Ди-Джей

Ди Севен Би

Как оказалось, Дима, благодаря вооружённому перевороту, не только заполучил власть, но и всё имущество бывшего главаря. Вот в число перепавшего ему добра и входила троица молодых и самых соблазнительных самок обезьяньего поселения. Жирдяй при себе плохого не держал. А как какая надоедала, просто и безоговорочно разводился пинком под зад, заменяя б/у очередной подросшей для этого дела симпатичной особью.

Молодой и борзый гарем старого правителя, привыкший жить за счёт вождя в своё удовольствие, буквально мёртвой хваткой вцепился в нового главу стада, не желая упускать возможность продолжения

красивой жизни. Они в полном праве считали себя законной добычей победителя и насмерть встали за свои права и несвободы.

Когда как старый гарем рыжего давил на другую сторону закона, доказывая на очень шумной разборке шести самок свою исконную привилегированность в данной ситуации. Аф с двумя родственницами по мужу, с предельно децибельным визгом доходчиво вдалбливала самозванкам, что семейный закон куда законней их «шалавных хотелок». Дело дошло до мордобоя с выцарапыванием бесстыжих глаз.

Когда источник раздора попытался успокоить конфликтующие стороны, мол, девочки, не ссорьтесь, то огрёб от всех шестерых сразу. Только получив множественные ранения от их ногтей, глава поселения взбесился не на шутку. Он, отпинав и грубо расшвыряв дерущихся в разные стороны, разогнал самок по своим норам, лишний раз продемонстрировав обезьяним подданным, устроившимся вокруг как на трибунах стадиона, кто тут главный бугор. И что будет с теми, кто ещё примется за него драться без соответствующего разрешения.

Дима не придумал ничего лучшего, как определить для обоих гаремов жёсткий график, своего солнце подобного посещения. Одну ночь рыжий царь проводил, так сказать, на службе во дворце правителя, выдавая разврат сразу с тремя молодыми и горячими сотрудницами административного офиса за служебные обязанности.

Следующую ночь проводил дома, отдыхая от трудов праведных на благо общества, в кругу семьи, целомудренно ночуя при этом только с одной. Кому из них согревать ночью мужа в постели, определяла только Аф, как главная жена. Хотя У в список уже не лезла, подарив эту награду своим родственницам.

Жизнь попаданца превратилась в Рай на земле. Он всё чаще начинал подумывать, а не бросить ли ему это, на хрен не нужное обучение и, провалив все экзамены, остаться здесь жить до скончания века. Вот только адское создание в лице красночёлочного отродья такое положение явно не устраивало.

В одну из прекрасных ночей, посвящённых работе в царском офисе, когда измождённый трудами правитель задремал до самого утра на мягкой подстилке, его во всех отношениях приятный и заслуженный отдых был неожиданно прерван.

Не открывая глаз и находясь в неге «расслабона», Дима повернулся на бочок, тихо хрюкнув, намереваясь продолжить приятное времяпровождение, но вездесущий и ненавистный голос Джей безжалостно ликвидировал сладостное сновидение на самом интересном месте:

– Может ты всё-таки обратишь на НАС своё драгоценное внимание, – проурчала она милой киской, а потом как рявкнет, – или мне заорать надо!

Подъём Дима произвёл, как по тревоге, по случаю уже нанесённого ядерного удара по тумбочке дневального. Кинулся было на ощупь искать портянки с сапогами или носки с берцами, но, открыв ошарашенные глаза, замер, как изваяние на четырёх конечностях.

В окружении светло-серого «ничего»,

он мгновенно почувствовал себя не обезьяной, а самим собой. То есть настоящим. Хотя был одет как последняя обезьяна, то есть стоял в звериной позе абсолютно голым.

Продолжая прибывать на корячках, он обернулся в сторону громкоговорителя и замер с отвисшей челюстью. Перед ним на роскошном троне восседал чёрный латексный ангел со светящимся ликом в виде молодой, божественно красивой, но очень несимпатичной для Димы девушки с красной чёлкой, поблёскивая спиралью во лбу. Вид бестии был крайне недовольный. И это ещё мягко сказано.

Суккуба, поняв, что грязное и жалкое ничтожество опознало властительницу его судьбы и личного преподавателя по извращённой науке по совместительству, откинулась на спинку трона и леденящим душу голосом потребовала:

– Выкладывай. Мы к тебе прислушиваемся.

Дима с недоумением осмотрел себя в поисках карманов, из которых она требовала что-то выложить, но, не найдя таковых, поинтересовался вслух:

– Чего выкладывать? Я ничего у тебя не брал.

– Дебил, – рявкнул адский ангел, резко вскакивая на ноги, создавая при этом воздушную ударную волну, вновь роняя ученика на бок и метра два протаскивая по непонятно чему, – ты где, по-твоему, находишься? В своём обезьяннике?

Дима, толи оглушённый рёвом Высшего Существа, толи деморализованный сверхъестественным ударом, вяло принял сидячее положение даже в этой, казалось бы, устойчивой позе, пошатываясь, будто вокруг штормило. Потряс головой. После чего медленно огляделся, стараясь собраться мыслями.

Вокруг было виденное им светло-серое «ничего», без верха и низа. При этом ещё не имеющее горизонта, как такового, ни с какой стороны. Молодой человек не знал, что это такое и тем более не имел представление, как это всё называется.

С одной стороны, для успокоения Дима, принялся лихорадочно соображать, как бы это всё обозвать. С другой, стараясь во что бы то ни стало ответить на заданный вопрос грёбаного ангела. Только бы она больше не орала и не била, тем более спросонок. Это же так низко с её стороны.

– Дебил, – жалобно проскулила Джей чуть не плача, и вновь бухаясь на трон, – Вот угораздило же меня связаться с этим убожеством.

Тем временем оговорённое убожество было выведено из пограничного с шизофренией состояния посредством непонятно откуда взявшейся ледяной воде, вылитой одуревшему на голову. При этом, даже придя в себя, Дима некоторое время оставался в полном недоумении, не понимая, откуда вылили и куда потом эту воду девали. Так как, несмотря на реальное ощущение, что его только что окунули в прорубь, он оказался абсолютно сухой.

Но почему-то предвидя дальнейшие над собой издевательства, он постарался их заблаговременно остановить, поднимая руки, как при сдаче в плен, и торопливо проговаривая, словно объясняя тупому рефери на ринге, что никакого нокаута не было и он в полном порядке:

– Всё-всё. Я понял. Успокойся.

– Что ты понял? – на этот раз непонимающе затупила Суккуба, не соотнося его нелогичный ответ с происходящим.

– Всё, – решительно подтвердил ученик, с глубоким кивком, отчего-то тяжело дыша и глазами преданной собаки уставившись на небожителя.