Дубравы
Шрифт:
Всего натерпелась великая Волга, но вместе с народом. И вновь предстоит ей увидеть войну и страданья. Да, снова над нею нависли зловещие черные тучи. Вздыхает Йыван. Лицо его меняется, взгляд делается суровым, на лбу собираются морщины. А Волга будто чувствует — заволновалась, все выше и выше волны. В низовье реки вступает враг. Мечта его — завладеть Казанью, всем этим богатым и прекрасным краем: полями, лугами, лесами.
Невольно Йыван отвел взгляд от реки.
— За Казань надо драться, иначе нельзя, — говорит он сам себе. — И сама Казань — важный город. А сейчас
— Смотри-ка, какие!
— Спешат...
— Им нельзя не спешить.
Враг поднимается выше на берег, идут осторожно, без лишнего шума, неся смерть всему живому. Все замерло: и живое и неживое. Все в тревоге: и солнце, и небо, и Волга. В тревоге и главком. Красногвардейцы ждут приказа.
Главком не спешит, терпеливо ждет, когда вражеские войска подойдут поближе.
— Не дадим мы этой своре задушить Советскую власть! — сказал он солдатам.
— Не дадим! — последовал ответ.
— Мы — гвардейцы Ленина! — произнес кто-то твердо.
Главком подтвердил:
— Да, мы — гвардейцы Ленина, воины Страны Советов!
Янис и ведать не ведает, что друг его неподалеку отсюда, совсем рядом. И не предполагал, что Йыван, с тех пор как простились, уже пол России протопал, побывал в его доме, смело дрался на войне, а теперь отважно сражается с белогвардейцами.
Стоит Янис на берегу великой Волги и смотрит на прозрачную гладь ее, погруженный в воспоминания. Перед ним революционный Петроград. Смольный. В феврале немцы снова пошли на Россию войной. Враги подступают к Петрограду. Вот они уже захватили Псков. Принимается решение объявить столицей Москву.
Темная ночь. Дождь со снегом. Из Смольного выезжают две машины. В первой — Ленин, во второй — охрана. Машины мчатся по пустынной улице к окраине города. Приближаются к платформе «Цветочная площадь». Ждут их три поезда. В среднем должно ехать правительство во главе с Лениным. Владимир Ильич входит в вагон, за ним — охрана. В том числе и Янис Крейтусс.
Поезд тронулся. Набирает скорость. Окна вагонов закрыты.
— Впереди видны хвостовые огни незнакомого поезда, — передают из передних вагонов.
— Следить, быть начеку! — дается команда.
Станция совсем близко. Правительственный поезд медленно подходит, останавливается. А тот эшелон — на запасном пути. Из его вагонов выскакивают вооруженные люди.
— Очистить перрон! — раздается приказ.
— Братва, хватай всех живыми, — раздался хриплый голос.
В эшелоне анархисты! Кто-то выскакивает из правительственного поезда и стрелой летит к дежурному по станции — нужно срочно отправить поезд! А вокруг брань, крики, выстрелы.
Правительственный поезд двигается дальше.
— Не страшно было? — спрашивает Ленин.
— Не до страху тут! — смеется Янис.
На другой день вечером Советское правительство в Москве... Белогвардейцы двинулись сейчас на Казань, а потом решили взять Москву, задушить молодую Советскую республику.
Об этом думает теперь Янис, глядя в бинокль на приближающиеся колонны врагов. А может, и не было этого — Москвы, эшелонов с анархистами?.. Но что было, то прошло. А сейчас белогвардейцы — у стен Казани.
— Не захватить вам Казани! — Янис Крейтусс сжимает кулаки. — Не будет вам и Москвы.
А враги все идут и идут. Бойцы напряжены. Несколько бессонных ночей. Впереди — вымуштрованный, окрыленный победами враг.
— Командир, чего ты ждешь? Нас задавят!
— Они совсем близко...
— Ничего, еще подождем, — отмахивается Янис.
А ждать тяжело. Затекли руки с оружием. Рябит в глазах. И эти стройные колонны... Думаешь, вот-вот сойдутся две силы и начнется резня. Но вдруг команда подана:
— Огонь!
Началась схватка! Все объято жадным пламенем. Огнем покрылась земля. Пушки грохочут, трещат пулеметы, летят пули.
Прошла минута, вторая, третья... Красноармейцы подтянулись в контратаку. Враг дрогнул, повернул вспять, бросая все на пути своем — и ружья, и пулеметы, и людей...
Теперь снаряды рвутся над Волгой — пароходы с врагом отчаливают. По ним бьет красная артиллерия.
— Попали! Горит пароход!
Красноармейцы не ждали такой быстрой победы. Вздохнули легко, радостно, еще бы — с плеч свалилась тяжелая ноша. Подумать только. Вражеский десант уничтожен полностью. Потери красных были менее значительны.
— Командир батальона убит, — доложили Янису.
— Командир батальона? — переспросил он и снял фуражку.
— Война есть война. Она не разбирается, косит всех подряд, — сказал старый красноармеец.
Воспользовались передышкой — командира батальона и еще шестерых убитых похоронили на холмике возле пристани. Сила врага немалая. Расправились с одним десантом, а к городу вновь ползет темная сила. Одному пятому полку трудно противостоять такой лавине. И народ понимает это, не желает отдавать свой город в руки врага. Быстро вооружаются рабочие отряды, занимают позиции. Они горят энтузиазмом отстоять город, чтобы он был свободным и там текла мирная жизнь.
К пристани прибыло подкрепление: присоединилась шестая рота, а третья направлена к Верхнему Услону. Очень трудная задача стоит перед командованием — во что бы то ни стало сдержать врага! Во что бы то ни стало золотой запас молодой Советской страны, вывезенный из Петрограда и Москвы, переправить в безопасное место.
Вечером пятого августа приступили к эвакуации государственного банка. Бойцы пулеметного взвода нагрузили на подводы кожаные мешки с золотом и другими драгоценностями. А потом на пароходах ценности должны были увезти вверх по Волге.