Дитя огня

Конолли Майкл

Женщина положила руку на плечо мужчины. её длинные накладные ногти впились в его плечо.

Я закрыл глаза, отгородившись от остального мира настолько, насколько мог. Я нащупал призрачный нож. Ничего. У покупателей в супермаркете его не было. Они развернулись и ушли.

Я перекатился обратно на кровать и вернулся к работе с почтой. Встреча с покупателями привела меня в ярость, и я напрягся еще сильнее, но не смог расколоть чертово дерево. Если они уже знали, что я проснулся, не было причин молчать. Я лег на спину и начал пинать верхушку столба.

Брык-брык-брык.

Я не был скрытным или умным по этому поводу. У меня не было настроения ни для того, ни для другого. Инструменты были бы великолепны, но у меня их не было. Если бы я мог перевернуть кровать на бок, я бы навалился всем весом на раму и таким образом сломал стойку, но я не мог пошевелить руками достаточно далеко, чтобы опереться на всю кровать. Так что я брыкался и брыкался, позволяя своему гневу заглушить боль, когда наручники впились мне в запястья.

Наконец, я услышал треск дерева. Я начал отчаянно пинаться, пока дерево не раскололось настолько, что столб согнулся под углом.

Я вскочил на ноги и навалился на нее плечом, выламывая. Я был свободен.

Я поднял сломанную деревяшку. Свободные концы наручников освободились.

Замок на двери щелкнул, и дверь открылась. Вошел Бобби. В руке он держал пистолет 38-го калибра.

— Вы тут подняли много шума.

— Тихое ожидание того, что вас убьют, для меня слишком заманчиво.

Он, похоже, не запомнил, о чем речь, а мне было все равно. Он помахал мне пистолетом, призывая следовать за ним. Я отбросил сломанный столб в сторону и последовал за ним в холл. Там меня ждали еще трое мужчин и Тиффани.

Она смотрела на меня, как голодная собака на стейк.

По выражению их лиц я сразу понял, что они увозят меня, чтобы убить.

— Мы нашли наших парней — сказал Бобби.

— Тех, кого вы послали за моим боссом?

— Они были моими друзьями.

Я хотел сказать ему, что такова цена игры в гангстера, но в этом не было смысла.

— В следующий раз, когда захочешь поговорить с ней, обязательно используй волшебное слово.

— Я думаю, мы пошлем ей сообщение другого рода.

Я посмотрел на других мужчин. У них было оружие, но они не выглядели счастливыми от того, что оказались здесь. Они не были вооруженными людьми, они были плотниками, или гипсокартонщиками, или кем-то еще. Они выглядели как парни, которым предстоит неприятная работа, и, похоже, они хотели поскорее покончить с ней.

Бобби заломил мне руки за спину и защелкнул свободные концы наручников на запястьях. Раньше на меня никогда не надевали двойных наручников. Я догадался, что они немного нервничают из-за меня.

По обеим сторонам коридора были двери. Ковер был темно-красного цвета со слабыми коричневыми разводами.

Бобби повернулся к самому толстому из них.

— Подгони фургон к заднему двору.

— Надеюсь, это не твой личный фургон — сказал я ему в спину — Пятна крови не выводятся.

Выражение лица Тиффани было спокойным, но глаза широко раскрылись от удивления.

— Я хочу

это сделать. Все в порядке? Я принесла свой нож. Я хочу это сделать — Голос у нее был слегка запыхавшийся.

— Заткнись — сказал Бобби. Он не получал от этого никакого удовольствия, но относился к этому профессионально.

— Я сделаю это быстро, если хочешь — сказала она и оглянулась на меня — Я могу сделать это так, как ты захочешь.

— Хорошо — сказал Бобби — Просто молчи об этом.

Мы пошли по коридору. Тиффани шла впереди меня слева, показывая дорогу. её походка была размеренной и осторожной, как будто она очень внимательно относилась к себе и окружающему миру. Бобби снова шел позади меня, на этот раз тоже слева. Молодой парень с ясными глазами, который, казалось, только что окончил среднюю школу, стоял позади меня справа. Передо мной справа был тот же коренастый парень средних лет, который обыскивал меня в фургоне "Шевроле". Я подумал, что он все еще несет мои вещи. Я также задавался вопросом, почему я сотрудничаю со своими убийцами.

Я остановился и обернулся. Парень чуть не врезался в меня. Бобби поднял пистолет и направил его мне в сердце.

— Продолжай — сказал он.

Парень последовал примеру Бобби. Он направил пистолет мне в грудь, хотя все еще был гораздо ближе ко мне, чем следовало.

Я закрыл глаза. Я чувствовал призрачный нож у себя за спиной.

— Почему я должен облегчать тебе задачу?

Если бы Бобби был умнее, он бы солгал. Он бы сказал мне, что на самом деле не хотел меня убивать, что он собирался отпустить меня, если я пообещаю исчезнуть так бесследно, что его босс никогда не узнает. Но он насмотрелся слишком много фильмов.

— Потому что, если ты этого не сделаешь — сказал он — тебе будет больно. Очень больно.

Я потянулся за своим заклинанием. Призрачный нож выскользнул из кармана толстяка и оказался у меня в руке. В тот же миг я услышал, как Толстяк вздохнул и пошатнулся. Должно быть, это прошло через его тело по пути ко мне.

Я посмотрел на потолок. Они тоже посмотрели. Я перерезал цепь наручников своим призрачным ножом. Мои руки были свободны.

Следующая часть произошла очень быстро.

Я как можно быстрее выбросил левую руку вверх и ударил парня по руке с пистолетом, отбросив её в сторону. Пистолет выстрелил, но дуло уже было направлено мимо меня. Я услышал грохот выстрела и почувствовал порыв воздуха, когда пуля пролетела мимо моего плеча.

В то же время я метнул призрачный нож в пистолет Бобби. И снова я был слишком медлителен. Бобби нажал на спусковой крючок.

Я почувствовал, как пуля ударила меня в грудь, но боли не почувствовал. Я подумал, что он убил меня. Разве не было бы больно, если бы он убил меня?

Горячий газ обдал мою шею, и горящая частичка ударила рядом с адамовым яблоком. Место, куда он меня ранил, не болело. Я ничего там не почувствовал. Раны бы тоже не было, если бы татуировки Аннализ сохранились. Я не стал смотреть вниз, чтобы проверить.