Дочь Земли

Шиманская Наталия

– А вторичные ощущения какие?
– Спокойно осведомился дом.

Аля повела плечами, потянула шеей сюда-туда, признала:

– Порядок. Термоядерная штучка. Почище эрта будет.

– А то!
– Прохмыкал дом довольно, - Я ж знаю: что, когда и в каких пропорциях! Ты посиди с полчасика и топай куда следовало.

– А в двенадцать тыквой не стану?

По установившейся за этой фразой тишине Дана определила - Тэо впал в нешуточные и глубокие раздумья.

– Почему?
– Спросил, наконец, весьма серьезно.

– Да так, знаешь ли, на всякий случай, чтоб потом неожиданностей детских не возникло.

–

Опять твои приколы земные, да?
– Заобижался хранитель показательно.
– Могу заверить, ни тыквочкой, ни бабочкой, равно как и принцессой сказочной ты не станешь. А вот ведьмочкой тебе даже притворяться не нужно. Малость разлохматить, и сойдет. Для общего соответствия могу метлу подогнать. Реактивную.

– Не надо!
– быстро откликнулась девочка, выставив указательный палец на уровень прикрытых глаз.
– Метлу не надо. Обойдусь модулем.

Нащупала бутыль, не глядя. Снова плеснула, умудрившись не промазать. Зацепила пиалку, потянула ко рту. Сфокусировалась на Дане.

– Все чин-чинарем! Носферату подхватим по дороге.

– Алира, - начала та неуверенно.
– А, может, ну его. Не нужно сегодня никуда... Ты бы отдохнула лучше, как следует.

– Ага!
– С готовностью согласилась Аля. Забросила в себя содержимое второй пиалки. Отставив руку с опустевшей посудиной, выразительно продекламировала:

– И вечный бой!.. Покой нам только снится. Сквозь кровь и пыль!..

– ... Летит. Летит степная кобылица. И мнет ковыль.
– Пробормотало с потолка глухо.

– Во!
– Согласилась девочка.
– Одобряю. И даже практически ощущаю... себя в роли... ковыля!.. Хотя, вы знаете, уже не так ярко и реалистично, как несколько минут назад. Э-эх, а дернем-ка на посошок и будем сгребать конечности!..

Дана только вздохнула.

* * *

– Держись позади меня, не поднимай глаз и помалкивай.
– Строго проинструктировала Аля спутницу, выходя с нею в общий коридор.
– Трансформеры очень чутко реагируют на потенциальную дичь. А ты по всем параметрам идеально под нее подходишь.
– Она улыбнулась и потрепала по плечу испуганно заупиравшуюся девушку.
– Не переживай. Со мною это не опасно. Но и повод заинтересоваться тобой давать не надо. Окажемся снаружи, а еще лучше - в модуль сядем - вот тогда и глазей, сколько влезет. Слова против не скажу.

Они скорым шагом продвигались по залитому светом, белому проспекту. Дана следила за дорогой из-под низко надвинутого капюшона и боялась лишний раз лицом шевельнуть. Перед глазами колыхался пурпурный шелк Алиного плаща. По ткани мерцанием пробегали световые дорожки, вспыхивали, пропадали в бесчисленных струящихся складках. Глянув раз-другой, девушка опять упирала взгляд в быстро проплывающий пол. Сполохи багрянца слепили её и отзывались где-то внутри головы неприятной, докучливой резью. Не настолько сильной, чтобы именоваться болью, но достаточной, чтобы мешать видеть и вызывать раздражение. Аля поминутно раскланивалась, не убавляя шагу, с проходящими навстречу воинами. А Дана тщательно втягивала в поднятые плечи голову и старалась стать чем понезаметнее на фоне своей ослепительной, в прямом смысле, подруги. Надо признать, до определенного момента ей это неплохо удавалось. Но в каком-то десятке метров от выхода их таки остановили.

– О! Алира! Привет!.. А куда это ты, на ночь глядя?.. А что, тебя на празднике не будет?!.. А почему?.. Так жалко, честное

слово!.. Ваш с императором танец на прошлом Выходном Балу был чудо, как хорош! Все до сих пор потрясены!.. Да, да. Я не вру нисколько!.. Ты их наголову разбила, очаровала и обезоружила!.. Брат полночи вздыхал, ерзал и вином наливался. И все его приятели - с ним вместе. Девчонки даже ревновать начали. Честно-честно!.. Но я им так и заявила. Прямо. Что, мол, нечего страдать и кукситься, а лучше больше над собой работать!.. А то они хотят и муженьков себе отхватить, с положением и весом, и при этом лишний раз хвостиком не вильнуть, и ни капельки усердия не приложить. Правильно я говорю?.. Ну вот скажи мне, правильно? А?..

Размеренно улыбаясь в ответ и кивая, Аля с минуты на минуту убеждалась больше и больше: дружить с Раэн она не будет. Даже за отдельные открывающиеся возможности и вкусные коврижки. Она её просто морально не переживет рядом дольше пятнадцати минут, в крайности - получаса. Милая девочка, незлобная, открытая. Но, господи, до чего же глупа!!.. Если хотя бы тридцать процентов рагезтянских дев на выданье подобны этой, то совсем неудивительно, что официальных браков заключается все меньше, а мужчины повсеместно предпочитают собственным соплеменницам кратковременное общество рабынь. Выгода налицо. И удовлетворение полное, и растрачивать себя на бесконечные комплименты, ухаживания, выслушивания и прием претензий по поводу и без - не приходится.

Раэн тарахтела, не останавливаясь, вываливая на нее пачками последние скопившиеся новости и сплетни. Сама задавала вопросы. И сама, тут же, на них отвечала, не давая Але толком сосредоточиться, чего, собственно, от нее хотят. Но, тем самым, и избавляя от необходимости что-либо выдумывать на ходу. Под конец, Аля даже утвердилась во мнении, что Раэн не такая уж и пропащая в плане общения. И вообще, может быть иногда достаточно удобной. Вот, хотя бы, как самопередвигающиеся и говорливые декорации. На празднованиях и вечеринках, где Алю регулярно заставляли присутствовать Краасс и обстоятельства, такая напарница будет своим поведением, несомненно, принимать огонь излишнего внимания на себя, отвлекая тем самым нежелательных соглядатаев от её, то есть Алиной, особы. Надо с весов не сбрасывать и перспективки, как-нибудь, вдаль просчитать. Но не сегодня. Черт! Они уже опаздывают!

– Ого! А это кто у нас?
– голосок рагезтянки крепчал удивлением и интересом.
– Человеческая самочка? Настоящая?.. А почему она тут?.. И без привязи.... Алира. А она точно не сбежит? По-моему, это немножко неразумно, так её отпускать. Они все время норовят сбежать, я много раз видела!..

– Твою мать!
– Заявила Аля шепотом по-русски.
– Вот так и вспомнишь родной язык, со всеми его художественными оборотами!

– Оюшки?
– тут же воспылала интересом рагезтянка.
– А это на каком? Что-то я наречия такого не припомню!

– Ты, подруженька, сейчас вообще припоминать заречешься.
– Прошипела девочка сквозь зубы раскаленной сковородкой. И, дернув головой вперед, уставилась рагезтянке в глаза. Губы её при этом продолжали мило улыбаться, а лицо сохраняло полнейшую приветливость и вежливое участие. Выражение же личика Раэн менялось посекундно.

Недоумение. Растерянность. Снова недоумение. Вроде, легкий перепуг, даже, будто она вдруг потерялась и не знает, где находится. Озарение. Облегченная расслабленность. Обретение цели.