Добрая традиция
Шрифт:
— Стефани Редфорд.
Сейчас, приблизившись, он снова почувствовал аромат ее духов. Легкий и одновременно волнующий, он навеял Деймиану мысли о мхе, розах… и медленных, чувственных поцелуях.
Он сглотнул, отпустил ее руку и провел большим пальцем по своей небритой щеке. Опасно думать о таких вещах.
— Пойду приму душ, — сказал он вслух.
— Я приготовлю чего-нибудь поесть.
— Но в кухне, кажется, пусто.
— Ну, не совсем, — слабо улыбнулась Стефани.
— Хорошо. —
Поднимаясь по ступенькам, он обнаружил, что насвистывает что-то, тут же оборвал свист и нахмурился. С раздражением он поймал себя на том, что пытался представить, как будет распускать эти отливающие медью волосы, позволяя им струиться между пальцами. И с еще большим раздражением уличил себя в том, что уже думает о тех чувствах, которые бы испытывал, оказавшись с этой женщиной на постели из мха и розовых лепестков и страстно ее целуя…
Впрочем, инстинкт говорил ему, что его гостья не из тех, кто соглашается на связь. Стефани красива и желанна, но она «порядочная девушка» и верит в такие ценности, как любовь, семья… и все им сопутствующее.
Верит в Рождество…
А он — нет.
Он шепотом выругался, открывая дверь своей комнаты. Нельзя, ни в коем случае нельзя ее целовать. Один поцелуй — и он уже не сможет ее забыть.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Слезы катились по щекам Стефани, и она неуклюже вытирала их рукавом свитера, стараясь не всхлипывать слишком громко. Она выключила радио.
Лучше бы и не включала. Конечно, в канун Рождества на всех волнах будет только рождественская музыка и пение.
И хотя услышанная песня была на немецком языке, чистота детских голосов церковного хора тронула ее до глубины души.
Стефани обожала Рождество и всегда была более эмоциональна в рождественские дни, чем обычно. А в этом году еще и разорванная помолвка…
— Пахнет вкусно.
Стефани застыла на месте. Макаллистер. В надежде, что стерла все следы недавних слез, она заставила себя улыбнуться и повернулась на голос. В дверном проеме стоял совершенно незнакомый человек. А впрочем, это был Макаллистер…
И она отнесла его к классу пещерных людей? Стефани оперлась рукой о стол. Сейчас чисто выбритое лицо его было образцом мужского совершенства — четко очерченные скулы, упрямый подбородок, глубокие морщины у рта. Волосы — черные и блестящие, как вороново крыло. А глаза — ясные и того же оттенка голубого, что и свитер из альпаки, небрежно заправленный в старые джинсы.
В неухоженном состоянии он ей виделся сошедшим с листовки «Разыскивается… очень опасен». А теперь? Конечно, он — мужчина из самых опасных… опасных для любой женщины, если в ее жилах течет кровь, а не вода.
— Ну, вот и вы. —
— Да, глазунью, пожалуйста. А я налью кофе.
Когда Деймиан проходил мимо нее к кофеварке, Стефани почувствовала запах его крема для бритья. Убийственно мужской. И очень волнующий.
Она глубоко вздохнула и разбила яйцо над сковородкой.
К тому времени, как Деймиан наполнил две чашки дымящимся кофе, тосты были на столе. Стефани выложила на разогретые тарелки глазунью и несколько сосисок для него, омлет и две сосиски для себя. Он отодвинул для нее стул.
— Спасибо, — пробормотала она, а когда он уселся, передала ему кувшинчик сливок. — Вы ведь пьете со сливками и без сахара?
— Вы что — ясновидящая? — Он с удивлением вскинул брови.
— Нет. — Стефани легко рассмеялась. — Сегодня утром вы спустились, и я предложила вам кофе… Вы не помните?
— А… теперь вроде бы помню. Хотя — смутно… — Он размешал сливки в кружке и жадно глотнул напиток. — Ммм, вкусный и крепкий.
Следующие несколько минут они молча ели. Стефани иногда поглядывала на него из-под ресниц. Ей пришло в голову, что постороннему они могли бы показаться счастливой семейной парой. Но Стефани чувствовала себя совсем не уютно — с тех пор, как страшноватый пещерный человек превратился в самого элегантного и привлекательного мужчину, которого она когда-либо видела.
— Ну, — откидываясь на спинку стула и гладя на нее над краем чашки, проговорил он, — расскажите мне что-нибудь о себе. Чем вы занимаетесь, где работаете?
Он уже прикончил все, что было у него на тарелке. Надкусив последний тост, Стефани бросила на Деймиана лукавый взгляд:
— А вы догадайтесь.
— Намекните. — Он поставил кружку.
— Один намек уже был.
— Да? — Он почесал затылок. — Дайте-ка подумать. А! Вы повар на выезде.
— Нет, попробуйте еще раз.
— Вы разбиваете машины для компании «Найми развалюху»?
Она расхохоталась и, не вставая со стула, дотянулась до плюшевого медвежонка на разделочном столе, куда она заранее его посадила.
— Вот чем я занимаюсь. — Она кинула игрушку Деймиану. — Я разрабатываю макеты мягких игрушек, и по моим эскизам их делает фирма в Монтпилиере.
Он поймал медвежонка и держал его обеими руками. Так мужчина, не привыкший к детям, может в первый раз держать младенца, подумала Стефани. Выражение лица Деймиана стало вдруг напряженным, и он резким движением вернул игрушку на место.