Clarity

Alice Greenhouse

Элион была там. Сидела на высоком стуле и болтала ногой, что-то ожесточенно объясняя мальчишке лет двенадцати. Соблазн стащить маленькую интриганку со стола и бросить под ноги принцу был велик, но здравый смысл взял верх, и Седрик прислушался. Когда он понял, что именно пытается доказать Элион, он едва не расхохотался.

— Да! Он ударил меня. Да я разрыдалась, как совершенная тряпка.

— Тряпка?

Элион скривилась, бессильно разводя руками. Мальчишка с сомнением посмотрел

на нее.

— Да! Не перебивай. Но он… Он ведь волновался. Я бы сама себе надавала оплеух, если бы могла. А он… Он просто не хотел, чтобы я пострадала.

— То есть… ну… Он не мучает тебя?

— Нет! Он… — Седрик со странным чувством заметил, как изменился голос Элион. — Он самый лучший.

— Он точно тебя не заколдовал? Он ведь умеет…

— Нет! — печально покачала головой девочка. — Если бы не он — я была бы мертва уже несколько раз.

— Еще молока?

— Давай!

— Поверить не могу, что… Только не обижайся, но он всегда такой…

Дальнейший диалог не представлял для лорда интереса, и чувствуя, что Элион скоро покинет кухню, Седрик растворился в темноте коридора, надеясь найти Фобоса раньше, чем он найдет Элион и наделает непоправимых ошибок.

Раньше он мог бы безошибочно определить местоположение Фобоса, но теперь их связь была такой слабой, что он едва чувствовал позывные своего принца. Не найдя его в королевских покоях, Седрик хотел было подняться на другой этаж, в библиотеку, в которой Фобос часто коротал ночи до утра, но в конце коридора неожиданно мелькнула чья-то тень, лорд замер.

Фобос, слегка пошатываясь, шел навстречу.

— Принц, — облегченно выдохнул Седрик, — я…

— Заткнись, — процедил принц еле слышно. — Просто заткнись.

— Но я…

— Не вынуждай меня закрыть тебе рот силой.

Седрик ошеломленно смотрел ему вслед, пока тот не остановился и повернув голову процедил:

— В подземелье брешь. Через нее к нам проходят эти отбросы.

Он даже не понимал, о чем говорит Фобос. Еще пару часов назад единственное, что беспокоило принца, была девчонка, а теперь он злится на Седрика, будто это он разгромил подземелья, открыв доступ повстанцам.

— Я займусь этим, мой принц, — холодно сообщил Седрик.

Ему хотелось, чтобы все было как раньше, когда у Фобоса был только он, когда принц не доверял никому кроме. Седрик знал свое место, и он был согласен на все, что Фобос ему предложит. Обращение Фобоса с ним оставляло желать лучшего в последние недели, и он не мог ничего поделать с собой.

Его сущность отказывалась протестовать и бунтовать против такого общения, он буквально был ручным зверьком Фобоса. Седрик предвкушал, как изменится выражение лица Фобоса, когда тот расскажет ему об откровениях Элион на кухне, но сейчас желание делиться своими наблюдениями отпало. Седрик с легким поклоном отвернулся и направился в сторону своих покоев, когда его

вдруг окликнул принц.

— И у нас появилась неожиданная гостья.

Седрик с вежливым интересом остановился и обернулся, но, не дождавшись продолжения, все-таки спросил:

— Кто же это?

Вместо ответа Фобос вдруг опустил руку в карман и достал какую-то красную побрякушку.

— И мне нужно ее встретить? — скучающим тоном уточнил Седрик.

— Я уже позаботился об этом.

Присмотревшись, Седрик понял, что собой представляет красный камень на веревке. Мурашки поползли по его спине к затылку.

— Это одна из..?

— Ты даже знаешь, кто именно. Если хочешь, можешь ее навестить. Она у Минди.

****

Заснуть и больше не проснуться – вот, чего больше всего хотелось Вилл, когда она поняла, что Калеб стащил Сердце Кондракара. Она так надменно смеялась над Корнелией, которая не заметила, что Седрик — волк в овечьей шкуре, а теперь сама оказалась ни на йоту не умней.

Бросившись к телефону, она набрала на автомате номер Хай Лин, и прослушав пять-шесть гудков, отшвырнула трубку в сторону.

— Черт! — громко выругалась ведьма, хватаясь за голову, и со всей силы пиная

подушку на полу. — Идиотка! Кретинка!

На часах было уже два часа дня, и Вилл понятия не имела, сколько Сердце Кондракара находится в чужих руках. Рассказать девчонкам о том, что она потеряла Сердце, было тяжелее всего, ведь она столько раз говорила, что личным мотивам нет места в их работе.

— Оракул, ну почему ты молчишь? — шептала Вилл, натягивая свитер и джинсы. — Ты же видишь, что все пропало, почему ты молчишь?

Они были абсолютно беспомощны без Сердца, даже портал она не может открыть без него. Глупые выкрики о их единстве, хотя такового и в помине нет, да и не было никогда. Рассеянная Хай Лин, вечно загруженная Тарани, легкомысленная Ирма… Они должны были дополнять друг друга, а на деле получалось, что каждый тянул в свою сторону. А что до Корнелии, тут даже говорить ничего не хотелось.

Вилл замерла на месте и бросилась в прихожую, где оставила записку от Калеба.

— Корнелия, Корнелия, Корнелия… — бормотала она, комкая проклятый листочек. — Вечно она!

Калебу незачем было красть Сердце, для него оно было простой безделушкой. Он бы никогда и не догадался до этого самостоятельно. А вот Корнелия вполне могла решить, что вытащит Элион из лап Фобоса без помощи Вилл.

— Стерва! — прошипела Вилл, поднимаясь с пола и бросаясь к разбитому телефону. — Черт-черт-черт, работай, пожалуйста, пожалуйста. Чертова трубка!

Экран домашнего телефона был расколот, и подсветка не загоралась. Вилл вспомнила о своем мобильнике, но тот был разряжен. Дрожащими руками она возилась с проводами от зарядного устройства, когда вдруг раздался звонок в дверь. Вилл окаменела.