Дар памяти
Шрифт:
Прекратив попытки пешей прогулки по дну кораллового рифа, я вновь легла на воду и расслабилась. Несколько раз я глубоко вздохнула и вновь решилась проплыть над бездной. Я вытянула обе руки вперед и потихоньку начала грести ногами. Когда я снова оказалась над обрывом, и проплыла вперед уже на несколько метров, то почувствовала облегчение и радость - наконец-то я смогла преодолеть свой страх. Когда я плыла над пропастью, мне казалось, что я лечу, парю в воздухе как птица. Внезапно у меня как будто выросли крылья, и я взглянула на мир с недостижимой высоты. Я смотрела вниз, в эту черную бездонную дыру в земной коре, и постепенно мои глаза начали различать очертания аквалангистов и рыбок. Я не плыла,
Коралловый риф удивителен и неповторим, как и его обитатели. Создатель всей этой красоты в тот день был явно очень вдохновлен. Все чудеса подводной фауны, которые несколько минут назад я наблюдала на рифе, просто меркли в сравнении с подводными "этажами" отвесной скалы, на которых обитали целые колонии рыб. На метр в глубину, возле самого рифа, обосновались сине-оранжевые в белую полоску рыбешки, чуть ниже зависли большие черные пятнистые рыбки, слегка вправо, на одном уровне с чернышами, толпились крошечные красные малютки, напоминающие своим скоплением яркий фонарь. Там же, почти вплотную, тусовалась группа желто-сиреневых полосатиков в голубых "шапочках". Далеко внизу я увидела ската. Черепах или акул, как еще в отеле обещали родители, здесь не было. Может, им повезет больше, и они смогут снять их на глубине.
Я наслаждалась морем и его красивыми видами довольно долго, правда это время пролетело как один миг. Подняв голову, чтобы оглядеться, я увидела выплывающую из-за скалы группу туристов, которую возглавлял наш гид Ахмед. В толпе пловцов я разглядела ярко-желтую трубку Андрея, торчащую из воды, и поплыла вслед за ним. Плавал он лучше меня, поэтому догнать его я смогла только у берега.
– Стой, - крикнула я Андрюше, выходящему из воды.
– Меня подожди.
Больная коленка перестала меня беспокоить, но выйти из воды в ластах я так и не смогла, уж слишком тяжелое это занятие.
– Подержи меня, - попросила я Андрея.
– Я сброшу ласты и босиком отсюда выберусь, иначе точно обратно затянет.
Он улыбнулся и подошел ко мне.
– Мы столько всего видели, - восхищенно сказал он.
– Ахмед поранил ногу о коралл, когда показывал нам черепаху. У него лодыжка кровоточит до сих пор. Теперь ты не одна в нашей группе с травмой.
– Вы видели черепаху?
– с завистью произнесла я.
– А я только ската, да и то вдалеке. Хотя, здесь рыбки очень красивые, я слышала, как они кораллы точат, а одна вообще чуть не напала на меня.
– Мы черепаху тоже издалека видели, она такая огромная! А еще мы видели мурену и летучую мышь.
Мы сели на песок и принялись делиться своими впечатлениями. Через несколько минут на берег вышел папа в водолазном костюме, и сказал, что они остаются здесь, чтобы продолжить работать, и увидимся мы с ним уже только в отеле.
– Надеюсь, говорить не стоит, чтобы вы были аккуратными и внимательными, - сказал папа.
– Все наши вещи я уже отнес в машину нашего гида, и обратно мы поедем с ним. Вернемся, наверное, поздно, поэтому поужинаете одни, хорошо? С вами останется Кирилл, слушайте его и не обижайте.
Мы кивнули, и папа снова отправился в море, помахав нам рукой из воды.
– Все готовы ехать обратно?
– спросил Ахмед.
– По дороге в отель мы остановимся в пустыне в лагере бедуинов, где нас покормят обедом. Думаю, проголодались все.
Народ дружно зашумел в предвкушении бедуинского перекуса, и все направились к автобусу.
Глава пятнадцатая
Пока мы ехали обратно, половина нашего
– Лер, смотри, на водителе черная кожаная куртка, - шепотом сказал мне Андрей.
– Он так весь день ходил, даже когда мы купались. Неужели ему не жарко?
– Ну, во-первых, здесь сейчас тоже зима. Для нас зима - это когда минус на улице, а для египтян - когда ниже плюс тридцати, - начала объяснять я.
– Во-вторых, они за нами в отель заехали рано утром, а ночью воздух сильно охлаждается, и в пустыне температура может опускаться до четырех градусов тепла. Вечером они тоже поздно домой возвращается, когда снова прохладно.
Андрей посмотрел на меня с удивлением.
– Ходячая энциклопедия, - засмеялся он и положил свою голову на мою.
– Ты у меня такая умная.
– А ты у меня.
После этих слов Андрей смущенно улыбнулся. Невдалеке замелькали потрепанные палатки - мы уже подъезжали к небольшому лагерю бедуинов.
– Это наша последняя остановка, - сказал Ахмед.
– Сейчас мы покушаем, отдохнем и поедем в отель.
Мы вышли из автобуса и увидели специально оборудованную полевую кухню для туристов. Бедуины в грязных белых одеяниях, с арафатками на головах готовили еду и наливали чай туристам. Кухня представляла собой огромный натянутый тент на ножках, в одном углу которого стояла плитка, на которой разогревали уже готовую еду, привезенную из отелей. Столов и стульев не было, ведь традиционно бедуины трапезничают сидя на земле. Рядом с полевой кухней бегали дружелюбные собаки, которых подкармливали жалостливые туристы. Собаки были очень худыми, но, судя по солидным кускам курицы и мяса, которые кидали им люди, они не голодали. Скорее всего, пустынные псы просто пресытились, и на обилие подкорма уже не обращали особого внимания.
Мы с Андреем положили себе в тарелки еды, и уселись на песок. Примерно в метре от нас встала рыжая собака, которая жалобными глазами смотрела на то, как мы едим. Я бросила псу небольшой кусочек вареного мяса, но он лишь понюхал его, а затем, будто делая одолжение, взял в зубы и отошел. Не пройдя и трех метров, он выплюнул мясо и снова вернулся к нам.
– Нет, дружок, больше не получишь, - крикнул псу Андрей.
– Зажрался совсем.
– А может он просто мясо не любит?
– начала рассуждать я.
– Гурман, какой, - усмехнулся Андрей.
– Его, наверное, все этим мясом кормят, и у него уже желудок от него болит.
– Сомневаюсь. Я бы не жаловался, если бы меня каждый день мясом кормили, - подошел к нам мамин администратор Кирилл, которого оставили приглядывать за нами.
– Это ты сейчас так говоришь. Знаете, раньше в Китае была такая казнь, когда приговоренного к смерти кормили только одним вареным мясом и через некоторое время он умирал в ужасных муках. В отсутствии другой пищи с клетчаткой мясо просто переставало перевариваться до конца, и начинало гнить прямо в организме. В итоге человек умирал от отравления в диких мучениях, - поделилась я своими знаниями.