Дева Ки, демон Шо. Том 1
Шрифт:
Аптекарь осторожно шевельнулся, слегка повел головой вправо-влево.
— Зачем тебе слушать о самом себе, о Величайший?
— Здесь я спрашиваю, ты говоришь, — напомнил Ки Шо и слегка шевельнул стальными пальцами.
— О демонах мало что известно! — торопливо сказал мастер. — Только легенды!
— Люблю легенды, — благожелательно сказал Ки Шо. — Рассказывай.
— Все три тома имперских хроник эпохи до Первого императора?! — ужаснулся аптекарь.
Ки Шо подумал. Он не торопился, но… три тома — это, наверное, очень долго?
— Самую суть, — решил
— Если самую суть, то… по легендам, демоны бесчинствовали в Срединной империи все эпохи до Первого императора. Потом их принялись истреблять…
— Что?!
— Извини, о Величайший, так говорится в легендах! И их не я сочинял!
— Как можно истребить бессмертных существ? — недовольно спросил Ки Шо.
— По нашим легендам, демоны бессмертны в том смысле, что не умирают от старости. Но убить их можно. Убить можно всех!
— Самую суть! — напомнил Ки Шо.
— Значит, демонов принялись истреблять… И они покинули мир.
— В каком смысле — покинули мир? — не понял Ки Шо. — Их перебили всех?
— Нет, конечно, нет! Убили многих, но не всех! Демоны просто ушли в другой мир! И пообещали вернуться, когда придет их время! Именно потому все века в императорской канцелярии есть специальный отдел, который изучает демонические проявления! Мы страшимся и ждем!
Другой мир. Существование другого мира оказалось для Ки Шо открытием. Мастер не мог ошибиться в своем рассказе — и в речи, и на письме понятия «мир» и «страна» четко разделялись. Значит, в другой мир…
— А как они выглядели, те демоны из эпохи до Первого императора? — задумчиво спросил Ки Шо. — Описания сохранились?
— Так… как демоны и выглядели!
— Клыки, зубы, ядовитая слюна? — уточнил Ки Шо, припомнив деревенские страшилки.
— Нет, вовсе нет! Особенность облика демонов в том, что у них нет облика! Клыки и зубы — деревенские сказки! Демон мог выглядеть… никак, вот совсем как вы, о Величайший! Но чаще всего они не отличались от людей, так гласят легенды.
— То есть люди и демоны — одно и то же? — спросил Ки Шо, стараясь, чтоб голос звучал равнодушно.
— Конечно же, нет! Люди, по исследованиям императорского университета, в своей организации подобны рощам осокорей трепещущелистных, это такие деревья, встречаются в пойме реки Ян… Осокори — они борются друг с другом за место под солнцем, за землю и воду, совсем как люди… но корневая система у них общая. И у людей тоже. Мы враждуем, убиваем друг друга — но при этом остаемся людьми, существами с общей корневой базой. Две руки и две ноги, одна голова… чтобы жить, нам необходимо кушать и спать, а чтоб размножаться, нужны мужчина и женщина… а у демонов не так. Демоны — одиночки. Любой облик, любой пол, или все физиологические различия сразу в одном теле…
— У некоторых, рожденных в Лусоре, тоже так, — напряженным голосом заметил Ки Шо.
— Нет, вовсе нет! Внешне похоже, но не то! Уроды Лусора — всего лишь уроды, отклонение от нормы, но сама норма все же есть. А демону без разницы, мужчина он или женщина. Или кто-то еще. Или все вместе. Великое одиночество, без любви, без друзей, без детей… О размножении демонов
— А как же полукровки? — не утерпел Ки Шо. — О тяге демонов к женщинам болтают в любой деревне!
— Это другое, — твердо сказал Сяо Пэн. — Тяга к наслаждениям не равно тяге к размножению и не равно любви. Жить ради наслаждений — в этом суть демонов. Убивать, повелевать, насиловать женщин… все ради наслаждения. Демоны не любят, лишь наслаждаются, а ребенок, рожденный женщиной, всегда будет человеком, иное женщине не дано.
Ки Шо испытал огромное облегчение. Он — человек! Потому что он мальчик и считает себя мальчиком, рожден женщиной, и его уже тянет размножаться и любить! И да, наслаждения от убийства он не испытывает!
— Достаточно, — пробормотал Ки Шо. — Основное ты рассказал. Остались мелочи. Скажи, зачем тебе ученицы-девочки, если они никогда не станут аптекарями?
— Для опытов, — сглотнув, прошептал аптекарь. — Секретный указ Первого императора.
— Преступники-убийцы не годятся, не?
— Преступники не приберут в аптеке, не сходят на рынок и не согреют постель, — криво усмехнулся аптекарь. — И еще их надо охранять, а это лишние расходы.
— Ах да, расходы, — вспомнил Ки Шо и рассеянно поинтересовался:
— Так где ты прячешь свои деньги?
В следующий момент Сяо Пэн атаковал на пределе сил. Ножи серебристыми молниями прорезали комнату в разных направлениях и глубоко вонзились в деревянные перегородки, ноги и руки мастера нанесли мощные удары по всем уровням и дистанциям… Ки Шо вздрогнул и непроизвольно сжал пальцы. Потом посмотрел на дело рук своих… то есть пальцев… досадливо вздохнул и убрал захват, потому что держать, по сути, больше было нечего.
Ки Шо взял светильник и направился в комнату мастера в своем материальном, так сказать, виде. У двери чутко прислушался. Мало ли что произошло во внутреннем мире? Может, мастер сейчас вовсе не валяется на полу с оторванной головой, а безмятежно спит? И воспримет ночной приход Ки Шо как-нибудь не так? Хорошо, если по привычке встретит ударом, а если нет? Если, наоборот, нежно возьмет за руку, увлечет на свою… на чем там должен спать мастер, на жесткой циновке, да? Бр-р-р! Все кости потом будут болеть!
За дверью царила тишина. Так сказать, мертвая. Ки Шо осторожно приоткрыл дверь, посветил и посмотрел. Мастер валялся именно там, где Ки Шо его и оставил. И голова его — тоже.
Ки Шо уже уверенно вошел и коротко поклонился поверженному противнику:
— Ты пытался защитить не свою честь, но хотя бы деньги, это тоже достойно уважения. Но ты лежишь, а я стою. Следовательно, ты проиграл бой, мастер. И все, что в твоем доме, мое по праву победителя.
Сяо Пэн не возражал. И не мог без головы, и… с головой он тоже не возражал. Не успел, да. Как не успел рассказать, где прячет деньги. Но деньги — это не очень сложно, все люди прячут деньги примерно в одних и тех же местах, и мест таких не очень много. Общая корневая база человечества, как сказал мастер Сяо Пэн.