Дневник
Шрифт:
«Ты читала мой дневник?!» — возмутился я.
«Нет!» — выпалила она.
«Тогда откуда ты знаешь?»
«Ты сам мне сказал».
Её слова отдались острым приступом мигрени. Я зажмурился, пережидая, пока боль утихнет, и наконец-то смог сформулировать правильный вопрос:
«Когда?»
«В моем мире. Ты… ты был там, — ответила Джуди. Она присела передо мной на корточки и взяла мои руки в свои. Она выглядела напуганной и смятённой. Её пальцы были холодными, а саму её слегка потряхивало. Она сделала глубокий вдох, прежде чем продолжить:
«То,
Вот, что должно было произойти, если бы она не появилась — понял я. Выходит, мне удалось, удастся победить тень, но ценой своей жизни, как я и предполагал. Но сейчас мы находимся в какой-то другой ветке реальности, где всё пошло по иному сценарию из-за Джуди и её вмешательства. Но почему это не сказалось на ней, если будущее изменилось? Или эти перемены не отразятся на её измерении, а только на моём?
Господи, как всё это сложно!
«Я умер, верно? — уточнил я, — там, в твоём мире. И ты отправилась в прошлое».
«Да» — она кивнула.
«Но как тогда тебе удалось меня призвать, если я был в каком-то «другом месте»?» — поинтересовался я.
«Не знаю, — сказала Джуди, — наверное, я просто очень хотела тебя увидеть. Я же сама не понимаю, как работает мой дар, как мне удавалось приходить на остров без всяких магических выкрутасов, как я попала сюда».
«Вот поэтому нам и нужно найти твоих родителей, — оживился я, — я никогда не слышал ни о чем подобном. Твои способности уникальны…».
«Нет! — перебила она, — вот уж дудки! Мы не будем никого искать, ты не будешь никого искать! То, что с тобой происходит — это полный пиздец. Я не для того проделала такой путь, чтобы снова тебя потерять».
В этом месте нам полагалось приступить к трогательному примирительному сексу, но я слишком погано себя чувствовал. Это продолжалось ещё несколько дней, а потом меня отпустило.
И я возобновил поиски, хоть тем вечером и поклялся Джуди, что не буду этого делать.
31 марта 2012.
Этим утром возле ворот особняка остановился неприметный чёрный автомобиль, и человек, выглядящий словно торговец человеческими органами, передал мне увесистый конверт. Я предвкушал, как вручу его Джуд, но она, только завидев его, подняла крик. Почти как Лорна в своё время. Но Джуди явно решила, что это связано с поисками её родителей, потому и разошлась.
«Я даже знать не хочу, что там!» — рявкнула она, и, выхватив конверт, потащила его к камину, намереваясь развести огонь и спалить его к чёртовой матери. Я перехватил её по пути.
«Нет-нет-нет, — взмолился я, — ты всё-таки сначала посмотри!»
Она распотрошила бумагу с таким видом, будто следом распотрошит уже меня. И я искренне наслаждался недоумением, написанным на её лице, когда она перебирала документы и карточки,
«Кэрол Льюис?! — переспросила она, — это что, какая-то грёбаная шутка?»
Имя и правда в некотором роде было шуткой. Даже Шейн, к которому я обратился со своей щекотливой просьбой, засомневался, не псевдоним ли это какого-то артиста-травести или восточноевропейской проститутки. Увы, я не мог растолковать ему, в чём тут ирония.
«Это — твои документы, — пояснил я на всякий случай, — теперь ты официально существуешь в этом мире. Но уж извини, твоё имя здесь принадлежит маленькой мёртвой девочке, было бы невежливо его у неё отбирать».
«Ох, — изумленно, но с явным удовлетворением выдохнула Джуди, — это… спасибо. То есть ты передумал выдворять меня обратно?»
«Мне будет спокойнее, если у тебя они будут, пока ты здесь» — честно сказал я, — мало ли, вдруг понадобиться обратиться к врачу, или…»
«Достаточно было просто сказать «да, передумал» — надулась она.
Я прикусил губу так сильно, что почувствовал во рту привкус крови. Я не имел права давать ей ещё одно обещание, которое не смогу выполнить.
Больше всего на свете мне хотелось бы, чтобы Джуди осталась, но это от меня не зависит. Возможно, если я найду её родителей и узнаю, как работает её дар, мне станет спокойнее, и это даст мне моральное право прописать в нашем мире эту очаровательную эмигрантку из чужого измерения.
Если.
Джуди тоже о чем-то задумалась. Она всё вертела бумаги в руках, недоверчиво разглядывая их со всех сторон.
«Где ты это взял?» — полюбопытствовала она.
«У отца есть… некоторые связи, — сказал я, — взамен я пообещал, что мы как-нибудь приедем к нему в Калифорнию».
«Здорово, — пробормотала Джуд, — правда! Спасибо! Это…»
«О, ничего хорошего на самом деле, — проворчал я, — Шейн ещё тот кусок дерьма, не обольщайся. И меня пугает, как настойчиво он хочет с тобой познакомиться. Вдруг попытается к тебе подкатить? Он любит помоложе. Камила, кажется, была твоей ровесницей…»
«Камила» — повторила Джуди, как-то помрачнев. Я решил, что перестарался, злословя об отце вместо благодарности за заботу и оперативность в решении нашей «проблемы». Моя родня ужасна во всех смыслах, но Джуд сирота и идеализирует понятие семьи. Должно быть, ей неприятно такое слышать.
«Это его бывшая жена» — уточнил я.
Джуди тряхнула головой и снова улыбнулась, но смотрела с подозрением.
Вероятно, имя показалось ей чудным, но не менее чудным чем то, которое теперь принадлежит ей.
5 апреля 2012.
Эйфория от нашего воссоединения с Джуди постепенно сошла на нет, и возникла необходимость узнать друг друга получше. До того мы имели дело только с сильно урезанными версиями, что встречались на острове, а оказавшись под одной крышей столкнулись с разными трудностями, возникающими в ходе притирки характеров.