Дом для меня 2
Шрифт:
– Я скучал, – проурчал довольный Самсон, трепя скачущую собаку за морду и снимая с нее комбинезон. Прозвучало это так, что непонятно, к кому слова Самсона были все же адресованы.
– Ничего страшного, сейчас ты соберешь свои манатки, свою собаку и свалишь вместе с ней в Москву, и скучать больше не придется, – бросил Лер, словив тяжелый взгляд Самсона, из которого улетучилось недавно появившееся веселье.
– Бля, серьезно? – Самсон встал, снял с себя куртку и бросил ее у двери на скамейку, всем своим видом демонстрируя, что будет все наоборот. – Ты взъелся на меня из-за какого-то лося?
– Из-за какого-то…
– Я дал тебе неделю остыть! –
– Да пошел ты на хуй отсюда! – взвился Лер, вообще до Самсона он почти не матерился, но с этим невыносимым человеком не выходило общаться на человеческом языке.
Лер запнулся. Вообще сказать не то чтобы было нечего, скорее наоборот, слишком много всего накопилось между ними, что раньше Лер старался игнорировать, но сейчас высказать эти противоречия в одном предложении было нереально. Лер даже сформулировать их нормально не мог не только словами, но и у себя в голове, просто еще до лося между ними накопилось слишком много противоречий, и Лер чувствовал, что это все режет его изнутри, но не мог до конца понять, что не так, не мог собрать эти разбитые фракталы в единую картину, потому ответить на претензию Самсона было нечего, с его точки зрения причина действительно ерундовая, а Лер не мог это просто выкинуть из головы. Как ни крути, они были слишком разными, и любовь словно цепью сковала две абсолютно неподходящие друг другу системы, которым лучше бы существовать в разных мирах, потому что на все, чего бы это не касалось, они смотрели по-своему и воспринимали под разными углами.
Повисла неловкая пауза, Самсон почему-то молчал, а Лер злился, но что сказать, не находил, у него вообще с подбором слов в таких ситуациях было сложно, тем более Самсон умудрялся филигранно обесценивать все его аргументы и порой Лер предпочитал оставить их при себе, чем отдать на растерзание Самсону, который мгновенно покажет их несостоятельность. В итоге бесился Лер чаще всего молча, и эта невысказанная проблема росла и давила, никуда не исчезая, а лишь нагнетая ситуацию между ними.
И теперь Лер метался по гостиной, пока Самсон не спеша разулся, поставил чайник, помыл руки и принялся разворачивать свой здоровенный пакет, в котором оказалось несколько белых коробок, перевязанных ленточкой. Лер замер, уставившись сначала на коробки, догадавшись что, скорее всего, в них, а потом перевел взгляд на довольного Самсона, который знал Леркину слабость к сладостям. Эта скотина привезла внушительных размеров торт и трайфлы, при виде которых Лер сглотнул голодную слюну и отвернулся, он сегодня, как назло, только пачку лэйса съел, а еще бутерброд, и дожевал остатки печенья, потому к вечеру сильно проголодался, и если бы не Самсон, Лер точно сбегал бы до ближайшего магазина.
Вообще с готовкой у них были проблемы, особенно у Лера. Он разве что чай виртуозно заваривал, ну и еще у него было несколько фирменных блюд которые Лер неплохо готовил, включая плов, но готовить самому себе на регулярной основе ленился. Самсон так же особой симпатией к готовке не страдал, но если в Москве эта проблема легко решалась доставкой, то в деревне Лера была одна пиццерия, при виде которой Самсон скривился и дал по газам, потом, правда, вернулся, когда оголодал, заказал там пиццу и, кривясь, съел с голодухи почти всю, только разве что шаурмичная не подвела, да и местная столовка была тоже ничего, но работала по неизвестным причинам только до трех часов дня и никакой доставки у нее, естественно, не было.
В общем, "взятка" Самсона
– Если бы я еще на пару дней задержался, ты бы тут точно с голодухи коньки отбросил.
– Иди на хер, – вяло огрызнулся Лер, встав у окна и уговаривая себя иметь хоть каплю достоинства и пусть не выкинуть этого свина из дома вместе с его подарками, для этого Лер как минимум слишком сильно голоден и слишком слаб перед сладостями, но хотя бы не бежать антилопой к столу с вкусняшками.
Со спины подкрался Самсон и, поймав дернувшегося в сторону Лера в объятия, потерся ласково щекой о его висок.
– Ну прости меня. Я забыл, какой ты неженка.
– Я не неженка! – дернулся Лер, пытаясь сбросить с себя его руки, но те лишь сильнее сжались. – Просто я не понимаю, когда вы все нажретесь?! Неужели нет других развлечений? Неужели не жаль было этих двоих?!
Самсон закатил глаза, но Лер этого, к счастью, не видел.
– Это просто охота. Ты слишком драматизируешь! Мы ж не браконьеры какие-то, мы огромные бабки за лицензию заплатили…
– И что? Это вернет жизнь лосю?! – Лер прикрыл глаза, понимая, как в глазах Самсона по-детски звучат его слова, и сейчас, по прошествии недели, это могло казаться еще более нелепым, но стоило вернуться в те воспоминания, как Лер холодным потом покрывался от той атмосферы, от чувства ужаса и безысходности… А главное, Лера морозило от мысли, как можно причинять чудовищную боль живому существу, у которого так же есть нервная система, которому так же, как тебе, больно, а потом приходить к своим близким и обниматься с ними как ни в чем не бывало, словно не причинил кому-то совсем недавно такой боли…
Лер хотел верить, что он накручивает сам себя, но проблема была не только в несчастных лосях, но сейчас, в объятиях Самсона, соскучившись по нему за неделю, Лер чувствовал, что все возведенные стены и преграды тают, хочет он того или нет.
Самсон молчал, они оба смотрели на свое отражение в окне, которое ночь превратила почти в зеркало. Самсон почувствовал, как плечи Лера перестали быть каменными и тело немного расслабилось, и, повернувшись, поцеловал Лера легко в висок, потом еще раз и еще. На третий Лер отвернулся, но Самсон поцеловал в затылок, почесав заодно об него нос.
– Обещаю больше не охотиться на лосей, если тебе от этого будет легче.
Лер тяжело вздохнул, развернулся, чтобы ответить. Самсон на удивление послушно выпустил его из рук, но как оказалось, лишь для того, чтобы дать Леру развернуться и, снова сжав его в объятиях, поцеловать. Лер вяло посопротивлялся, но в итоге уступил, и объятия в итоге перестали быть оковами и стали взаимными.
Оторвались они друг от друга лишь тогда, когда чайник уже не первую минуту свистел, а Патриций вновь взялся за ножку старой табуретки, которая непонятно чем манила в целом дрессированную собаку.
– Патриций, бля! – рявкнул Самсон, который не переносил никаких лишних погрызушек и был не в восторге, что его от Лера отрывают, но тут не столько собака была виновата, сколько чайник.
Лер выключил газ, обдал заварочный чайник кипятком и приступил к священнодействию. Самсон накинул куртку, натянул уличные сапоги и ушел загонять во двор машину. Забрав из салона еще один пакет с готовой едой из доставки и огромный пакет с продуктами, Самсон появился в доме как раз в тот момент, когда перенесший на стол торт Лер наконец вскрыл упаковку и уставился на украшение торта.