Дар памяти

Митягина Елена

– Думаю, что у собаки другое строение желудка, к тому же когда человека казнили, ему не оставляли выбора, и давали только мясо, а пес вполне способен найти себе пропитание даже в пустыне. Тем более он живет с людьми, - сказал Андрей.

Вскоре мы наелись, и уже готовились возвращаться в отель. Солнце село окончательно, и в пустыне становилось холодно. Поднялся ветерок, и начинало смеркаться. Внезапно стало так тихо, что мы даже смогли услышать дыханье друг друга. Пустыня замерла, и нам стало как-то не по себе. Все члены нашей туристической группы замерли. На лицах людей отобразилось волнение и страх. Глядя

на всех, мне тоже стало как-то тревожно, и я подвинулась поближе к Андрею.

– Уважаемые туристы, давайте немного поторопимся, кажется, поднимается песчаная буря, и нам лучше успеть выбраться из пустыни, пока нас не замело, - обратился к нам гид.

Ветер усиливался с каждой секундой, и песок начал подниматься в воздух, заполняя собой глаза, нос и рот. Напуганные туристы побросали свои тарелки и побежали к автобусу, а бедуины стали прятаться в своих палатках.

– Не волнуйтесь, без паники, буря пока не сильная, - успокаивал нас Ахмед в автобусе.
– Возможно, она быстро кончится.

Туристы нервничали, да и сам Ахмед явно не был готов к подобному. Он наклонился к водителю и о чем-то спросил его на арабском языке. Тот развел руками, посмотрел на сидящих в салоне туристов, затем вытянул голову вперед к окну и посмотрел на небо. Затем снова что-то сказал гиду и начал заводить мотор.

– Мне страшно, - сказала я Андрею, взяв его за руку.

– Не бойся, все будет нормально, - уверенно сказал он и сжал мою руку.

По его выражению лица я поняла, что сам он ничего не боится, и, наверное, сам верит в свои слова. Мне сразу стало спокойнее, но ненадолго. Я посмотрела в окно и обомлела: на горизонте появилось маленькое облако, которое быстро росло и превращалось в черно-багровую тучу. Резко потемнело, и сильный ветер поднимал в воздух столбы песка, которые с силой бились об автобус.

– Нам предстоит проехать около пятнадцати километров, - сказал гид.
– Мы постараемся ехать быстро, но видимость в пустыне плохая, поэтому придется ехать аккуратно. Все будет в порядке.

В нашей туристической группе, состоящей из четырех автобусов, мы ехали предпоследними. Спереди и сзади мы были, если можно так сказать, защищены от пыли, ветра и песка. Меньше всего повезло водителю первого автобуса, ведь ему приходилось плутать в пустыне, практически наугад нащупывая дорогу. В окна было уже ничего не видно, и мы, затаив дыханье, держались за руки, в надежде выбраться из этой западни.

Около десяти минут двигалась наша вереница по пустыне, то периодически попадая под сильный шквал песка, то выходя из него, будто урагана и вовсе не было.

– Кажется, буря скоро стихнет, - сказал гид в микрофон и слегка улыбнулся, как бы ободряя нас, - Песочные заносы в настоящий момент носят не стихийный характер, то есть столбы песка поднимаются в пустыне лишь местами, и скоро мы уже выберемся отсюда.

Пассажиры дружно заликовали, как вдруг на автобус обрушилась новая стена песка. Звуки от ударов песчинок были не громкие, но довольно пугающие. По ощущениям шум песка напоминал удары града по окнам. Андрей зажмурился и сильнее сжал мою руку.

– Боишься?
– спросила я.

– Немного, - ответил он.
– Мы ведь выберемся? Нас ведь не может насмерть завалить песком?

– Может, но не завалит. Водители знают, что делать, они ведь

уже сотни раз возили туристов на подобные экскурсии и знают эту пустыню как родную. Не исключено, что и с песчаными бурями они уже сталкивались, так что - прорвемся.

Андрей одобрительно кивнул, но его выражение лица оставалось напуганным. Честно говоря, мы довольно странная парочка: сначала я боюсь всего на свете, а он подбадривает, затем вдруг трусит Андрей, и я уговариваю его, что все будет хорошо.

Только мы вышли из очередного песочного заноса, и в окна было забрезжил свет, как вдруг мы услышали страшный грохот, визг тормозов и шум бьющегося стекла. Через секунду автобус остановился, и до нас донеслись напуганные крики людей.

– Прошу всех оставаться на своих местах и не выходить из автобуса, - сказал Ахмед.
– Я выйду посмотреть, что произошло, а вы оставайтесь здесь.

Водитель уже вскочил со своего места и бросился в начало нашей автобусной вереницы, вслед за ним выбежал Ахмед. Буря стала стихать, и в пустыне вновь светлело. В соседнем окне, по левую сторону от дороги, еще виднелась песчаная стена, удаляющаяся от нас, а справа лежала безмолвная пустыня, тихая и спокойная, как будто и не было сейчас этой страшной разгулявшейся стихии. Тем временем наши соседи, одолеваемые любопытством, вручную открыли дверь автобуса, и вышли на улицу, где по-прежнему раздавались громкие крики и плач.

– Сходим посмотреть?
– спросил Андрей.
– Кажется, случилось что-то серьезное, может быть там помощь кому-то нужна.

Только мы вышли, как едва не обомлели от ужаса. Первый автобус из нашей цепочки, следовавший впереди всех, перевернутый лежал на боку. Рядом валялись разбитые стекла, бегали люди, доставая раненных и приводя в сознание тех, кто отключился при падении. Рядом с разбившимся автобусом суетились все четыре гида, сопровождавшие наши туристические группы. Экскурсовод из потерпевшего крушение автобуса с разбитой головой самостоятельно выполз из-под машины и начал помогать остальным.

– Есть врач среди присутствующих?
– спросил Ахмед, подбегая к нашему автобусу.

Люди дружно переглянулись и развели руками.

– Мы уже связались с местным госпиталем и к нам направили помощь, но пока неизвестно, какая обстановка сейчас в городе, ведь буря направилась в сторону Шарм-эль-Шейха, и может застать спасателей в пути, - взволнованно сообщил нам Ахмед.
– Мы должны помочь пострадавшим сами.

Медиков среди туристов не оказалось, и люди, растерявшись, не понимали, что делать. Кто-то замер как вкопанный, кто-то вернулся в автобус, схватившись за сердце, остальные стали судорожно искать мобильники и куда-то звонить, и лишь несколько человек из нашего и соседнего автобуса бросились помогать пострадавшим.

– Есть врач, - крикнул Андрей, посмотрев на меня.
– Ты ведь сможешь им помочь?
– тихо спросил он. Ты ведь раньше была врачом, ты же мне рассказывала. Ты должна помнить, как и что делать в таких случаях. Эти люди нуждаются в тебе, помоги им.

– Ты что!
– удивленно произнесла я.
– Это было так давно, не знаю, смогу ли я.

– Хотя бы попытайся, - настаивал Андрей.
– Мы не можем оставаться в стороне. Скорее, нельзя медлить.

После громкого заявления Андрея к нам подбежал Ахмед.