Дикие орхидеи
Шрифт:
Слова помогали развеять страхи.
— Да, отличная идея.
Он не поддался на мою уловку и не сказал, что уже написал про них.
Впереди царила абсолютная тьма. Казалось, она твердая на ощупь. Я существо не робкого десятка, но эта бархатистая чернота меня почти уделала. Возможно, мне стоит пересмотреть свои цели в жизни. Чем плохо, если я останусь в Коул-Крик на всю жизнь? Мне тут нравится, и вообще...
— Жалко, мы не взяли с собой пикап, — сказал Форд, и я впервые взглянула на него с тех пор, как мы двинулись в этот черный лес. — Береги ноги, детка!
Он поцеловал
В следующий миг мы в один голос завопили и ринулись во тьму.
Глава 21
Форд
Все закончилось.
Ну может, и не совсем закончилось, но по крайней мере мы все теперь можем жить дальше и завязать с этой историей про дьявола. Я еще не решил, буду ли писать книгу о произошедшем. Думаю, это надо обсудить с Джеки.
Мы вернулись домой, и я сумел-таки отнести Джеки наверх и уложить в постель. Я бы хотел раздеть ее и устроиться рядом, а когда она проснется, будь что будет. Но я не стал этого делать. Я стянул с нее только туфли и джинсы, сел на стул у кровати и залюбовался ею. У нее выдался трудный день, и она спала теперь как младенец.
При этой мысли меня охватил легкий трепет. Дети. С Пэт я не задумывался о детях. Но с тех пор как я познакомился с Тессой, в мои мысли то и дело закрадывался вопрос: а что, если?.. Что, если бы у нас с Пэт были дети? Как бы они выглядели? Чьи таланты унаследовали бы? Чьи технические способности? Все это постоянно вертелось у меня в голове. Я понимал, что играю с мыслью о том, что, может быть, мы с Джеки...
Ну ладно, об этом позже.
Вчера вечером мы вывалились из леса прямо на грунтовую дорогу. На другой ее стороне стоял маленький ветхий домик. Мы остановились и молча переглянулись. Домик и дорога выглядели весьма заурядно. Наверняка сюда без проблем можно проехать на автомобиле.
Я оглянулся на лес — темный, мрачный, немой.
— И какого черта это понадобилось?
Джеки пребывала в таком же замешательстве, как и я.
— Может, короткий путь через ад? — пошутила она.
Я улыбнулся.
Держа ее за руку, я шагнул к домику, но Джеки осталась стоять на месте. Я посмотрел на нее вопросительно.
— Что ты там видел? — спросила Джеки. — Ну, ты понимаешь... где я встретила... его.
Пока мы медленно переходили дорогу, я рассказал ей все, не упуская ни одной детали.
Джеки ничего не говорила и только молча кивала. Думаю, она задавалась теми же вопросами, что и я. Почему? Почему? — спрашивал я себя вновь и вновь. Почему дьявол выбрал именно Коул-Крик? Почему Амарису? Почему Джеки?
Мы подошли к крылечку маленького домика. Джеки дрожала. Я крепче стиснул ее ладонь и постучал.
Нам открыла дородная женщина в костюме медсестры. Она впустила нас внутрь. Там, в постели, сидела бабушка Джеки.
Мэри Хетлин Коул разменяла уже девятый десяток. На мой взгляд, она, кажется, давно хотела умереть. В водянистых голубых глазах я видел одиночество, огромную боль и тоску. Она сразу же узнала Джеки и распростерла ей объятия. По морщинистым щекам обильно
Я смотрел, как они обнимаются — Джеки делала это охотно и без всякого стеснения, — и пытался представить, каково это, не иметь родных. У меня их столько, что я в свое время готов был на что угодно, лишь бы убраться от них подальше. А у Джеки был только отец — и больше никого.
Ни миссис Коул, ни Джеки не хотели говорить о дьяволе и женщине, которую убили горожане. Я знал, что миссис Коул в убийстве не участвовала, иначе она давно бы уже умерла. И, будучи Коул по мужу, она наверняка не страдает от проклятия.
Все, что Джеки и ее бабушка хотели, — это сидеть рядышком и разговаривать о предках. У миссис Коул имелась стопка фотоальбомов высотой фута в два. Джеки жаждала пересмотреть все фото и узнать подробности о каждом из родственников.
Я по датам на корешках выбрал один альбом и пролистал его. В конце концов мне попалась фотография женщины, чей портрет воссоздавали по останкам в судебной лаборатории в Шарлотте.
— Кто это? — спросил я.
Миссис Коул одарила меня таким суровым взглядом, что я покраснел. Может, она и очень старая, но ей удалось сохранить ясный ум. Очевидно, она знала, что я знал...
Джеки держала фото в руке и пристально его рассматривала. Я был уверен, что она тоже знает, кто эта женщина, но изо всех сил гонит от себя воспоминания о ней.
Меня распирало от желания задать кучу вопросов, но я не мог заставить себя произнести их вслух. Джеки, кажется, считала, что у них впереди целая вечность, но, судя по виду ее бабушки и приборам у кровати, осталось им не так уж и много.
Я хотел спросить, правда ли это. Правда ли, что Амариса видела дьявола. А Джеки? Почему он выбрал именно эту женщину? Кто убил людей, которые задавили ее камнями?
Выглянув в окно, я увидел, что на дворе стоит кромешная тьма. Мое воображение разыгралось не на шутку. Получается, что тьма теперь окутывает не только ближайший лес, но и сам дом? Неужели это дьявол установил вокруг дома защитное силовое поле? А может, дом вообще появляется только в определенное время на некоторый срок?
Чтобы хоть как-то успокоиться, я вышел в гостиную и позвонил по мобильному Ноублу. Он сообщил, что они с Элли нашли Ребекку в баре до того, как она успела поджечь город. Я вознес хвалу небесам. Похоже, Элли и раньше приходилось разыскивать Ребекку, так что она не стала задавать лишних вопросов.
Я вернулся в спальню и рассказал Джеки хорошие новости. Они с бабушкой вежливо выслушали меня, но я видел, что им это не интересно. Они разговаривали о магазинчике, которым управлял отец Джеки после того, как женился на ее матери.
— Скажите, как нам снять проклятие? — выпалил я. В комнате повисло молчание.
— А я думала, Эсси вам все рассказала, — проговорила наконец миссис Коул. Она посмотрела на внучку, улыбнулась, и я увидел мировую скорбь в ее глазах. Из кладовки торчало инвалидное кресло. Я вспомнил газетную заметку о смерти Генриетты Коул. Эта женщина находилась в машине, когда ее дочь разбилась. Генриетта умирала два дня. Два дня миссис Коул лежала в машине, не в силах выбраться, и смотрела, как мучается, умирая, ее дочь.