Clarity
Шрифт:
— Прости меня, дорогой, — всхлипнула Вейра, снова напоминая ту самую женщину, что целовала его перед сном и читала на ночь сказки. — Но я должна это сделать.
Фобос не понимал, что происходит до того момента, как фиолетовое сияние не заволокло все вокруг. Смутно он осознавал, что мать колдует, и колдовство это не было легким. Он стал сопротивляться, стараясь оградиться от фиолетового тумана.
Сил у него было не так много, но он был уверен, что может все это прекратить. Уже теряя сознание и проваливаясь в сон, он увидел, как фиолетовый туман пронзила вспышка
И последнее, что он увидел до того, как провалиться в вязкое беспамятство, это две черные розы, возникшие, словно из ниоткуда.
========== II. Глава 9. Всем нужны друзья ==========
Каждую среду дома у Корнелии был запланировал семейный ужин. Без уважительной причины пропускать его не позволялось никому. Даже когда отец улетал в командировки, мама всегда накрывала стол на четверых, а папа звонил узнать, как дела у его девочек.
Поэтому, когда неожиданно во время подачи второго блюда, в дверь позвонили, все члены семьи напряженно переглянулись.
— Можем сделать вид, что никого нет дома, — без энтузиазма предложила Корнелия, с трудом удержавшись от того, чтобы не закатить глаза от пафоса ситуации.
Лилиан фыркнула, чуть не подавившись соком, а папа раздраженно поджал губы.
— Не говори ерунды. Ты ждешь кого-то, Корни? — осторожно спросила мама, вставая из-за стола, чтобы открыть дверь.
— Не-а, — без интереса пробурчала девушка, с трудом прожевывая мясо по-французски.
— Может быть, это ко мне, — обиженно вставила Лилиан, капризно вздергивая свой острый носик вверх.
— Я надеюсь, ты не убежишь на свиданье сегодня, Лили, — с хитрой улыбкой сощурился отец, направив на девочку вилку.
— Ну, я подумаю, — довольно расплылась в улыбке девочка, подмигивая отцу.
Корнелия никак не прореагировала на замечательную сценку отца, упрямо уставившись прямо перед собой и стараясь побороть в этой схватке плохо прожаренную свинину.
— Корни, — озадаченно пробормотала вернувшаяся мама, облокотившись на дверной косяк. — Это к тебе.
Она ждала чего-то подобного от подруг. Долг зовет, Кондракар, стражницы, всё такое. И никому нет дела, что Корнелии сейчас совсем не до этого, что единственное, на что она способна сейчас — сражаться с кулинарными опусами ее матери.
— Скажи им, что меня нет дома, — вяло пожала плечами Корнелия, представляя огненные вихры этой наглой стервы Вилл.
— Им? — приподняла бровь мама, иронично вздыхая.
Осознание этого местоимения приходило кусками. За дверью ждал один человек.
— Это не… девочки? — Корнелия встрепенулась и отложила вилку.
— Парень какой-то.
Чувствуя, как кровь приливает к щекам, блондинка постаралась справиться хотя бы с дыханием.
— Парень? — нахмурился отец моментально. — Корнелия, мы, кажется, договаривались, что…
— Я знаю, пап, — чересчур громко перебила его Корнелия, не в силах сдержать свой тон. Она замолчала, чувствуя на себе три напряженных взгляда, и продолжила уже спокойнее.
— Я знаю, что во время ужина нас никто не беспокоит, и я полностью
Лилиан снова хихикнула, уже второй раз над этой шуткой. Отец махнул рукой, заметно расстроенный этой тирадой, а Корнелия медленнее, чем ей хотелось, направилась к двери. Она с трудом представляла, что должна сказать при встрече с Седриком. Он был приспешником Фобоса, врагом. И он был злым еще до того, как появился в ее жизни. Только вот узнала она об этом значительно позднее, уже после того, как тот проник в ее сердце и прочно в нем обосновался.
— О, — не сдержала разочарованного вздоха Корнелия, вылетев на лестничную площадку.
— Привет, — неловко улыбнулся Калеб, пожимая плечами, словно в оправдание.
Корнелия почему-то сразу решила, что это непременно должен быть Седрик.
«Но, чтобы он решил прийти, ему нужно хоть что-то ко мне испытывать. А он всего лишь пользовался ситуацией. Нужно быть полной кретинкой, чтобы поверить», — грустно подумала она.
— Ты от Вилл? — скрещивая руки на груди, небрежно бросила Корнелия, абстрагируясь от своих эмоций.
Калеб стоял, засунув руки в карманы потрепанной куртки, и с придыханием смотрел на девушку. Белокурые волосы были завязаны в высокий хвост, лицо без макияжа, плюшевый спортивный костюм. Такая по домашнему мягкая и уютная, что прощаться сейчас мучительно не хотелось.
— Э-э… Я просто мимо проходил и… решил зайти.
Она изогнула бровь в вопросительной манере. Сомнительно было то, что путь Калеба проходил мимо элитных новостроек с охраной и пинкодами. Тем более, ее многоквартирный дом находился значительно севернее, чем школа и дома ее подруг.
— Ты немного не вовремя, — равнодушно сообщила ему Корнелия.
— Я знаю, то есть… Я хотел сказать, что зашел попрощаться. Мне же нет смысла больше оставаться в Хитерфилде. Элион теперь у Фобоса… И я тут больше не нужен.
Он с надеждой смотрел на Корнелию, ожидая хоть какой-нибудь реакции, но ее не последовало. Она смотрела будто сквозь него, отсчитывая мысленно секунды, когда она, наконец, сможет вернуться в квартиру.
Ну почему она не может быть ласковой с ним?
Такая светлая и теплая снаружи и такая холодная и равнодушная внутри.
— Ты ко всем заходил уже? — поинтересовалась вдруг Корнелия с легкой усмешкой на губах.
— Нет, — неуверенно улыбнулся он, считая ее усмешку хорошим знаком. — Пока только к тебе.
— Не вижу причины, чтобы не зайти к Хай Лин или Тарани… Или, например, к Вилл.
Он с досадой облокотился о стену. Опять она во всем винит его и Вилл. Ему следовало в тот вечер идти именно к Корнелии, все рассказать именно ей. Но кто виноват, что в ее присутствии он теряет дар речи, а с Вилл ему было легко. Он с трудом отлепился от стены и сделал неуверенный шаг вперед. Стоит протянуть руку, и она будет в его объятиях. Такая хрупкая, но, в то же время, сильная. Стальная.