Дикие орхидеи
Шрифт:
— В этом городе нам никто ничего не рассказывает, — с трудом выговорил я. От того, что я себе представил, у меня пересохло в горле. Мне вдруг пришло в голову, что мои книги так нравятся людям потому, что многие пережили столько же боли, сколько и Я. Любить кого-то так сильно, а потом потерять... что может быть ужаснее?
— Пришло время вам все узнать, — объявила миссис Коул и жестом отослала сиделку, которая начала говорить, что ее подопечная устала...
Мэри Хетлин рассказала нам то, что услышала от дочери в те два дня, что они провели под обломками разбившейся машины. Спасатели прибыли спустя несколько минут после смерти Генриетты.
Многие фрагменты этой мозаики
Генриетта Коул — даже бабушка Джеки, ее родная мать, признала, что она была избалованной и порочной, — окрутила красивого молодого человека, который приехал в город открыть керамический завод, и выскочила за него замуж. После их свадьбы завод закрылся, и Рис Ландрет — настоящее имя отца Джеки — хотел уехать, но Генриетта отказалась. Прошло несколько лет. Супруги практически возненавидели друг друга, и только любовь к маленькой дочке удерживала их вместе. Рис был управляющим в бакалейной лавочке и пропадал на работе целыми днями, а Генриетта — с дочкой в придачу — целые дни проводила у Эдварда Белчера. Потому-то Джеки и помнит мой дом так хорошо. В детстве она играла там часами.
Когда Джеки стукнуло два с половиной, старшая сестра ее отца, Амариса, овдовела. Рис пригласил ее к себе жить. Мэри Хетлин сказала, что он действительно очень любил сестру, но, помимо этого, отчаянно нуждался в ее финансовой поддержке: в лавочке он получал мизерное жалованье, которого едва хватало, чтобы содержать семью. Амариса с радостью переехала в Коул-Крик. Насколько Генриетта была себялюбивой и взбалмошной, настолько Амариса — тихой, мягкой и доброй. Проблема заключалась в том, что малышка Джеки обожала тетю. Понятно, что Джеки больше нравилось бывать с тетей, которая брала ее на длительные прогулки и разрешала снимать цветы на свой фотоаппарат, чем с матерью, которая целыми днями просиживала у напыщенного старого Эдварда Белчера. Вскоре Генриетта возненавидела Амарису и начала винить ее во всех своих проблемах.
Мэри Хетлин рассказала, что спустя несколько месяцев жизнь Амарисы стала просто невыносимой. С каждым днем Генриетта ненавидела Амарису и завидовала ей все сильнее: ведь муж и дочь и даже жители городка очень любили ее и питали неприязнь к непорядочной, испорченной Генриетте. Как-то раз Джеки, вернувшись с прогулки с тетей, засыпала мать рассказами о том, какого замечательного человека они встретили. Генриетта взбесилась. На расспросы Амариса, заливаясь румянцем, ответила, что да, они действительно познакомились с человеком, у которого в горах красивый летний домик. Нет, он не женат...
Генриетта испугалась, что, если Амариса выйдет замуж, Рис с дочкой переедут к ней, и она развернула кампанию, чтобы помешать замужеству Амарисы. Но когда она захотела пообщаться с тем самым мужчиной и прощупать почву, он не ответил на ее приглашение. Это ее весьма озадачило. Генриетта, мучимая любопытством, решила тайком последовать за Амарисой и Джеки и воочию увидеть этого мужчину.
Однако вместо прелестной хижины она увидела только груду булыжников — все, что осталось от обвалившихся стен. Генриетта наблюдала за Амарисой и Джеки из-за укрытия: они смеялись и болтали, как будто, кроме них, там был еще кто-то. Они двигались так, словно ели и пили. Но ни еды, ни воды у них не было!
Позже Генриетта призналась матери, что, если бы все это происходило только с Амарисой, она решила бы попросту, что та сошла с ума, и все. Но ее дочь тоже видела кого-то невидимого! И это не на шутку ее напугало.
