Дочь Земли

Шиманская Наталия

Аля заливается смехом:

– Ну конечно! Смотри сам! Практически всемогущий? Это факт! Давно уже не мальчик? Тоже не оспаривается!.. Ну и стра-а-ашненький, как ни крути!

– Хамка!
– Рычит Краасс, делая попытку ухватить её за шиворот. Аля, смеясь, отпрыгивает в сторону. Вскочив на ноги, прячет руки за спину. Вытянувшись к нему, спрашивает интригующе:

– Хочешь, открою тебе свою самую страшную тайну?

– Валяй.
– Милостиво разрешает трансформер.

– В не столь отдаленном, но канувшем в Лету детстве, Кощей Бессмертный был одним из любимейших моих персонажей. Я сказки перечитывала, и понять не могла:

ну чего всем этим Василисам и Аленушкам не хватает? Это же просто мужчина мечты получается - опытный, заботливый, щедрый. Так нет же, их по жизни на каких-то Иванушек левых тянет. Они что, хронически больные на всю голову?!

– Это вопрос или утверждение?
– Польщенно-благодушно улыбается он.

– Это констатация!
– Заявляет девочка. Снова опускается с ним рядом. Берет за руку. Почтительно и нежно целует. Не отнимая от губ, смотрит. В глазах мельтешат бесенята.

– Демоненок!
– Краасс вопросительно приподнимает бровь.
– Я тебя правильно понял?

– Ага!
– Соглашается Аля с энтузиазмом.
– Я холодный и голодный!

– Будем исправлять.
– Смеется он.
– Правда, в обратном порядке. Сначала - накормим. Потом - обогреем!

Подмигивает ей. Материализует стеклянный овал столешницы.

– Но зато, и первое и второе предоставим по максимуму!

Глава 44

Краасс, обернувшись, приветливо махнул рукой:

– А вот и мой малыш. Проходи, Алира!

Зэер, поднявшись, галантно отодвинул кресло. Аля послушно подошла. Уселась. Обвела глазами, одновременно незаметно прощупывая на предмет настроений и отношения. Ничего экстраординарного, ничего прямо настораживающего. Легкий негатив со стороны его братца, как всегда. Остальные - Зэер, Арео, нынешний комендант Сэтх и троица старших по отрядам, их имена Аля помнила смутно - так вообще лучатся добродушием и приветливостью. Ладно, теперь вопрос основной - для чего он её выдернул сюда?

– Все по-взрослому, Алира.
– Деловой тон Краасса сомнений не оставлял. Пришел-таки "момент откровений".
– Сейчас будешь нам рассказывать и пояснять. Готова?

Аля кивнула. Он передвинул к ней поближе прозрачный куб стереомонитора.

– Пожалуйста. Тут все цифры. Оперируй.

Аля рассортировала таблицы и списки в удобном ей порядке. Поинтересовалась:

– С координаторами что не ясно?

– К ним претензий нет. Набранного количества хватит. Обставлено все достаточно грамотно.

– С богом солнца забавно придумано!
– Арео переглянулся с Зэером, прыснул смешком.
– У тебя отличное чувство юмора. А наш уважаемый помощник в своей роли был просто неотразим!

Зэер на это довольно сильно пихнул друга локтем в бок. Но видно было, что сам с трудом удерживается от смеха. Аля вздохнула.

– Людям нужно верить во что-то, что благоволит к ним. С помощью веры им удается переживать самые злые беды, перебарывать трудности, находить в неприемлемых им обстоятельствах смысл и рациональное зерно. А главное - смиряться! Что особенно важно в данном случае. Разве не так?

– Все так.
– Откликнулся Денио. Аля удивленно воззрилась. Это первый раз, когда он вслух среагировал на её слова. Неужели идет на контакт?! Странно даже!..

– Здесь все, в принципе, правильно.
– Продолжил он.
– Поясни другое. По каким таким причинам ты сократила общую цифру базового материала почти вдвое? Система признала всех

изначально отобранных пригодными, и физически, и морально.

– Сейчас разъясню!
– Нехорошо улыбнулась ему Аля.
– Перевела наливающиеся холодом глаза на Краасса.
– Первое. Я исключила всех старше двадцати. Зрелым человеком, со сложившимся характером и опытом, управлять сложнее. Он стопроцентно постарается в новую модель социума привнести свои старые обычаи и привычки. И всю оставшуюся жизнь будет заниматься сравнениями настоящего с прошлым, перекраивать окружающее на привычный ему лад. И молодежи будет навязывать свои идеи. Вам это надо?

Аля в упор посмотрела на Денио. Тот передернул плечами, но промолчал.

– Дальше!
– Подал голос Краасс. Она снова повернулась к нему.

– Второе. Я отказалась от представителей творческих профессий и людей с выраженным техническим складом ума. Первые чересчур утонченны, к тяжелому физическому труду приспосабливаются плохо, в облаках витают и думают слишком много. Вторые тоже думают, и тоже слишком. Но уже в другом направлении - как бы общество модернизировать, как бы прогресс подтолкнуть.... Вам охота, чтобы они у вас там по лесам и полям из подручного материала втихомолку какие-нибудь дирижабли с самолетами конструировали и мечтали вырваться в заоблачные выси? Где мечты и одержимость идеями, там недолго до неповиновения и, даже, бунта.... Третье.
– Выдержала паузу. Произнесла уверенно:

– Не надо без разбору смешивать расы. У разных национальностей может оказаться совершенно противоположный менталитет и взгляды на некоторые области моральных ценностей. Им будет тяжело ужиться вместе. Возникнут дополнительные преграды в адаптации, возможна вражда и прямое противостояние. И даже если искусственно стереть языковой барьер, большой пользы не будет. Люди все равно будут объединяться по национальному признаку, искать в родственной среде защиту, а в чуждой - потенциальных врагов.

Поэтому. Для первого заселяемого мира, учитывая основной контингент и этническую принадлежность координаторов, я оставила в списке только славян возрастом от семнадцати до двадцати. С хорошей физиологией, трудолюбивых, уравновешенных, тяготеющих к общению с природой, к сельскохозяйственному образу жизни. И - необремененных излишним объемом умственных способностей. При таких условиях искусственная корректировка сводится к минимуму. И это тоже немаловажно. Естественный организм всегда устойчивее, чем насильственно напичканный всевозможными добавками. Вы чисто внешне их оформите под одну гребенку, а через поколение-два такие нюансики вылезут - подчищать замаетесь. По уровню умственной одаренности исключение сделано для координаторов. Поскольку они - руководящее звено. И призваны вести и направлять. Но я позаботилась о том, чтобы уж эти как раз и были зомбированы по полной. Теперь вы имеете в их лице религиозных фанатиков, положащих при случае и душу, и жизнь во имя вас же.

Умолкнув, откинулась на спинку кресла. Обвела экзаменаторов пристальным долгим взглядом. Выражение их лиц вполне красноречиво охарактеризовывало, какое именно впечатление произвели её пояснения. Они точно не ожидали подобного от этого, такого внешне простодушного, такого юного и несерьезного, казалось бы, существа.

Воцарилась затяжная тишина. Рагезты молча переглядывались между собою. Потом Краасс спросил суховато, незаметно подмигнув девочке:

– Кто-нибудь ей возразит?