До встречи в Дубае
Шрифт:
Наверное, мы уснули, потому что когда я открыла глаза и потянулась за чаем – он уже остыл. Ли тоже сел прямо и потер лицо ладонями.
– Сбылась моя мечта, - довольно заявил он.
– Какая? – поинтересовалась я.
– Засыпать и просыпаться рядом с тобой.
Я рассмеялась.
– Я скучал по твоему смеху.
Он сказал это радостно, но эмоции вновь подошли комом к горлу. Я поняла, что если он выдавит из себя хоть слово, то снова заплачет, потому старается сдержаться.
– Знаешь, а я не скучала, - дерзко выдала я. И дождалась, пока на его
Я сбегала в свою комнату и вскоре вернулась с картиной в руках. На квадрате пятьдесят на пятьдесят сантиметров был его портрет. Мне понравилась арт-терапия с Жанной и портрет покойного мужа, что я решила продолжить рисовать. Мне приходили разные образы, но чаще всего я рисовала того, кого мне не хватало больше всего. Эта картина мне удалась лучше остальных, поэтому я ее забрала с собой. Другие эскизы Жанна категорически отказалась отдавать и выставила в галерее своих учеников. За последний месяц ее занятия набирали обороты, и я шутила, что это именно мои картины приманили людей.
Да, это была моя лучшая попытка, но я нервничала, когда передавала ее в руки своего вдохновителя. Это был мой взгляд на него со стороны, и я не знала, насколько ему понравится.
– Уа-а. Какая красота! – он взял в руки холст и с милой улыбкой рассматривал каждый мазок. – Интересный стиль! Чем ты рисовала?
Я хитро улыбнулась и села рядом.
– Пальцами.
Он открыл рот и посмотрел на меня, а потом вернул взгляд к картине. Он провел пальцами по линиям, чтобы почувствовать неровности краски.
– Это потрясающе. У тебя золотые руки! Можно я его заберу себе?
– Конечно. Хотя этот портрет мне нравится больше всех. Ну ладно в ближайшие месяцы соберусь и нарисую себе еще один.
– «В ближайшие месяцы»? О чем ты? – удивился он.
– Ты же не думал, что я не заставлю тебя отбывать весь срок траура? – пояснила я.
– Полгода? Ты с ума сошла! Никто в современной Корее уже так не делает.
Я строго на него посмотрела.
– Мне найти этих людей, чтобы доказать тебе обратное?
Он сник и тихо произнес:
– Не понимаю, зачем нам так долго ждать?
Я смягчилась и положила руку на плечо.
– Для видимости! Ты должен соблюсти все правила. Ты знаешь, что с тобой сделают, если догадаются, что брак был заведомо провальным? Тебя разорвут на кусочки – а уж эти ваши несознательные девочки умеют подпортить жизнь. Поэтому прежде чем ты покажешь им меня, ты втиснешь все в рамки приличия.
– А я буду тебя ждать здесь. Время пролетит быстро – ты даже не заметишь. Кстати! Там и Рождество рядом.
– О, Рождество – наше золотое время.
– Наше любимое время, - подтвердила я. – Время счастья.
– Скорей бы, - он наклонился в мою сторону и поцеловал.
Под жаром его поцелуев я тысячу раз спросила себя, почему этого не произошло раньше. Почему мы так долго ждали близости, а не накинулись друг на друга на пороге? Признаю, что у меня был осадок от нашей последней
– Почему ты осмелел только сейчас?
Он опять застонал, а потом и вовсе вскочил с дивана.
– Да потому что! Я не знал, примешь ли ты меня вообще.
– Почему я не должна была тебя впускать?
– Может, потому что ты уже нашла кого-то другого. Я же вижу, какая ты: яркая, сильная, мудрая. А здесь столько богатых одиноких людей, что я удивляюсь, что ты еще не завалена подарками.
Я не сдержалась и посмеялась над его праведным гневом.
– Хочешь знать мой секрет?
Он кивнул.
– Я надеваю обручальное кольцо. Самые близкие знают, что это обман. А остальные видят лишь то, что я замужем, и мгновенно теряют интерес, - я подмигнула. Но потом радость сошла с лица. – Ты ведь, знаешь, что значит потерять дорогого человека. Представь, как мне больно было смотреть на других мужчин. Ты – другое дело. Ты из прошлого, ты давно стал частью меня. Но новым знакомым я всегда сразу показывала границы дозволенного. Мне даже пришлось ходить на терапию, чтобы как-то прийти в себя. От того я пошла на танцы, на рисование, меня лечили расслабляющими массажами и вибрирующими звуками. Я провела огромную работу над собой, чтобы просто смотреть на окружающих меня мужчин. А ты говоришь, чтобы я кому-то что-то обещала? Категорически нет. Ты исключение.
Я разнервничалась. Раскрывая душу, я почувствовала, как наливаются слезы и дрожат руки. Мне захотелось вина. Я порылась в шкафах и нашла бутылку красного.
– Ты будешь?
– Нет, спасибо, я напился за эти два месяца.
– Оу, точно. Прости. Я тогда тоже не буду.
Я поставила все обратно и наполнила тарелку финиками. Лакомство пришлось Ли по вкусу, а мне удалось немного расслабиться.
– Я уже не помню времена, когда не было тебя, - разоткровенничался он после долгой паузы. – Очень хочется скорее забыть этот кошмар и прошлую жизнь и начать просто жить. Только сейчас я понимаю, как много не хватало в моей жизни. Влюбленности помогали испытывать обновление чувств и снова писать песни о любви. Но наши отношения просто переворачивают все с ног на голову. Старые слова обретают новый смысл, и мне хочется переписать половину песен, оставив лишь настоящее чувство.
– Ты как всегда строг к себе. Ты можешь только увидеть собственный путь, но не должен его осуждать.
– Почему?
– Потому что именно он привел тебя ко мне, - сказала я и поцеловала его в лоб. – Именно он привел меня к тебе. Все твои песни мгновенно западали в душу, и твоя улыбка заставляла сердце биться чаще. Так что можешь думать что угодно, но при мне о себе ты можешь говорить только положительное. Иначе ты выставляешь мой выбор мужчины в нелестном свете.
– Ха-ха! Вот это ты закрутила. Теперь я и вправду не смогу ничего плохого сказать, потому что обижу тебя, хотя буду метить в себя.