Дитя Аэллии
Шрифт:
— Кто вам донес?
— Одна женщина. Возможно, ты ее помнишь, она работала служанкой при твоей матери.
— Таулина?
— Да. Ну, так, что скажешь?
— Дрянь!
Гордон усмехнулся.
— Вообще-то я имел в виду мое предложение, — сказал он. — Все, что от тебя требуется ради свободы — лишь публичное покаяние.
Кровь вскипела в жилах Кайлы: публичное покаяние?!
— Я тоже имела в виду твое предложение, — ответила она, не скрывая своего гнева. — У нас с тобой, видимо, разные понятия о свободе, коль ты просишь меня об этом. Я
Кто-то ахнул от такой дерзости, однако Гордон был невозмутим.
— Выйдите, — приказал он страже.
Охранники поспешно повиновались; Кайле стало немного не по себе. Гордон неторопливо встал, прошелся вдоль стола и уселся на его краешек. Кайла тоже поднялась. По губам царя скользнула сметливая улыбка.
— Я ожидал услышать подобный ответ, — произнес он. — Откровенно говоря, иначе я был бы разочарован. Я испытываю к тебе симпатию, не сомневаюсь, что взаимную. Судьба неравнодушна к иронии, правда?
Не сказать, что Кайла была тронута этими словами, но ее злость отступила.
— Тогда к чему кровопролитие? Мы можем договориться.
— Слишком поздно. Пожар уже вспыхнул, и ни одна из сторон не успокоится, пока не потушит его кровью другой. И потом зачем мне уступать? Ты принесла слишком много неприятностей, чтобы тебе сочувствовать.
Кайла вплотную приблизилась к Гордону, отчего его волчица ревниво зарычала.
— Не будь таким суровым! — промолвила девушка. — Возможно, однажды ты благословишь тот день, когда повстречал меня.
— Да ну? — Гордон вскинул брови. — С чего бы это?
— Не я породила мятежи — я появилась слишком поздно для того, ты должен это признать. Однако в случае твоего поражения, я буду той, у кого ты сможешь найти себе спасительное сочувствие.
Гордон фыркнул.
— Ну, и наглая же ты!
— Можно подумать, тебе это не нравится…
Кайла отошла от него и взглянула на Вангу. Волчица была готова броситься на нее в любую минуту и на этот раз одной юбкой девушка не отделалась бы. Впрочем, Кайла была слишком рада возможности позлить кого-нибудь, чтобы думать о последствиях. Она передвинулась так, чтобы Гордон не видел ее лица.
— А как к этому относится…
Гордон не успел договорить: Ванга вдруг кинулась на Кайлу, и только его поразительная реакция не позволила волчице разорвать девушку на части. Несколько секунд лицо Кайлы находилось в паре дюймов от пасти зверя, удерживаемого за загривок хозяином, затем Гордон отшвырнул волчицу назад.
— Сидеть! — крикнул он.
Ванга не осмелилась ослушаться; кровожадно глядя на девушку, она попятилась в угол.
Правитель сбоку посмотрел на мятежницу, которая ухмылялась и даже бровью не повела во время неожиданной атаки.
— А если бы я не удержал ее?
— Но ведь удержал же, — послышалось в ответ.
Гордон добродушно рассмеялся.
— Ты копия своей матери! Как Красавчик справляется с этим? Брось, я заметил, как
Девушка ничего не ответила.
— Этот парень немало крови мне подпортил, — сказал царь, — хороший выбор.
Удивительно, но Кайле польстило одобрение Гордона (больше, чем того же Приама).
— Да, — протянула она. — Правда, он такой правильный…
Она осеклась: с чего она так разоткровенничалась?
— Это раздражает, — согласился Гордон. Поскольку Кайла молчала, он добавил: Но, знаешь, раз уж его угораздило влюбиться в такую чертовку, значит еще не все потеряно.
Кайла улыбнулась. Гордон приоткрыл дверь и сказал охране:
— Ладно, бросьте ее в Яму.
— ?!
Глава 13
Казнь
Кайла не поверила своим ушам. Однако Гордон не шутил — через пять минут ее вели по узкому коридору, зловеще спускавшемуся вниз. На стенах не было ни окон, ни факелов, заплесневелые плиты прохода озарялись лишь светильником в руках конвоира, возглавлявшего шествие; мрак здесь казался плотней и неохотно отступал перед сиянием пламени. Было очень душно.
Вскоре, когда потолок стал нависать так низко, что Кайла почти касалась его макушкой, появились большие проемы с решетками, за которыми на бесчисленных нарах валялись заключенные. Они были неподвижны и бледны, словно трупы или зомби, только редкие стоны выдавали в них жизнь. Кайле сделалось дурно. Она подумала о бегстве, но в таком тесном коридоре это была бы безнадежная попытка.
Туннель заканчивался запертой металлической дверью. Конвоир открыл ее, и процессия осторожно сбежала по склону к большой круглой дыре в полу. Рядом лежал подъемник вроде того, которым Кайла пользовалась во время первой вылазки. Почти дежа вю, только на сей раз ее опустили на дно глубокого колодца. Хотя он и был пуст, Кайла промерзла до сердца, как если бы погрузилась в ледяную воду; не хватало воздуха.
Девушку охватила паника, сотня мыслей разом влетела в голову. На сколько времени ее собираются здесь оставить? Смогут ли товарищи вызволить ее отсюда? А, может, они сами узники такого же плена? Ах, надо было раньше попытаться сбежать!..
— Все, спрыгивай! — приказал конвойный, когда лифт, вздрогнув, остановился.
Кайла сильнее впилась в веревки.
— Слезай, тебе говорят! — крикнул другой стражник, но девушка даже не шелохнулась. — Ладно, сама напросилась! Сейчас мы скинем тебе бадью крыс!
Кайла услышала какую-то возню, а затем визгливый писк. Она с ужасом соскочила с подъемника.
— Так-то лучше. Тащи назад!
Лифт, ее единственное спасение, все больше удалялся высь, пока чьи-то руки не забрали его из окружности, что стала теперь окном в земной мир. Заскрипела всеми петлями дверь, и наступила непроглядная тьма. Слезы брызнули из глаз Кайлы, никогда еще она не чувствовала такую беспомощность и страх. Она упала на колени, но тут же с отвращением вскочила: какая-то вонючая слизь покрывала колодец.