Дочь алхимика
Шрифт:
Близнецы все еще не решались стрелять в него, но было ясно, что они долго ждать не будут: им было абсолютно все равно, пострадают при этом невинные люди или нет. Гербы Хофбурга защищали их, а за подобные привилегии Лисандр, должно быть, платит кругленькую сумму.
Джиллиан споткнулся о какие-то ящики и коробки, очутился сзади ряда торговцев и свернул в узкий переулок. Его плечо то и дело напоминало о себе, пронзая все тело приступами резкой боли, но он не обращал на это внимание. Переулок представлял собой узкую щель между высоких стен домов и иногда встречающихся там запертых дверей. Джиллиан быстро понял, что побежать по этому пути было
Оглянувшись назад, Джиллиан увидел, что Нога и Камень добежали до переулка секунд на десять позже него. Они сразу же оценили свои преимущества, остановились и нацелили на него свое оружие.
Первая пуля просвистела на волосок от его головы, вторая задела рикошетом левую стену и заставила его метнуться к правой стене. Ему повезло, потому что прогремевший в следующий момент выстрел неизбежно попал бы в него, если бы он не споткнулся.
В двух шагах от себя он увидел расщелину между домами. Согнувшись, он свернул за угол, услышав, как Камень и Нога снова бросились в погоню: их шаги застучали по грязной мостовой, отражаясь в узком переулке.
Конец прохода вел также в переулок, но в этот раз Джиллиан узнал место, где находится: на другой стороне возвышалась скотобойня, стоящая на берегу реки, на южной стороне округа Мариахилф. Он побежал туда, держась за правое плечо, и сквозь открытые ворота очутился внутри. Рабочие в грязных фартуках сновали вокруг него, одни входили с улицы, другие направлялись к выходу. Некоторые бросали на него подозрительные взгляды, но большинство из них не обращали на него внимания. После убийства Нестора Инститориса Джиллиан не менял одежду, и вот уже несколько дней на нем были те же брюки и та же черная рубашка с рюшами, куртка была в пятнах и порвалась на плече от удара, когда он выскочил из кареты. Его вот-вот примут за вора и вышвырнут отсюда.
Джиллиан оглянулся и увидел, как Камень и Нога пересекают переулок. Оружие они спрятали под пальто, но и без того их внешность привлекала достаточно к себе внимания. Кроме того, никто не видел их здесь вышедшими из кареты кайзера, таким образом, их вряд ли примут здесь за полицейских, а значит, одним преимуществом у них стало меньше.
Но для близнецов это мало что значило: они грубо протискивались сквозь толпу работников скотобойни, привлекая на свои головы всевозможные оплеухи и проклятия. В конце концов, Камень вытащил револьвер из-под полы пальто на всеобщее обозрение — ругательства моментально прекратились, и перед ними открылся широкий проход, в конце которого виднелся Джиллиан.
Он свернул в один из залов, в котором сотни разделанных туш раскачивались на длинных крюках, в нос ударил въедливый запах сырого мяса и крови. Джиллиан рванулся вперед и стал протискиваться сквозь лабиринт выпотрошенных туш, то и дело ударяясь о кусок какого-нибудь животного.
Раздался выстрел, когда кто-то попробовал придержать близнецов. Джиллиан не знал, действительно ли они стреляли в человека или это был просто предупредительный выстрел.
За мясными тушами виднелись высокие разгрузочные ворота, за которыми смутно блестела река. Скот загонялся по сходням с лодок на скотобойню. Всего в нескольких шагах крепкие парни грузили упакованное мясо на поджидающие суда. Стараясь раствориться в толпе грузчиков, Джиллиан несколько раз наскакивал на рабочих. Те сопровождали его отборной бранью, но никто не хотел ронять свой груз,
Еще одна пуля просвистела через мясной зал, затем Камень и Нога вырвались между рабочими, напряженно высматривая Джиллиана. Они обнаружили его тогда, когда он, минуя грузчиков с мясом, прорвался на одну из лодок. Сходни шатались под весом рабочих, из-за чего Джиллиан потерял равновесие и чуть было бы не рухнул в воду, если бы не рука одного из матросов, который помог ему удержаться. Шкипер обругал его на чем свет стоит, но потом увидел близнецов, подбегающих к сходням, и на мгновение остолбенел от изумления. Джиллиан вырвался и оттолкнул шкипера в сторону, отчего тот свалился через поручни в воду. Сразу же образовалась ужасная сутолока, матросы ринулись со всех сторон на корабль, а некоторые грузчики пороняли туши на раскачивающихся сходнях. Близнецы всеми силами пытались прорваться сквозь всеобщую сумятицу.
Джиллиан ловко избежал нападения второго матроса, метнулся через палубу и увидел как двое из грузчиков, уронивших свой груз, схватили несчастного близнеца за руку. Нога выронил оружие и получил страшный удар в лицо, стоивший ему остатков сломанных резцов. Камень, на миг позабыв о Джиллиане, приставил к груди обидчика револьвер и без колебаний нажал на курок. Грузчик, в которого попала пуля, пошатнулся и упал в реку, в то время как остальные в панике кинулись врассыпную. Камень схватил близнеца за руку и помог ему подняться.
Джиллиан не стал смотреть дальше, что произошло, он переступил через поручни и бросился в воду. Вода была жутко холодной, и в какой-то момент ему показалось, что сердце его вот-вот остановится. Затем он вынырнул на поверхность и поплыл под защитой судна на запад. Обогнув нос корабля, он снова выбрался на сушу, метрах в пятидесяти от сходней, а взбудораженные рабочие скрыли его от глаз близнецов.
Неподалеку от бойни железнодорожная линия пересекала реку, параллельно с округом Мариенхилф она вела к западному вокзалу. Мокрый и продрогший до костей, Джиллиан потащился в северном направлении. Боль в плече немного притупилась от холода.
«Километр до вокзала, — подумал он с горечью, — а потом еще половина мира до места, где его не сможет найти Лисандр».
Глава 5
Кристофер подождал, пока слуга оставит еду перед входом на лестницу, прислушался и когда его шаги, удаляясь, смолкли, проскользнул в коридор и взял поднос. Он удостоверился, что за ним никто не наблюдает, снова поднялся наверх и запер за собой дверь. Вверху он опрокинул мясо и овощи из тарелок в пламя атанора, где они, шипя, сгорели. Через пару часов он оставит пустой поднос у основания лестницы, где его позже заберет слуга.
Вот уже пятнадцать дней как он подобным образом избавляется от еды Нестора. Пока никто ничего не заподозрил. Многие годы Нестор ел здесь в одиночестве, и столько же времени слуга не встречался с ним лично. Никто не замечал ничего необычного в происходящем, никто не догадывался о том, что тело Нестора вот уже пятнадцать дней как погребено на садовых грядках чердака.
Кристофером руководила далеко не гордость. Он знал, что это единственный путь сохранить тайну чердака и — что более важно — использовать её для себя, и не хотел, чтобы кто-то поднялся сюда и свел на нет многолетние исследования старика. А после вспышки гнева Ауры, он стал единственным обладателем ключа.