Генриетта помчалась к священнику и рассказала ему об увиденном. Это он заявил, что Амариса говорит с дьяволом. Этим же вечером он созвал городской совет,
И они разработали план.
На следующий день Генриетта сказала Амарисе, что Джеки приболела и не пойдет сегодня с ней гулять.
Амариса любезно улыбнулась и отправилась на прогулку одна. Генриетта оставила Джеки у соседей и пошла за Амарисой, но она не знала, что через несколько минут Джеки выскользнула через дыру в соседском заборе и последовала за матерью и тетей.
В тот день в кустах у разрушенной хижины прятались восемь взрослых и один ребенок. Когда Амариса заговорила с кем-то невидимым, взрослые вышли из укрытия, а маленькая Джеки притихла и осталась сидеть в кустах.
Мэри Хетлин сказала, что когда люди подошли к Амарисе, то начали оскорблять ее и обвинили в том, что она путается с дьяволом, а он разгневался.
— На мгновение, — сказала Мэри Хетлин, — он явился им. Они стояли среди развалин старой хижины — и вдруг очутились подле прекрасного дома. Там стоял мужчина, очень-очень красивый мужчина. Он улыбался им так, что, как сказала моя дочь, хотелось улыбаться ему в ответ. Но завистливый Эдвард Белчер поднял камень и швырнул в него — и тогда на миг им явился дьявол, каким люди его представляют: красный, рогатый, с раздвоенными копытами. В следующую секунду он исчез в клубах дыма, а дом вновь превратился в развалины: булыжники и обугленное дерево. Моя дочь сказала, что не помнит точно, как дальше развивались события. Амариса попятилась от людей, упала, кто-то бросил в нее камень, потом еще и еще... Они впали в неистовство, и спустя несколько минут Амариса оказалась погребена под сотнями булыжников. Люди же спустились с горы вслед за священником и провели остаток дня в церкви, на коленях. Они молились.
Только поздно вечером изможденная Генриетта вернулась домой. Рис желал знать, где его дочь и сестра. Генриетта выдала ему ту ложь, которую они сочинили вместе с остальными: мол, Амарису вызвали по срочному делу родственники покойного мужа. Один из убийц ранее пробрался в дом, собрал вещи Амарисы и спрятал чемодан на чердаке в доме отца Генриетты. Что до Джеки, то Генриетта сказала, что она у соседей. Но когда она пошла к ним забирать дочку, соседка заявила, что видела, как малышка поднимается по тропе следом за матерью, и решила, что Генриетта передумала и взяла девочку с собой. Генриетта поняла, что произошло, и это испугало и потрясло ее, но ей хватило самообладания, чтобы сказать мужу, что Джеки, наверное, ушла в лес искать тетю. Рис нашел малышку в лесу, в темноте, у груды камней. Ее состояние было близко к кататонии. Прошло два дня. Джеки так и не заговорила, а Амариса так и не доехала до родных мужа, и Рис заставил жену во всем признаться.
Он пришел в бешенство. Рис хотел вызвать полицию, но он знал, что это только еще сильнее травмирует Джеки. Она потеряет мать и деда, как потеряла любимую тетю. Да и кто ему поверит? Его слово против слова нескольких человек, один из которых священник. В конце концов, больше всего Риса беспокоило выздоровление дочери.
Но вскоре после убийства Амарисы погиб священник: на него обрушился мраморный алтарь. Перед смертью — он умирал мучительно долго, люди пытались, но не могли снять с него тяжеленный алтарь — он рассказал Эдварду Белчеру, что ему являлся дьявол. Двумя днями раньше посреди заснеженного леса ему пригрезился вдруг дивный сад, где повсюду росли дикие орхидеи. Через несколько минут появился и сам дьявол — в своей красивой одежде. Он сказал, что семь семейств останутся в Коул- Крик до тех пор, пока их не простит «невинная».