кольца готовы и все духи на руках.