Дар ведьмы
Шрифт:
Некогда черная татуировка теперь светилась загадочным серебристым светом.
Охренеть. И как это понимать?
— Почему ты еще жива? — удивилась боярышня.
«Восхитительный» вопрос. И правда, а чего это я еще дышу?
Проигнорировав призрачную деву, перевела взгляд на окно. Решетки не было. От толстых прутьев не осталось и следа.
Этому должно быть логическое объяснение. Единственное предположение — дар ведьмы спонтанно активировался, и я как-то умудрилась уничтожить металл. Прислушалась к себе:
Чертовщина какая-то. Необходимо отсюда выбираться. Срочно!
Поправив рукав рубашки, я встала, подняла с пола куртку. Скрутила ее потуже, тщательно прицелилась и закинула в окно. Мимо. Вторая попытка также не принесла успеха. И лишь третья оказалась удачной.
Отлично. На улице не замерзну.
Даже не глядя на привидение, я прекрасно знала, что оно за мной наблюдает. Сказать боярышне, чтобы летела следом? А зачем? Если у меня получится, то она уж точно здесь не задержится. Гравитация ей не помеха.
Отошла максимально далеко от прямоугольного «выхода». Постояла пару секунд, а затем сорвалась с места и помчалась к стене. Не добежав совсем немного, что есть мочи оттолкнулась, подпрыгнула. Зацепившись руками за внешний край окна, начала вытаскивать тело наружу.
Дело шло мучительно медленно. Нетренированные мышцы отказывались повиноваться. На свободу я выползла исключительно на морально-волевых. Встала на четвереньки, бездумно пялясь на влажные булыжники. Руки-ноги дрожали. Выпрямиться не имелось сил. Похоже, прилетел откат.
— Так вот ты какая, ведьма. Ничтожество. Грязная тварь, — раздался откуда-то справа презрительный мужской голос.
Глава 10
«О как. Ничтожество, грязная тварь… — все так же глядя на брусчатку, вяло удивилась я. — Совсем гнева жуткой ведьмы не боится? Почему?»
— Мамочки, тут студенты! У одного все лицо в крови! — пискнуло привидение откуда-то сверху. А потом истерично завопило: — Их целая толпа! Вставай! Беги! Спасайся!
Угу. Лыжи только смажу и сразу помчусь, волосы назад. Да что ж так все внутри ноет и выкручивает?
Стараясь не морщиться, я медленно поднялась на ноги. Резкий порыв ветра взлохматил волосы. Убрав их с лица, с трудом нагнулась, подобрала куртку, без спешки надела. А после повернулась.
Неподалеку от меня стояла толпа студентов. Не то чтобы большая — человек десять, но все рослые как на подбор. Мне такого и одного хватит: пальцем зашибет не напрягаясь.
В основном юноши выглядели хмурыми. А вот глаза моего недруга, которого я вычислила моментально, горели ненавистью. Неплохо, кстати, его разукрасили: физиономия с потеками крови, синяки на пол-лица.
И почему-то именно
— Господа, мне нужна помощь. У кого-нибудь есть платок?
— У меня нет, — огорченно признался светловолосый великан. И с надеждой посмотрел на стоящего рядом кареглазого товарища.
Тот быстро достал из кармана белоснежный квадратик и протянул мне:
— Вот, мой возьмите.
Взяв отглаженную ткань, я мило улыбнулась спасителю.
— Благодарю вас. Ладонь слегка испачкалась, — пояснила и печально вздохнула.
— Со всеми бывает, — кареглазик порозовел, смущенно кашлянул.
— Грязная тварь! — резанул по ушам знакомый презрительный голос.
— Силантьев, вы же дворянин, — строго напомнил светловолосый.
— Андрей, ну правда, хватит вам уже так себя вести, — сердито буркнул кареглазый.
Остальные парни неодобрительно загудели. Кажется, острой неприязни к ведьмам никто, кроме побитого типа, не испытывает.
— Уходи отсюда! Уходи пока не поздно! — захныкала призрачная боярышня.
Нет, я не уйду. А то сама себя перестану уважать.
В упор уставилась на потрепанного дворянина Силантьева. Тот с издевкой ухмыльнулся. Не прерывая зрительного контакта с коротко стриженным здоровяком, я подошла, встала прямо перед ним и с ледяным спокойствием сказала:
— Повторите.
— Еще и глухая? — молодой человек гадко осклабился. Горделиво вскинул подбородок и громко заявил: — Я, сын боярина Силантьева, считаю, что ты, ведьма, ничтожество и грязная тварь!
— И? — я вопросительно приподняла брови.
Не ожидающий от меня такой реакции сын боярина в замешательстве хлопнул ресницами.
— Что? — переспросил он с недоумением.
— Вам полегчало?
— О чем ты, ведьма?
— Конечно же о вашем уязвленном самолюбии, — я изобразила удивление. — Победители великодушны, даже к тем, кого терпеть не могут. Судя по характерным повреждениям, вы участвовали в спарринге. И проиграли более сильному сопернику, иначе не стали бы искать конфликта с тем, кто заведомо слабее вас физически. Вы закончили? Или будете продолжать срывать зло на девушке, которая ростом вам по грудь?
— Ты не девушка! Ты мерзопакостная ведьма! — сквозь зубы процедил Силантьев. — Строишь из себя оскорбленную невинность, стараешься вызвать сочувствие. С другими этот номер, может, и пройдет, но не со мной. Я вижу тебя насквозь, тварь! — он сжал кулаки и угрожающе подался ко мне.
Обступившие нас парни не издавали ни звука. По моей спине впервые за все время беседы пробежал холодок страха. Надо экстренно что-то придумывать. Я теряю контроль над ситуацией.
— Мамочки! — в ужасе выдохнуло привидение. — Скорее извинись и моли о пощаде! Он же сейчас тебя прибьет, как муху!